Поэт

посвящается Н.Г.

* * *
Жил-был поэт. И было ему сорок.
Уже в почете, но еще здоров.
И на столе его бумаги ворох,
Что с нетерпеньем ждет его стихов.

Есть у поэта два примерных сына
и ко всему – красавица-жена.
Он с нею вместе пьет изысканные вина,
и что-то странное в своих он видит снах.

Там женщина, она совсем другая
Её лицо неведомо ему.
Их взоры сходятся, и он не понимает,
Откуда она здесь и почему?

И почему ее так важен голос
И возле струн застывшая рука,
Что хаос так преображает в космос?
Он просыпается. Он тянется к стихам.

Проходят годы. Пошлы юбилеи,
Которых он так жаждет избежать.
Приелись залы, клубы, галереи
И люди. Их ему совсем не жаль.

А раньше – как он ими вдохновлялся!
В миры чужие жадно проникал.
А после – острый стих его рождался,
И пламенел, и звал, и упрекал…

Теперь не то – померкли впечатления.
Он смыслы ищет разве что в вине.
Отказы шлёт в ответ на приглашения
«Я стар. Да и стихов давно уж нет».

Но иногда – никак не отвертеться
От конкурсов и всяческих жюри.
И вот на фестивале «Образ детства»
Он за угол выходит покурить.

И тут лицом к лицу ее встречает
Ту, что являлась в безымянных снах!
«А, это вы?» - но тут же отступает.
Взаимное смущение. Финал

Тут мог бы быть. Но это лишь начало!
И воздух электричеством пронзён.
«Но почему я раньше вас не знала?»
«Ты знала. Но теперь это не сон».

Давай,
     поэт!
Живи,
     дыши!
Впитывай
    голос
        ее
         и запах!
И смыслы
   безумием
       рифм круши,
Вижу,
    вижу огонь в глазах-то!

Она тебя кружит, как карусель.
Да что! Как американские горки!
Стихи твои, крылья найдя, взлетели,
Куда уж до них Гарсиа-Лорке!

Но только видно, сколь веревочке не виться,
Конец ее уже маячит рядом где-то…
Жена грозит покончить жизнь самоубийством,
Стараясь сжить свою соперницу со света.

А что поэт? Да, он ведь так хотел свободы.
Но как же с долгом совместить ее придётся?
Да и потом ведь все же – годы, годы…
И вот он с музою своею – расстаётся.

Он ненавидит голос свой и руки,
Что вещи валят в сумку, как попало.
И уходя он думает о том, как
Уговорить ее начать сначала.

Но он уходит. И жена, для вида,
Его клянет. Но в тайне торжествует.
А в нем и злость, и горечь, и обида
И по ночам он ищет ту, другую…

Но время мчится, и крепчают снова узы.
Поэт готовит сборник много дней.
В нем те стихи, что написал для музы,
Выходят с посвящением: «Жене».

А муза… Да, она ведь где-то бродит.
Да вы взгляните, вот же, среди нас!
Поэт пред ней. С него она не сводит
Своих внимательных и влажных глаз.

И время ее, знаю, не состарит,
Она-то будет также молода.
А своры сплетников, что вьются хищной стаей -
Их смоет чистая, прозрачная вода.

* * *
А если бы поэт тогда не дрогнул?
Всё  к а к  бы повернулось? Кто бы знал…
«История не терпит…» – это – догма.
Которая по-прежнему верна.

26.08.2015


Рецензии
Это сильно! Потрясающие рифмы! Чувства через край! Браво, автор!
Люблю я такие вещи, когда душа наизнанку)

Никольский Артем   28.08.2015 22:44     Заявить о нарушении
Спасибо большое!)

Костя Тарновский   29.08.2015 09:56   Заявить о нарушении