Яблоня

За вековым болотом – лес,
Сухой, далёкий, мрачноватый;
Сейчас не верится, но весь
Листвою полыхал когда-то.
Осталось лишь одно созданье –
О той поре напоминанье:
Бедняга-яблонька в плющах
Дрожит на северных ветрах.
Прелестней не найти созданья:
Стройна, звонка и молода.
Как очутилась тут она –
Одна из тайн мирозданья.

Ах, знали б Вы, на том просторе
Тоска какая-то живёт,
Большое, неземное горе
Под нежною корой течёт.
Никто к ветвям не прикоснётся,
Не постоит, не улыбнётся,
Кормилицей не назовёт
И спелых яблок не нарвёт.
Так глупо вышло: не нужна.
Она и плачет, и страдает,
И яблоки уже мельчают;
Стоит, едва-едва жива.

Однажды в том лесу проклятом
В мертвецки тихом сентябре
В широкой, тёмной, мятой шляпе
И в тёмном кирзовом плаще
Внезапно путник появился
(Всех долгожданнее на свете).
Шёл, шёл и вдруг остановился –
Он нашу яблоньку заметил.
Ветвями к путнику бедняжка
                непроизвольно подалась.
Вся жизнь пред нею закружилась,
                запечатлелась, пронеслась.
Он подошёл и взглядом смерил,
                и интереса не нашёл,
И отвернулся (вот тетеря!),
                и будто бы уже пошёл...
Но, всё же, путник воротился
И яблоко одно сорвал,
Его счастливо зажевал
И далее в свой путь пустился.

Ну, что про яблоньку сказать...
Всё изменилось в одночасье.
Это такое было счастье,
Что мне его не описать.