День гнева

В день гнева, расправив крылья,
Огонь растет из неба.
Без чувств, без маски скорби,
Слепая птица бьется,
Познав всю тяжесть воли,
Увы, прошли все сроки.
Как быть, не быть спасению
В огне кричащей смерти
И значит, близка погибель
В вине Христовой плоти.
В последний раз увидеть
Сие творение Бога,
Захлопнуть очи солнца
И провалиться в вечность!

«Очнувшись после долгого наркоза
Я ощутил чей-то пристальный взгляд.
На столике возле окна стояла роза,
Мой нос учуял ее прекрасный яд.

Краем уха улавливалось собственное дыхание,
Изношенный временем кран пускал ритмичные слюни.
Помню, шел дождь, я пришел на свидание,
Вокруг проносились машины, и бегали люди.

На часах было утро рабочего дня,
В кармане ключи и трубка для курения гашиша.
Я ждал, но тот, кого ждал, не спешил увидеть меня,
И от этого, так гудела протекшая крыша.

«Здравствуйте», - голос знакомый, но человек не знаком.
«Вы, Александр?», - что отвечать, меня уж давно называют Эрнесто?
«Вот чемодан, надеюсь, вы справитесь с хитрым замком,
А сейчас уходите, если жить вам еще интересно».

Взрыв прогремел ровно в пять, всё по плану.
Обрушились стены системы, тушили пожар.
Помню последнее, кто-то крепко сжимал мою рану,
Только на лицах врачей я видел волчий оскал.

Ветер трубит, кричит и смеётся,
Млечные звезды блестят на черном сукне.
Вот стоит человек и думает, всё обойдется,
Но кто-то за ним всегда наблюдает в окне.

Можно просто скулить, подъедая объедки хозяев,
Если встанешь на задние лапы, получишь пинка.
Мы привыкли все жить, поджидая дедов Мазаев,
Как гласит конституция – от звонка до звонка!

Сей манифест, написан шариковой ручкой,
Без подавления воли, без надзора ЦИК.
В тетради местного поэта самоучки,
Да здравствует свободный наш язык!

05.03.2012 год.