И последние станут первыми

Он стоял у ворот рая
Позади остального народа,
И смотрел на неба узоры,
И на теплые светлые воды.

Облака, - птицами были,
Громы, - ангелов вечный голос;
А кругом поля неземные
На которых зрел златой колос.

Все вокруг тишиною дышало.
Даже ветры остановились...
Херувимов воздушные хоры
Славословя Творца кружились.

И привратник в белых одеждах
Шел неспешно и величаво,
А в словах его,словно песня
К небесам святым прозвучала:

"Что ты,путник,застыл у края?
Проходи,тебя ждет Царь Неба;
Ты в Очах Его свят и кроток,
Так вкуси с ним небесного хлеба!"

И ответил путник унылый:
"Предо мною толпа достойных!
Я ничтожен,мой мир постылый,
Вкруг поступков моих непристойных.

А они веселы,беззаботны;
Белых мантий кресты чудесны, -
В них есть пламя Распятого Сына,
Но и страшные темные бездны.

Как могу я вперед стремиться?
Я совсем недостоин рая;
Грешен дух и тело слабеет,
Жжет меня тоска неземная.

Там монах впереди.Он Богу
Свою душу отдал,служению.
Разве я пред Отцом достойней?
Отдан дух мой давно нетерпению.

Я лил слезы свои напрасно;
Поминал Его всуе имя;
Горевал о том,что прекрасно,
И о том,что невосполнимо.

Я желал не свое,и часто;
Грех во мне,будто реки яда...
Пощади меня,Светлый Боже,
Я достоин не рая,а ада!"

Но ему ответил привратник:
"Искупил Господь твое горе;
И возвышен в Очах Его каждый,
Чье страданье как бурное море."