Когда рушатся небоскрёбы Оскар
высокие
невместимые в Землю
здания,
встают на пути у птиц,
воздуха
и наполненных смертью
самолетов,
я продолжаю любить тебя,
Оскар,
мои послания,
может, и не дошли,
но знай, в каждой строчке
все буквы
пишу о тебе.
Дохожу до точки,
а мысли ловят
в соседнем окне
свет - твой голос ищет дороги.
И пророчу:
быть самым любимым.
Ворох писем истроган
и запрятан
в растущее нечто.
Сотни белых листов
для девочки, смотрящей в мир.
Оскар, я еще помню,
в тех письмах любое словечко.
В них сто жизней родных
строчат, пишут, и дышат,
безумно живут.
В моем - перья летят,
не хотя опускаясь на стены,
от матраса, а смех
держит эту секунду
на весу.
Мать матери, бабушка,
в два килограмма
отдала рукопись,
неприподъемна на слух.
И я помню, она тогда пообещала
не дарить на рубинах
свою не в размер мне любовь.
Каждый в этих конвертах,
бывало, боялся.
Не страшно,
что уходят.
Гораздо страшнее стоять.
Я скучаю уже по тебе,
Оскар,
даже когда, улыбаясь,
говоришь о ключах,
о других небесах.
О себе
говорить много.
Тише, беззвучнее - думать.
И когда ты не веришь,
что рушатся
небоскребы,
когда жмешь на повтор
голоса, что не воротится,
я молчу
снова
и снова
и снова
я молчу,
Оскар,
чтобы с тобой не проститься.
Свидетельство о публикации №115080800191