Дневник мастера

Году эдак в восьмидесятом
Водил"Волжанку" с гребешком.
У Курской пригородной стоянки
Возил я"шляпу с пиджаком".

И каждый "командир и яша"
Вокзальщика с "мастером" мог знать.
Да, было всё у нас понятно:
Себя,других не обижать.

Много случаев курьёзных,
Смешных,что челюсти болят.
И очень иногда серьёзных,
О чём в блатмире говорят.

Возил покровских я цыган,
Гастролёров и фарсу
Торговых и блатных людей
Мог угадать я по лицу

Можно книгу написать.
И было б вообще что читать.
Мог у министра замом стать.
Как много мог тогда познать.
 
Возил Героя Соцтруда.
Сам депутатом был тогда.
Был неписаный закон-
Не ставить общество на кон.

Кто,где по-крупному играл,
Место,время-тоже знал.
И как-то раз блатной сказал:
"Махнём в Москву.Уже откинулся Амбал".

В залог оплачены концы.
И как тут был,через полчаса
На Рижском обжимал щипцы.

Уселись сзади те друзья.
И вот в Ногинске снова я.
Но я чего-то не понял
И Толе"Дубаку" сказал:
-А где откинувший Амбал?
И он мне пальцем показал:-
Ты что,Амбала не узнал?
На самом деле сей амбал
На самом деле очень мал.
Его я б гномиком назвал.

Один из них,зовут "Мускат",
Возил он в гетрах до колен
Весь свой купюрный склад.

Любил он стольники иметь
И сдачи никогда не брал.
С носков красивых, с подштанин
Купюру нежно вынимал.

И говорил всегда он так:
-Когда не будет у Муската ,
Тогда прокатите за так.

Ходил в таксистах разговор:
-Большой катало он -не вор.
И были все ему должны.
-Когда же будет должен он
Кому-нибудь,-гадали мы.

И вот однажды час настал.
Повёз до дома я катал.
К подъезду подрулил и встал.
Мускат штанину не задрал.
Зло лопоухому сказал:
-Заплатишь мастеру ,как я,
Смотри, проверю и ответишь
За звание блатного у меня .

-Чего Мускат такой сегодня?-
Я лопоухого спросил.
А он был весел и болтал:
-Мускат оставил на блокхате
Весь свой бумажный арсенал.

-Примерно сколько,-говорю.
-Свою двухкомнатную ты
Умножь на пять для прстоты.

Блатподмосковье в месяц раз
Там свой расхлёбывает "квас".
Два раза сможешь-отыгрался.
А нет на дело-всех уважь.

Возил к подпольным баням разных
С высокой степенью людей.
И после развозил отдельно
Толстозадых" лебедей".

Сегодня тайну разглашаю,
Хоть не давал подписки им.
И был свидетелем дел разных.
По духу был я им своим.