Терновый мальчик

Мой чёрный демон постучал в окно –
Мы с ним знакомы, боже, так давно!
А впрочем, бог тут вовсе ни при чём,
И я навеки с чёртом обручён.

Когда-то я наивен был и мал,
Но призвала воспитанника тьма,
И чёрный демон, мой учитель, ждал
Меня за шестигранником зеркал.

Пылали зеркала – и он пришёл,
Он тут же завладел моей душой,
А может быть, и не было её –
Я отродясь был холоден, как лёд.

Я отродясь был дерзок и жесток –
Терновый мальчик, огненный цветок,
А вместо сердца – ядовитый шип,
Меня, должно быть, подменили ши.

И мной владел их инфернальный смех,
Я то бросался и рычал на всех,
То был так снежно-нежен, млечно-мил –
Уже тогда я мог играть с людьми.

Уже тогда я лгать, играть умел –
Но сердце билось далеко, во тьме,
Ломал я кукол и цветы сминал –
И сторонились смертные меня.

И чёрный демон мой явился мне –
В какой-то тёмной яви, алом сне,
И отразился в глубине зеркал
Тот образ, что я помнил и искал.

Он руку протянул – и стук когтей
Ответил сердцу в гулкой темноте,
И белая рука, белей луны,
Разрезала кинжалом ложь и сны.

И чёрные глаза его из тьмы
За мной следили – каждый час и миг,
И тень его крылатая легла,
Как чёрная вуаль, на зеркала.

Я был в него, наверное, влюблён,
Он мне казался – чёрным королём,
И он меня воспитывал, учил,
И он меня короновал в ночи.

Он чёрным принцем называл меня –
И повторял иные имена,
Запретные, забытые во тьме,
И все они принадлежали мне.

Мне, мальчику, затерянному здесь,
Мне, неугодному среди людей,
И белая луна мой силуэт
Царапала на огненном стекле.

Я был волчонком, вспоенным огнём,
Я был один – и были мы вдвоём,
И зеркала смеялись надо мной –
Мой чёрный демон был не кто иной –

Как я, пришедший из иных времён,
Как я, сплетавший свой безумный сон,
Как я, создавший заново – себя
С шипованной улыбкой на губах.

Терновник чёрный разрастался – ввысь,
В колючих терниях рычали львы,
Мерцали ядовитые шипы,
И лунный свет их призрачно кропил.

И когти рвали амальгаму снов,
Я воплощался тенью – вновь и вновь,
Я становился чёрным, как хотел,
Как собственное сердце в темноте.

Я рвался крыльями из граней рам,
Я строил на горе свой чёрный храм,
Я поднимался к звёздам – как огонь,
Я был – мой демон – и никто другой.

Я был – мой демон, выпущенный в мир,
Я воплощался каждый час и миг,
Я принимал иные имена,
Ломался куклой, прошлое сминал.

И я смеялся – огненный, шальной,
Я танцевал под ледяной луной,
И зеркала дробились на миры,
И я глаза зеркальные открыл.

Когтили пальцы бархатистый мрак,
И начиналась новая игра –
И я всё знал, и я всё понимал,
Тасуя карты в пустоте зеркал.

Я знал, что было – и я знал, что ждёт,
Я – сталь и ветер, я – огонь и лёд.
И из зеркал я вновь к тебе приду,
Терновый мальчик, созданный в аду.