И Дьявол говорил...

Отнюдь не ложь, лишь маска на лице,
Она как кожа, покрывает тело,
Скрывая за собою то, к чему у вас нет дела!
Закрыв глаза и на мгновенье вспомнив,
О том, что многим в мысли не пришло,
К чему же ты, пытаешься нарушить то,
Что в мире вашем долгим эхом,
Созвучно называлось - «зло»?!
Зачем пришел… И что искал?
Увы, ты здесь...
Так значит потерял!
В словах ту истину, что повторял за теми,
Кто и привел тебя к моим Вратам...
На камни ты ступаешь обнаженными ступнями,
И путь твой кровоточит за тобой,
Сравним ты с одиноким зверем,
Что потерялся средь людей...
Людей... Живущих ныне!
В желаньях оградить себя от них,
Ты посягнул на то, что в них!
… В глазах глупца притворство и обман.
Рисованной мечтой...
Где правит мыслями туман,
Для многих он, и есть желанья,
Что ослепил глаза их плоти,
И души их... Он за собой сокрыл!
И есть цари, без права правящие миром,
И помыслы их - есть обман,
Есть так же шут...
Но ты, не тут, не там!
Лишь эти маски, что придумали себе вы
сами,
Сокрыты лица ваши, но глаза больны,
О, люди... Те, что с умиленьем вспоминали Бога,
Без сожаленья верша свои дела...
Подумайте, а стоит ли игра?
Которую с начала исчисленья бытия.
Веду я с вами, и правила её известны вам!
Лишь иногда, моя игра обман,
Пусть даже краткий, но всей жизни!
Короткого мгновенья счастья –
Пред вечным бытием,
Но ты... Как и они...
Не ведают в каком!
А бытие моё, Оно, что есть сильней испитой яда чаши,
Которую я взглядом подавал,
И те, из многих, что не ведали обмана,
Но заслужили то, что неизменным стало,
И с вожделением испили с рук моих,
Ту чашу, где есть миг!
Они притронулись к плоду, а значит и
ко мне,
Ведь я, скорее Бог, и царствие своё несу тяжелой ношей,
Для них... Которых множество...
В сады свои я уведу, для окончанья срока...
На алтаре моем они насытятся, они ведь жертвы и дитя порока,
Для большего, чем есть они!
.... Испейте плоть мою, насытьтесь ею,
И присягните мне на верность,
Я восседающий на троне,
Зовущий вас, ведущий за собой...
Зову в свой мир, плету фантазии цветов,
Где плод запретный сладок, что семя есть мое!
Пора уж знать, что средь всего,
Где грань миров, есть мир и мой,
Где за стеной, что делит сущность отмеренных границ,
Нет ничего...
Лишь счёт безвременный за грех,
Что пылью истирает в вечность,
И вечный птичий плач над ним,
Для многих стал он искуплением,
И упокоил души их, как колыбель
в забвенье,
Где в бытие есть грань из многих граней,
Что прах, развеянный как пыль...

... Ступай дитя
Ступай по праху смело!
Смеюсь я над тобой, скрывая то, над чем нет власти у меня.
Хотел ты знать... О смысле искупленья...
Привратники мои, закроют за тобой
Врата...

И прах развеяли вокруг,
Он сущность пред Вратами,
Он пыль с веков, как грани края,
И вечный птичий плач над ним…