В самолёте один...

В самолёте один, а вокруг облака —
Словно белая вата легли.
Но в кабине со мной кровь и пот на висках,
И друзья, что сгорели вдали.

Где-то там, на земле, за спокойной рекой,
Там, где воды несутся урча,
Дочка небу махнёт своей лёгкой рукой,
Выглянет милая из-под плеча.

Расслабляться нельзя, пусть сейчас тишина,
Но радар не смолкает, следя.
Следом хищники голодно полночью
Мчат, добычу поймать норовя.

Вмиг оборвётся покой, вновь опасность видна,
И эфир разорвёт позывной:
«Я на шесть у него! Атакую! Спина!
Чёрт, зайди ему в хвост! Прикрой!»

А быть может, я зря на гражданку не ушёл?
Звал ведь друг - однокашник с собой.
Говорил: «Брось ты небо, всё будет хорошо,
Будет мир, а не вечный бой».

Стюардессы бы голос, чарующий, звонкий,
Слух ласкал бы сейчас нежно мой.
И не стал бы в прицеле мишенью одинокой
Перед хищною птицей стальной.

Но реальность жестока, и выбора нет,
Смерть нависла над самой головой.
Рычаги от себя! На форсаже в зенит!
Резкий крен, вираж боевой!

И меняются роли — теперь я за спиной,
Он не ждал, он растерян, он мой!
Я — военный пилот, и удел мой такой,
Чтобы в тыл возвращался покой.

Да, видать, такова уж нелёгкая судьба,
В юности выбрал её навсегда.
И пусть страшно звучит, что работа — война,
Где есть шанс улететь в никуда.

Но я жизни другой для себя не хочу.
Пусть цветут те луга за рекой.
Я лечу, я дерусь, я кричу и молчу...
Я вернусь к жене с дочкой, домой!