Моим красноклювым согражданам посвящается

(фактически это черновик, который не дописывался двадцать лет)

В стране снегов и вечного мороза.
Без столь необходимых прав и благ
Жизнь у пингвинов более чем проза,
А с благами жить может и дурак.

И вот, одной полярной ночью длинной
Собрался люд пингвиний порешать:
Насколько жизнь - бодягу и рутину
Возможно бесконечно улучшать

Вожак сказал:
- на Север надо двигать.
Там, чайки говорят, зеленый рай,
Где живность есть, читающая книги,
И всякой разной пищи через край.

Там солнце по нормальному заходит,
И нет вообще прожорливых акул,
Вкруг дуба ходит кот и песнь заводит,
И тем нормализует сон и стул…

На первый айсберг для далеких странствий
Я приглашаю…
восемь смельчаков,
Плюс одного из братьев папарацци
С женой кухаркой, чтоб варить…
Рачков.

Со мною отбывает секретарша.
Жена – женой, а тут такой поход.
Над ней я непосредственный и старший.
Мы мимо поплывем,
а не в обход.

Когда готово было все к отплытью,
И дал добро на плаванье ОСВОД,
Увидел капитан, что длинной нитью
К посадке приготовился народ...

Пингвины, право, странные создания:
Им волю дай – все разом уплывут.
Веками жили в центре мирозданья,
А оказалось, что в «промежду тут».

Пришлось устроить конкурс, не попишешь.
О нем отдельно следует сказать:
Кто лучше сложен, кто умней и выше, -
Тем, без сомненья, сразу отказать.

Количество вакансий удивляло:
Нет группировок с этаким числом.
По своему братва вопрос решала…
Остались паханы одни потом.

Скандально папарацци выбирали.
Вся трудность заключалась в том, что их
По псевдонимам только различали…
Заслуги указали на троих.

Но тут случился казус, как узнали:
Один строчил в итоге за двоих,
А между тем издания враждовали…
(Ох, оторвут мне руки за сей стих)

Не легче дело с третьим приключилось:
За именем скрывался кол-лек-тив.
Служивым поголовно обломилось,
И пьют в лесах теперь апперитив...

Наш пишущий избранник возбудился
И начал в исступлении кричать:
- Как знал, гаремом я обзаводился,
И требую всех в паспорт записать!

Законодатель - сразу же в цейтноте:
Создай лишь только первый прецедент,
И будет как в руслановом народе:
Хозяин жизни - бай, банкир и мент.

Пока они в дебаты удалялись,
Брожение в пингвинах началось.
Морские львы до одури смеялись:
У них так жить издревле повелось.

Келейно, но решение приняли,
Мол, раз герой, - не больше ... девяти.
Количество с братками подравняли,
Да и сподручней, стало быть, в пути.

Какие там рачки…
Одно замечу:
Пингвинки были все, как на подбор (!).
Инстинкт пингвиний –
тот же человечий.
Он с креном на естественный отбор.

Казалось бы, уж вся команда в сборе,
И выбор секретарши предрешен.
Уже вожак в приватном разговоре
Похвастался, что ею восхищен.

Но профсоюз их тут же возмутился
(Как оказалось, есть у них такой !),
И списком кандидаток разродился…
Законодатель лишь махнул рукой,

Но все ж решенье принял, чтобы гласно,
Без подтасовок Приму выбирать.
Бедняга так старался,
но напрасно.
И, обессилев,
всех послал он
в мать.
. . . . . . .

Просрочено ОСВОДа разрешенье.
Никто не вышел в море до сих пор.
«Запрещено без виз перемещенье!» -
Законодатель вынес приговор.

             Moralite:

Лишь чайки до зеленых побережий
Летают и пингвинам говорят,
Как хорошо Там,
только реже,
реже
В Пингвинью
           возвращаются
                назад.