Летние сюжеты...

Дорожный сказ -- смещённая строка,
качает так, не литерный -- обычный,
смотрю в окно с какой-то грустью птичьей
на редкие над степью облака...

Народ гурьбой -- курить, а я дышать,
(ох, круто бог заваривает лето!)
и проводница, взявшая билеты,
косится на помятую тетрадь...

Там писано давно -- душе сто лет,
из томиков Набокова, Лескова,
а мне сегодня хочется иного,
не чеховский "Гранатовый браслет".

Нас классика учила поднимать
стихи и душу, самолётик в Небо...
а мне бы "не изъезженную" небыль,
не Мопассана, Грина и Дюма.

Сама себе сегодня режиссёр
и сценарист (по-моему, хреновый),
коленки зарастают кожей новой,
заброшены Хайям, Золя, Басё...

Идите к чёрту! Прямо...
Трам-пам-па...
и читано, и считано, приелось.
Хочу туда, где лета недопетость,
где от сюжетов кругом голова...

...а муравей песчинку скарабчил,
не скарабей, а как толкает сахар!
Скажи, джигит, где потерял папаху?
Какая кроха, а хватает сил...

Дорожный ангел щерится в окно:
"Ты от себя сегодня иль обратно?"
Сижу в купе -- в слезах и непонятках,
с проказливым пройдохой заодно.

Подмигиваю: "Быть или не быть?"
Конечно быть, не быть -- всегда успею,
и скармливаю яблоко не змею,
себе самой. Питайся,
волчья сыть.

Смешинки отделяю друг от друга,
размешиваю кофе... мельхиор
дорожной ложки -- памятью о друге,
а я вожу с собою до сих пор.

Смешная, непонятная примета --
как-будто вещи могут защищать...
Самара предлагает мне леща...
зачем мне лещ на этом крае света?

Здесь Ирикла и нересты сазаньи,
цикады летней нотная тетрадь,
лугов покосных зной и узнаванье,
и, в общем, можно --
петь и умирать.