Медитация на мысли Василия Розанова 872

"Везувий был прямо перед глазами, огромный, очевидный. И кругом, кругом...
Это не были бока вулкана, а как бы целая страна, уезд, перековерканный, изломанный, черный, отвратительный и страшный. Чувство планетности нашей жизни вдруг охватило меня. Никогда ведь оно не доходит до сердца. Живем в Петербурге, а не на земном шаре, на Шпалерной улице3, а не в части света, именуемой Европа. Вообще чувство земного шара, особое космическое чувство, устранено из нашего психического состава; это чувство огромное, ужасное, новое - и вдруг оно полезло в меня, маленького, бессильного его вместить и, однако, долженствующего его вместить. "Сейчас я лопну! И куда бы убежать?!" Вот моя робкая психология.
Лава гадка. Есть для нее неудобное в печати сравнение. Черные горы навалены одна на другую, ползут, скашиваются, переламываются, пучатся пузырями и пещерами и, наконец, вьются чудовищными переплетающимися жгутами, очевидно вчера жидкие и огненные, сегодня черные и холодные. Это "вчера" было тысячу лет назад; но тут, в этой единственной точке, века - как один день. Ведь ничего не вырастает здесь, не движется, не переменяется, и вечный покой вида действительно сближает столетия до Рождества Христова и после Рождества Христова как бы в утро и вечер одного дня. Для Везувия извержение - это секунда жизни, настоящего бытия; но когда нет извержения - что для него века! Их нет, для него нет; а следовательно, и нет для нашего времени, кроме часов, когда он чудовищно зашевелил челюстями, сожрал два города и заснул нимало не сытый. "У, чудовище!" - вот мысль путника. "Земля, я чувствую тебя!" - вот другая еще мысль. И как были правы древние, одушевив вулкан. Его извержения, в их холодном, черном цвете, в самом деле напоминают до гадких подробностей о какой-то ми-нутно-бурной болезни планеты, что-то неудобно сожравшей и не смогшей переварить сожранное. Да, боль планеты - вот идея извержения, которую вы вдруг начинаете чувствовать, видя несомненные последствия болезни. Слишком все подробно перед глазами, и это огромное проистекает не из жизни этого Неаполя, не от мелких биологических ниточек бытия на земле, а от бытия и биологии самой земли, ее самой! Земля, о, какое ты чудовище!"
 Василий Васильевич Розанов "Итальянские впечатления" ( "Иная земля. Иное небо" )

На вершине Везувия - "вчера" -
Существует уж тысячи лет -
Как же чудовищна моей Земли игра -
Глотающая мигом - добрый свет!