***

       Назарьевна.

Она сидела неподвижная, как статуя. Большие руки лежали на коленях. Приготовилась к событию, выборам. Она уже не выходила из комнатки- кельи, последнего прибежища, почти всё время лежала. Жизнь текла в её памяти всё медленнее. Но в этот день собрала силы, поднялась. Пригодились дарёные халат и тапочки.
  День выборов в селе всегда был праздником. Музыка, буфет. В новых одеждах мужики смущались. Женщины разглядывали друг- друга, завидовали нарядам. С чувством достоинства опускали бюллетени в урну. Потом  мужики заправлялись пивом, колко подшучивали.  Женщины тоже сбивались в стайки, смеялись. Все голосовали, все радовались и гордились, что приобщились к общему государственному делу.
   Приехала избирательная комиссия с урной. Нарушая правила, молодые подвыпившие и весёлые организаторы начали:»Баб Нюр, за кого  голосовать будешь? Коммунисты тебе пенсию дали…» В деревне голосовали за коммунистов: прежняя жизнь была справедливее, понятнее, а в новую народ не вписывался,  колхозы рухнули, ни работы, ни денег…
  И вдруг чётким размеренным тоном заговорил неподвижный» идол»:А я- за Путина. Он- молодой. А молодым жить.» Такого никто не ожидал от старухи. Все замолчали. В ней уже жизнь остыла а она своим решением… отрезвила.
  Перед войной нарожала пятерых сыновей. С характером была. Со свекровью не ладила. Муж с войны не вернулся. Трудяга, себя не жалела, детей тоже не жалела. Все работали. И росли ребятишки как подсолнухи в поле, златокудрые, веснусчатые, с упрямым взглядом из- подлобья, и силой и умом не обделённые, не матерью, а солнцем согретые. И ей и сыновьям здоровье и сила передались от деда Назара. «Ну и здорова, Назарьевна !»- удивлялись все, когда после работы в поле на зное, выпивала из колодца крынку ледяного молока.
 Младшую сноху не любила: тоже гордою была. А вот судьба посмеялась, доживать пришлось с младшим сыном и покорно пронимать ухаживания нелюбимой снохи. Смирилась. В дела не лезла. Пенсию всю отдавала. А когда в семье появился долгожданный правнук, очень болезненный мальчик, в ней проснулась нерастраченная нежность, спрашивала у молоденькой снохи «Как Алёшенькино здоровье?».
  Река жизни утекла. Русло иссохло. Она не стонала, замирала. Иногда казалось, что не дышит. Родственники заглядывали к ней с тревогой, боялись не заметить её уход. Но так и случилось…
   Через два месяца ей бы исполнилось сто лет. А через три месяца выбрали президента России Путина.
                Очевидец.

















       Назарьевна.

Она сидела неподвижная, как статуя. Большие руки лежали на коленях. Приготовилась к событию, выборам. Она уже не выходила из комнатки- кельи, последнего прибежища, почти всё время лежала. Жизнь текла в её памяти всё медленнее. Но в этот день собрала силы, поднялась. Пригодились дарёные халат и тапочки.
  День выборов в селе всегда был праздником. Музыка, буфет. В новых одеждах мужики смущались. Женщины разглядывали друг- друга, завидовали нарядам. С чувством достоинства опускали бюллетени в урну. Потом  мужики заправлялись пивом, колко подшучивали.  Женщины тоже сбивались в стайки, смеялись. Все голосовали, все радовались и гордились, что приобщились к общему государственному делу.
   Приехала избирательная комиссия с урной. Нарушая правила, молодые подвыпившие и весёлые организаторы начали:»Баб Нюр, за кого  голосовать будешь? Коммунисты тебе пенсию дали…» В деревне голосовали за коммунистов: прежняя жизнь была справедливее, понятнее, а в новую народ не вписывался,  колхозы рухнули, ни работы, ни денег…
  И вдруг чётким размеренным тоном заговорил неподвижный» идол»:А я- за Путина. Он- молодой. А молодым жить.» Такого никто не ожидал от старухи. Все замолчали. В ней уже жизнь остыла а она своим решением… отрезвила.
  Перед войной нарожала пятерых сыновей. С характером была. Со свекровью не ладила. Муж с войны не вернулся. Трудяга, себя не жалела, детей тоже не жалела. Все работали. И росли ребятишки как подсолнухи в поле, златокудрые, веснусчатые, с упрямым взглядом из- подлобья, и силой и умом не обделённые, не матерью, а солнцем согретые. И ей и сыновьям здоровье и сила передались от деда Назара. «Ну и здорова, Назарьевна !»- удивлялись все, когда после работы в поле на зное, выпивала из колодца крынку ледяного молока.
 Младшую сноху не любила: тоже гордою была. А вот судьба посмеялась, доживать пришлось с младшим сыном и покорно пронимать ухаживания нелюбимой снохи. Смирилась. В дела не лезла. Пенсию всю отдавала. А когда в семье появился долгожданный правнук, очень болезненный мальчик, в ней проснулась нерастраченная нежность, спрашивала у молоденькой снохи «Как Алёшенькино здоровье?».
  Река жизни утекла. Русло иссохло. Она не стонала, замирала. Иногда казалось, что не дышит. Родственники заглядывали к ней с тревогой, боялись не заметить её уход. Но так и случилось…
   Через два месяца ей бы исполнилось сто лет. А через три месяца выбрали президента России Путина.
                Очевидец.






























       Назарьевна.

Она сидела неподвижная, как статуя. Большие руки лежали на коленях. Приготовилась к событию, выборам. Она уже не выходила из комнатки- кельи, последнего прибежища, почти всё время лежала. Жизнь текла в её памяти всё медленнее. Но в этот день собрала силы, поднялась. Пригодились дарёные халат и тапочки.
  День выборов в селе всегда был праздником. Музыка, буфет. В новых одеждах мужики смущались. Женщины разглядывали друг- друга, завидовали нарядам. С чувством достоинства опускали бюллетени в урну. Потом  мужики заправлялись пивом, колко подшучивали.  Женщины тоже сбивались в стайки, смеялись. Все голосовали, все радовались и гордились, что приобщились к общему государственному делу.
   Приехала избирательная комиссия с урной. Нарушая правила, молодые подвыпившие и весёлые организаторы начали:»Баб Нюр, за кого  голосовать будешь? Коммунисты тебе пенсию дали…» В деревне голосовали за коммунистов: прежняя жизнь была справедливее, понятнее, а в новую народ не вписывался,  колхозы рухнули, ни работы, ни денег…
  И вдруг чётким размеренным тоном заговорил неподвижный» идол»:А я- за Путина. Он- молодой. А молодым жить.» Такого никто не ожидал от старухи. Все замолчали. В ней уже жизнь остыла а она своим решением… отрезвила.
  Перед войной нарожала пятерых сыновей. С характером была. Со свекровью не ладила. Муж с войны не вернулся. Трудяга, себя не жалела, детей тоже не жалела. Все работали. И росли ребятишки как подсолнухи в поле, златокудрые, веснусчатые, с упрямым взглядом из- подлобья, и силой и умом не обделённые, не матерью, а солнцем согретые. И ей и сыновьям здоровье и сила передались от деда Назара. «Ну и здорова, Назарьевна !»- удивлялись все, когда после работы в поле на зное, выпивала из колодца крынку ледяного молока.
 Младшую сноху не любила: тоже гордою была. А вот судьба посмеялась, доживать пришлось с младшим сыном и покорно пронимать ухаживания нелюбимой снохи. Смирилась. В дела не лезла. Пенсию всю отдавала. А когда в семье появился долгожданный правнук, очень болезненный мальчик, в ней проснулась нерастраченная нежность, спрашивала у молоденькой снохи «Как Алёшенькино здоровье?».
  Река жизни утекла. Русло иссохло. Она не стонала, замирала. Иногда казалось, что не дышит. Родственники заглядывали к ней с тревогой, боялись не заметить её уход. Но так и случилось…
   Через два месяца ей бы исполнилось сто лет. А через три месяца выбрали президента России Путина.
                Очевидец.

































       Назарьевна.

Она сидела неподвижная, как статуя. Большие руки лежали на коленях. Приготовилась к событию, выборам. Она уже не выходила из комнатки- кельи, последнего прибежища, почти всё время лежала. Жизнь текла в её памяти всё медленнее. Но в этот день собрала силы, поднялась. Пригодились дарёные халат и тапочки.
  День выборов в селе всегда был праздником. Музыка, буфет. В новых одеждах мужики смущались. Женщины разглядывали друг- друга, завидовали нарядам. С чувством достоинства опускали бюллетени в урну. Потом  мужики заправлялись пивом, колко подшучивали.  Женщины тоже сбивались в стайки, смеялись. Все голосовали, все радовались и гордились, что приобщились к общему государственному делу.
   Приехала избирательная комиссия с урной. Нарушая правила, молодые подвыпившие и весёлые организаторы начали:»Баб Нюр, за кого  голосовать будешь? Коммунисты тебе пенсию дали…» В деревне голосовали за коммунистов: прежняя жизнь была справедливее, понятнее, а в новую народ не вписывался,  колхозы рухнули, ни работы, ни денег…
  И вдруг чётким размеренным тоном заговорил неподвижный» идол»:А я- за Путина. Он- молодой. А молодым жить.» Такого никто не ожидал от старухи. Все замолчали. В ней уже жизнь остыла а она своим решением… отрезвила.
  Перед войной нарожала пятерых сыновей. С характером была. Со свекровью не ладила. Муж с войны не вернулся. Трудяга, себя не жалела, детей тоже не жалела. Все работали. И росли ребятишки как подсолнухи в поле, златокудрые, веснусчатые, с упрямым взглядом из- подлобья, и силой и умом не обделённые, не матерью, а солнцем согретые. И ей и сыновьям здоровье и сила передались от деда Назара. «Ну и здорова, Назарьевна !»- удивлялись все, когда после работы в поле на зное, выпивала из колодца крынку ледяного молока.
 Младшую сноху не любила: тоже гордою была. А вот судьба посмеялась, доживать пришлось с младшим сыном и покорно пронимать ухаживания нелюбимой снохи. Смирилась. В дела не лезла. Пенсию всю отдавала. А когда в семье появился долгожданный правнук, очень болезненный мальчик, в ней проснулась нерастраченная нежность, спрашивала у молоденькой снохи «Как Алёшенькино здоровье?».
  Река жизни утекла. Русло иссохло. Она не стонала, замирала. Иногда казалось, что не дышит. Родственники заглядывали к ней с тревогой, боялись не заметить её уход. Но так и случилось…
   Через два месяца ей бы исполнилось сто лет. А через три месяца выбрали президента России Путина.
                Очевидец.





























       Назарьевна.

Она сидела неподвижная, как статуя. Большие руки лежали на коленях. Приготовилась к событию, выборам. Она уже не выходила из комнатки- кельи, последнего прибежища, почти всё время лежала. Жизнь текла в её памяти всё медленнее. Но в этот день собрала силы, поднялась. Пригодились дарёные халат и тапочки.
  День выборов в селе всегда был праздником. Музыка, буфет. В новых одеждах мужики смущались. Женщины разглядывали друг- друга, завидовали нарядам. С чувством достоинства опускали бюллетени в урну. Потом  мужики заправлялись пивом, колко подшучивали.  Женщины тоже сбивались в стайки, смеялись. Все голосовали, все радовались и гордились, что приобщились к общему государственному делу.
   Приехала избирательная комиссия с урной. Нарушая правила, молодые подвыпившие и весёлые организаторы начали:»Баб Нюр, за кого  голосовать будешь? Коммунисты тебе пенсию дали…» В деревне голосовали за коммунистов: прежняя жизнь была справедливее, понятнее, а в новую народ не вписывался,  колхозы рухнули, ни работы, ни денег…
  И вдруг чётким размеренным тоном заговорил неподвижный» идол»:А я- за Путина. Он- молодой. А молодым жить.» Такого никто не ожидал от старухи. Все замолчали. В ней уже жизнь остыла а она своим решением… отрезвила.
  Перед войной нарожала пятерых сыновей. С характером была. Со свекровью не ладила. Муж с войны не вернулся. Трудяга, себя не жалела, детей тоже не жалела. Все работали. И росли ребятишки как подсолнухи в поле, златокудрые, веснусчатые, с упрямым взглядом из- подлобья, и силой и умом не обделённые, не матерью, а солнцем согретые. И ей и сыновьям здоровье и сила передались от деда Назара. «Ну и здорова, Назарьевна !»- удивлялись все, когда после работы в поле на зное, выпивала из колодца крынку ледяного молока.
 Младшую сноху не любила: тоже гордою была. А вот судьба посмеялась, доживать пришлось с младшим сыном и покорно пронимать ухаживания нелюбимой снохи. Смирилась. В дела не лезла. Пенсию всю отдавала. А когда в семье появился долгожданный правнук, очень болезненный мальчик, в ней проснулась нерастраченная нежность, спрашивала у молоденькой снохи «Как Алёшенькино здоровье?».
  Река жизни утекла. Русло иссохло. Она не стонала, замирала. Иногда казалось, что не дышит. Родственники заглядывали к ней с тревогой, боялись не заметить её уход. Но так и случилось…
   Через два месяца ей бы исполнилось сто лет. А через три месяца выбрали президента России Путина.
                Очевидец.




































       Назарьевна.

Она сидела неподвижная, как статуя. Большие руки лежали на коленях. Приготовилась к событию, выборам. Она уже не выходила из комнатки- кельи, последнего прибежища, почти всё время лежала. Жизнь текла в её памяти всё медленнее. Но в этот день собрала силы, поднялась. Пригодились дарёные халат и тапочки.
  День выборов в селе всегда был праздником. Музыка, буфет. В новых одеждах мужики смущались. Женщины разглядывали друг- друга, завидовали нарядам. С чувством достоинства опускали бюллетени в урну. Потом  мужики заправлялись пивом, колко подшучивали.  Женщины тоже сбивались в стайки, смеялись. Все голосовали, все радовались и гордились, что приобщились к общему государственному делу.
   Приехала избирательная комиссия с урной. Нарушая правила, молодые подвыпившие и весёлые организаторы начали:»Баб Нюр, за кого  голосовать будешь? Коммунисты тебе пенсию дали…» В деревне голосовали за коммунистов: прежняя жизнь была справедливее, понятнее, а в новую народ не вписывался,  колхозы рухнули, ни работы, ни денег…
  И вдруг чётким размеренным тоном заговорил неподвижный» идол»:А я- за Путина. Он- молодой. А молодым жить.» Такого никто не ожидал от старухи. Все замолчали. В ней уже жизнь остыла а она своим решением… отрезвила.
  Перед войной нарожала пятерых сыновей. С характером была. Со свекровью не ладила. Муж с войны не вернулся. Трудяга, себя не жалела, детей тоже не жалела. Все работали. И росли ребятишки как подсолнухи в поле, златокудрые, веснусчатые, с упрямым взглядом из- подлобья, и силой и умом не обделённые, не матерью, а солнцем согретые. И ей и сыновьям здоровье и сила передались от деда Назара. «Ну и здорова, Назарьевна !»- удивлялись все, когда после работы в поле на зное, выпивала из колодца крынку ледяного молока.
 Младшую сноху не любила: тоже гордою была. А вот судьба посмеялась, доживать пришлось с младшим сыном и покорно пронимать ухаживания нелюбимой снохи. Смирилась. В дела не лезла. Пенсию всю отдавала. А когда в семье появился долгожданный правнук, очень болезненный мальчик, в ней проснулась нерастраченная нежность, спрашивала у молоденькой снохи «Как Алёшенькино здоровье?».
  Река жизни утекла. Русло иссохло. Она не стонала, замирала. Иногда казалось, что не дышит. Родственники заглядывали к ней с тревогой, боялись не заметить её уход. Но так и случилось…
   Через два месяца ей бы исполнилось сто лет. А через три месяца выбрали президента России Путина.
                Очевидец.