Мы Третий Рим горжусь душа моя

                Radix malorum est cupiditas.

Мы Третий Рим-горжусь душа моя!
От горних мест спустился я в долину.
Наместник Рима край зорит дотла,
Да бродят полудохлые стада
Ощипывая проданную глину.
Наместник прежний, тащит и несёт
Трепещет "цезаря" клянётся но крадёт,
Народ давно считает за скотину.
Но близок час, центурион вобьёт
Свой первый гвоздь, и огласит равнину
Визг поросячий. Радуйся народ!
Своё он прожил, жизнь отжив как год.
И тенью став уже узрел стремнину
Где мрачный Стикс несёт поверхность вод,
Я описать те муки не премину.
Харон хребет согреет твой веслом,
О дух бесплотный вспомнишь ли о том?
Ты всём владел ничем не обладая,
Теперь ты тень над бездною рыдая.
Харон забывчивый медлительный старик
Тебя к ногам швырнёт рыбёшкой малой,
Меж тёмных волн потонет слабый крик
И ужас тьмы сойдёт к душе усталой.
И псом визгливым каясь меж зыбей
Вдруг взвоешь ты -лиши меня скорбей!
Но поздно звать, и прочь несёт стремнина,
Всё ближе берег мертвенный скупой
Где тени бледные угрюмою толпой
Зовут тебя, и горькая равнина
Направит дух безрадостной тропой,
И тёмный вихрь отправит в путь безвидный,
О если знать удел свой незавидный
Но всяк при жизни зрячий но слепой.
Urbs venalis-не вспомнит о тебе,
Латынь торжественна, в покое беспечальном
Умерший дух пути узрит судьбе
В надгробной надписи, в звучанье изначальном
Лежит здесь тот кто украшеньем стал
Провинции наместник величавый,
Трудился он, и вот теперь устал,
Смолк для него хорал льстецов слащавый
Он берег тьмы в объятья возжелал.
Угрюмый Стикс своей волной бесплодной
На отмели пустынные бежит.
На берегу сошлись толпой голодной
Те призраки которых день лежит
Уже, за гранью жизни благосклонной.
Тебя толпа отживших окружит
И повлекут дорогой неуклонной,
И ты познаешь в мерзости бездонной
Умерших мир, чья плоскость подлежит
Основой быть, и тканью тьмы бессонной,
Для тех кто был, но чей восторг изжит.
И на вратах таинственного града
Увидишь надпись чей узор гласит
Неправедным даруется награда
Быть в вечности, где тьма глаза слепит,
Но зрячий дух увидит пламя ада.
Прощай чиновник, ад тебя храни!
Кто был тот сплыл, в грядущем меж умерших
Твоя душа всю память сохранит,
Не различив своих среди горевших.