Жила одиноко девица...
Париж, бульвар Сен-Мишель...
Жила до того одиноко —
Будильник один и постель...
Будильник стал ей живым существом —
Цокает, по-своему двигается,
И сообщает при взгляде одном —
Время — потешная пигалица!
Помню, девица сказала однажды,
С ласкою гладя будильник рукой —
Кроме тебя у меня, так ужасно,
Больше нет никого.
Свидетельство о публикации №115052709814
Одиночество здесь показано не абстрактно, а предельно предметно: будильник и постель — весь мир, сведённый к двум вещам. Париж, бульвар Сен-Мишель звучат не как романтический антураж, а как ироничный контраст: город любви — и абсолютная изоляция.
Будильник как «живое существо» — находка точная и болезненная. Он не просто предмет, а последний свидетель времени, единственный, кто «общается» с героиней. Образ «потешной пигалицы» придаёт времени почти детскую, жалкую форму — оно есть, но утешить не способно.
Финальная реплика — удар без пафоса. Сказано тихо, почти буднично, и именно поэтому страшно: ласка, адресованная вещи, звучит как признание капитуляции перед одиночеством.
В целом — очень чистый, минималистичный текст, где недосказанность работает сильнее любых объяснений. Настоящая поэтическая зарисовка.
Руби Штейн 10.02.2026 07:45 Заявить о нарушении