Одиночка. цикл Последний взвод

         

Гирька на сосновый сук легла,
Проволоку растянув антенны.
И радиограмма в Центр пошла
С донесением,
Донельзя ценным.

Развернув на пне шифроблокнот,
Щедро рассыпал радист морзянку,
Продираясь через лес частот,
Словно перемалывая танком.

Я «Звезда» … утюжило эфир.
Я «Звезда»… в наушниках трещало.
И, казалось, весь полдневный мир
От повтора частого качало.

Прядь на голове белым-бела…
Замер ключ,
Морзянку обрывая.
Группа еще утром полегла,
На себя погоню отвлекая.

«Сволочная выдумка война!»
Зажигалкой щелкнув командира,
Вспомнил всех радист по именам,
Недоживших до своих и мира.

Пепел от сожженного листа
Мотыльками взвился над землею.
Пеленгатор фрицевский устал
Шевелить решетчатой башкою.

И застыл,
Определив квадрат,
Пересыпанный поспешной «Морзе».
И натужно «Бюссинги» шумят,
На проселке набирая скорость.

Пять минут оставив на отход,
След радист припорошил махрою:
Не один здесь пес еще чихнет,
Огорчив хозяина собою.

«Что же, время состязаться в беге…»
Отыграл сонату «пианист».
Корпус поцарапанной «Омеги»
В мешковину завернул радист.

И нырнул в осинник молодой,
Точно призрак…
Как и небывало.
А в Москве знакомый позывной
Очень обнадежил генерала.

Он морщины быстро стер с лица,
Словно надоевшие сомненья:
«Подписать бы надо молодцам
На награды утром представленья».

…Растворившись, точно тень в ночи,
Что дышала лихорадкой боя,
Ордена радист не получил.
На войне случается такое.