Геннадий Мир. Солнце. Поэма

Когда глаза уже не видят
И сердце стынет на пределе,
Остаться можно человеком,
Остаться можно на Земле.

Ты помнишь: сколько раз последним
Был приговор халатов белых
И сколько раз в слепом отчаяньи,
Казалось, не хотелось жить?
Душа истерзанная билась
И клокотала ярость бурей
И подчиниться не хотела
Всем равнодушьям вопреки.
Рукой костлявою старуха
Тянулась к горлу, усмехаясь,
И нашу юную беспечность
Она с собою унесла.
И так бывало неоднажды –
Страшила черная судьбина,
Твоим порывам одоленья
Тебя не думая отдать.

Но что-то там, в душе, ярилось
И не хотело примириться.
И в этой ярости опасной
Я к пониманию пришел:
Ведь можно жить, не веря в правду,
А веря, злу служить усердно.
Но лучше – сердцем исправляя
Все приговоры и судьбу.

Не верь, что жить нельзя иначе,
Как разве в душном окруженьи,
И что не вырваться оттуда,
Не оборвав душевных пут!

Представь себе картину Мира:
Два океана в атмосфере.

Из одного душа вдыхает
Всегда бессилие свое,
Любой глоток желанья губит,
Ростки прекрасного сжигает,
И постепенно безысходность
Начнет расти в тебе самом.
Но все движеньем объяснимо:
Тебе захочется иного.
И раздраженье злой змеею
Вопьется и напустит яд.
Вот с этих пор уже труднее
Вернуть свое непротивленье –
Ты начал изрыгать несчастья.
А их никак убить нельзя!
Они живые, но с отравой,
Как все зловонное плодятся.
И это страшно и порочно –
В себе рожать подобных змей.

Но есть в небесной атмосфере
Для всех живительное Солнце.
Для тех, кто хочет быть свободным,
Есть Океан другой – Живой.
Глоток дыханья освежает,
Снимает груз вины и горя,
Опору помыслам готовит,
Как верный друг в тебе живет.

Ты для себя решить пытайся,
Чему служить и с кем брататься,
И с каждым следущим дыханьем
Бери часть сущности своей:
Из одного – души отраву,
А из другого – силу Света.
И все так просто, что подвластна
Тебе всегда судьба твоя.
Те из людей калечат душу,
Кто лишь в себе ее находит.
И если сдерживать порывы,
Как человеком проживешь?

Ты, человек, велик не болью,
Не униженьем перед нею
И не презреньем к слабым духом,
А красотой, что дарит свет.
И в человеке спят не раны,
А их врачующая сила.
И наша сила спит спокойно,
И совесть спит. А не должны!
Сжигает нас не боль утраты,
Не одичавший зверь страданья,
А чувство времени: чем дальше,
Тем с этой силой меньше связь.
Опасность шепчет: “Что ты медлишь?
Пройдет космическое время
И никогда вернуть не сможешь,
Чему сейчас принадлежишь”.

Сегодня ты легко вдыхаешь
Из Океана свет и солнце.
Сегодня ты, лишь пожелая,
Сам Солнцем тоже можешь стать.
Не позволяй себе скатиться
На край страданья, где пределы,
Где чувство боли затмевает
Твое стремленье к чистоте!
Не позволяй себе промедлить,
Из двух источников напиться:
Ни слабодушьем, ни подлогом
Ты не обманешь чистоту!
Ты помоги тому, кто хочет,
Но хочет искренне и просто.
И он поделится по-братски
Своим желанием с тобой.

И так, делясь лучами Света,
Распространяя Мир и Счастье,
Друзей в дороге умножая,
Ты силу тайную найдешь.
Ищи вокруг себе подобных,
Надежд на это не теряя,
Не бойся проповедей темных,
Тех, кто желает обмануть.
Не отличить порой нечистых
От тех, кто честно хочет дела.
Ты будь готов в Пути прекрасном
Столкнуться с подлостью врагов.
Но не отталкивай вначале
Любого, в ком ты не уверен –
В непримиримости, известно,
Так часто скрыта Красота.

И если вдруг не делу Солнца,
А для себя зажжется кто-то,
Посеет зависть втихомолку,
Душою злобной закипит,
Кто, чтобы вылезти из тени,
Все ищет ловкого момента,
И уж, дождавшись, человека
Готовый ядами облить, –
Таких всегда считай чужими,
Будь постоянно настороже
И даже в их слепом бессильи
За злую силу уважай.
Ты с ними будь непримиримым,
Не верь елейности словесной
И все попытки, если сможешь,
В их продвиженьи пресекай.
И помни: кто не приобщился
И не проникся Светом Солнца,
Тот может личным оскорбленьем
Твою решимость посчитать.
Слепец! – Пока он так уверен,
Что перемирие с врагами,
Вниманье к их делам и судьбам
Равно святой любви к друзьям.
Такие люди оскорбятся
Тому, что ты снесешь с улыбкой,
 И поначалу Дело Света
В презреньи могут оттолкнуть.
И если что-то от их взора
Сокрыто временем иль тайной,
Они скорей спешат плохое
Любому шагу приписать.
Не предавай непримиримость!
И объясненьями не мучай
Тех, кто пока понять не сможет!
И в ускоренье не играй!
Бывают в жизни положенья, –
Своим святым не поступившись,
Ты можешь быть испачкан ложью.
И это сделает не враг!
И можешь ты в одном решеньи
Все потерять – в непониманьи
И никогда уже до смерти
Ты пониманье не вернешь.
Но тем и греет Сила Света,
Что пониманье прорастает
Необъяснимыми путями
И даже там, где не должно.
Разлуку с близкими, друзьями
Любовью для себя согреешь –
Пускай последнюю надежду
Ты сам растопчешь на ходу…
И все, что делаешь руками,
Твои ли помыслы, желанья
И все, что людям отвечаешь,
Уходит жить в свой Океан.
И воздух этих Океанов
Бурлит и радуется с нами,
Но только злой – от огорчений,
А наш – от Света и Добра.
О, люди! – С нами наше счастье,
Оно в желаньях наших скрыто:
Никто дышать не хочет тьмою
И ищет Вечный Свет в себе.
Взрасти желания из Солнца,
Перед Прекрасным преклоняйся
И преумножь сверх всякой меры
Тот Океан: “Добро и Свет”!

Тула – Владимир, июль 1985г.


Рецензии