Когда я читаю...

Когда я читаю Бродского
я ощущаю: как движется мозг;
как создавая трехмерность из плоского,
в первозначимость слова уверовал Бог;
как разум в неравной погоне за временем
без покровительства веры молчит;
как, наделенный свободой и зрением,
за ускользающей вечностью носится «Жид»;
как смерть расставляет немые границы
между памятью, именем, маской лица;
как воспаленный прощением, взгляд с Плащаницы,
палача обнимает взглядом Отца;
как держат атланты, смиренно и чинно
вселенского храма неф-небосвод,
и только их слезы, под песни невинных,
скрывает теченье всезнающих вод;
как в лазурных каналах безбрежных заливов,
где отраженьем пространства закончился круг,
с прибоем о камни, для неисцелимых,
все бьется надмирный и страждущий Дух.

Когда я читаю Милошая понимаю — дальше нельзя;
что пахнет какой-то гнилостью превращение пешки в ферзя;
что память живёт вне времени,как ждущая мужа вдова,
что числа, местоимения —для новых людей имена;
что скоро не встретишь оного,способного не отнимать
у нищих, что ходят сонмами, извечное право страдать;
что всем, кто познал усталость,дозволено будет примерить
с покровами благодарности право в Голгофу поверить,
что книга не будет изданав стране дураков без названия,
но вечер на вече избранных согреет молитвой молчания.

Когда я читаю Тишнера,я вижу, что чаша полна,
что жертва не может быть лишней,как может быть лишней цена;
что только страданье истинно,что веровать – значит избрать
того, кто оставит избранных,а выше измены — прощать;
что сила добра в отсутствииобратного адреса в нём,
что в трепете от сочувствия — начало победы над злом;
что в боли завещана купчаясвободы вдовы, сироты,
а милость дарована сущему,лишь нужно ответить: «С кем ты?».
Держитесь с нужду познавшими,и пусть их осталось немного,
вместе с собратьями вашими ступайте следами от Бога.