Город ты мой единственный

Чётное и нечётное – улицы арифметика.
– Не говори мне лишнего, ведь всё равно – не то!
В красном трамвае с рожками – шумные безбилетники.
В зыбком морозном мареве – клетчатые пальто.
 
– Как не поверить в лучшее, если в кармане – семечки,
Город мой, отпечатанный в памяти навсегда
старой ушанкой кроличьей, булочкой трёхкопеечной,
струнными переборами, искрами в проводах.

«Винный», «Пивной», «Закусочный», в меру обезображенный
пряным закатным соусом; кухонный шут и враль…
Город ты мой единственный, памятью приукрашенный,
был ты таким «безбашенным», выл в голове февраль.

Хватит. Откуролесили. Впору бы образумиться.
Время упругим яблоком катится в никуда.
Но за подкладкой Города, в тесном кармане улицы
прячется сумасбродная  – только моя – звезда.

…Капли летят за шиворот. Ветром лицо исколото.
Жёлтый фонарь качается. Мокрая тень дрожит.
– Город ты мой единственный, ну, извини, какого ты
лешего бестолкового стал мне таким чужим?

Что остаётся? – Вымокшей тенью бродить по улицам,
жадно курить и сплёвывать в чёрные пасти луж.
Город ты мой простуженный, что же ты так нахмурился?
Сколько в тебе утоплено эдаких мёртвых душ?