Мойры волнуют - замри
и даже пустяки
в сравненьи бледном, как тогда
бывало не с руки
с людями жить и волком выть, -
тут тишь да благодать,
а как там быть или не быть,
не стоило гадать,
поплачь за девочку мою,
она, себя скрепя,
не стала подлою в бою,
не жалилась, хрипя
и каменея от тоски,
спасал её Господь,
ведя сквозь жаркие пески
к истоку чистых вод,
и кто бы что ни говорил
теперь - шурши, листва,
из первых и последних сил
я знаю, что права,
быть по-иному не могло,
и стало так как есть,
я знаю и добро и зло,
и доблестную честь,
волненье за море уйдёт,
в душе пребудет мир,
и Клота ниточку спрядёт
для штопки рваных дыр,
бесценная живая ткань
мне в сердце дорога,
табу на ней: оберегать
до нового витка
Лахезы и Атропы,
смотрящих за Антропом.
Свидетельство о публикации №115050305542