Альберт Хусбэнд

Никогда начиная с Афин, никогда начиная с благотворительности,
Стало  словом  любовным, но с головой гидры
Животное змеи и голубя взяло правило в мире:
Иметь  дружбу, процветавшую между человеком и человеком:

Видение и пламя, которое связывает две головы и сердца
В жизни ухаживания души и создания души.
Я имел своё видение, и выбрал своего друга и любил его.

Они смеялись сначала, и затем они дышали на меня
Запах их мерзких подозрений, и таким образом, я сбежал,
Скрытая моя личность, блуждала вдалеке на западе.

Какое потрясение, почти сдача души
Уму подлеца городского, заставил меня показать
Мое имя к медсестре, наконец в Санта-Фе?

И так быть принесённым, где свиньи имеются в большом количестве,
Хрюкающие: "Посмотрите здесь! Могила того человека, Вы знаете!'
*
132.Albert Husband

Never since Athens, never since charity
Became the word for love, and the hydra-headed
Beast of the snake and the dove took rule in the world
Has friendship thriven between a man and a man:

The vision and flame that binds two heads and hearts
In a life of wooing the soul, and making the soul.
I had my vision, and chose my friend and loved him.

They laughed at first, and then they breathed upon me
The smell of their vile suspicions, and so I fled,
Hid my identity, wandered afar in the west.

What a bemusement, almost a soul surrender
To the blackguard mind of the town, made me reveal
My name to the nurse at last in Santa Fe?

And so to be brought where remembering swine abound,
Grunting: "Look here! The grave of that man, you know!'