25. Командировка в Мариуполь

  Для многих Мариуполь – это невзрачный, неприветливый промышленный город. Видится он непременно унылым, с трубами, стремящимися вверх и выбрасывающими в небо целое скопище пыльных облаков, с мрачными улицами, домами – коробками, со старым красным трамваем, который словно прикатил из советского прошлого. Тот, кто видит пылающее на горизонте зарево заводских отходов да уставших людей с одинаковыми лицами, идущих домой со смены, так и думает.
      Но Мариуполь можно увидеть и другим: зелёным, лёгким, весёлым, задыхающимся от запаха цветов и рыбы, засыпанным белым тополиным пухом, залитым пивом «Добрый Шубин» и заваленным раками за стойками рынка Бахчиванджи, а ещё сдобренным крепким словцом рыбаков после неудачного лова. Это вам не Донецк с его чопорностью и амбициями, здесь другой город и другие люди. Это город у моря, с портом и таможней, как распахнутая в романтический мир странствий дверь. Море здесь повсюду, только подъезжая к городу и замечая, как на глазах меняется погода, легко переходя от млеющего зноя к шквальному ветру и грозе, понимаешь: оно тут, море, совсем рядом! Город у моря – это особый город. Марина любила Мариуполь именно за это море, а ещё за  то, что она всегда чувствовала здесь себя, как дома.
      Встретившись с человеком, ради которого она и приехала сюда, Марина вздохнула с лёгкостью исполнившего свой долг. Застать Владимира Бойко в кабинете очень трудно, это не кабинетный руководитель, а настоящий хозяин, поэтому Марина прибыла на место к шести часам утра, как раз в тот момент, когда он собирался проводить свою «летучку», давая разгон и составляя план работы на день. Завод Ильича был лакомым куском для тех, кто силой своего капитала или авторитета ( а эти люди в большом авторитете! ) скупал выгодные предприятия у менее удачливых конкурентов, хотя слово «скупал» не очень-то подходит для подобных операций. Скупать – значит приобретать то, что продают тебе добровольно, а в нашем случае о добровольности намерений можно и поспорить. Переговоры, уговоры, угрозы состоялись, но Ильичёвец хозяина так и не поменял. Пока жив Бойко – комбината им не видать! Узнав, что Марина – корреспондент «Донецкого кряжа», а эту газету он уважал, Бойко внезапно согласился дать ей интервью, чем удивил своих работников, и выставил всех в приёмную, попросив подождать и закрывшись с журналисткой в кабинете. Видимо, день этот обещал стать для Марины удивительно удачливым, так как начался с явного успеха: ровно 15 минут с глазу на глаз говорила она с самим Бойко! После этого Марина вышла вполне довольная аудиенцией, а директор комбината впервые начал заседание не с «разгонов», а с задач, которые стояли перед предприятием и его работниками. Даже секретарша поразилась и проводила корреспондентку внимательно – изучающим взглядом.
      Освободившись неожиданно рано, когда ещё не было и семи часов, Марина была озадачена: до встречи с Ревуцким оставалось целых пять часов. Чем заняться? Куда направиться? Подъехав к центральному рынку, она вышла из автобуса и решила пройтись по проспекту Металлургов. Где-то там, впереди, её ожидало море.
      Только 19-е апреля, но на улице уже полное царство лета. Тополя в зелёном обрамлении; машины с задором снуют туда-сюда; людей так много, словно у всех отпуск; почти на каждом углу продают цветы; девчонки смеются чему-то, что ведомо только им, а парни с надеждой оглядывают их крепкие тела и вздыхают.
      Чем ближе к пляжу, тем меньше и дряхлее домики, многоэтажек тут нет, только старые дворики со своими уродцами, низкие стены с распахнутыми ставнями, за которыми межоконная вата, игрушки на подоконнике, шишечки на спинках металлических кроватей да светлые платочки выглядывающих на свет божий старушек. Что тут услышишь? Лай собак, хозяйское квохтанье кур и голоса возящихся во дворе ребятишек.
      Но вот проспект упирается в Приморский бульвар, прямо в летнее кафе, куда и заглядывает Марина. Ещё рано, продавцы только проснулись, их несвежие лица, говорящие о бурно проведённой ночи, которая для них не так давно закончилась, смотрят в окошко непонимающе.
      - Чего? Чего? – спрашивает девица, от которой разит дешёвой водкой.
      - Кофе! – повторяет Марина уже в третий раз и добавляет, - без сахара!
      - Ещё чайник не закипел! – недовольно бурчит вторая, появляясь из-за перегородки.
      - Ничего, я подожду, пока закипит, - и садится за столик. На столе не убрано, лежат остатки пиццы, окурки в пепельнице, на скатерти большое жирное пятно. – Девочки, - спрашивает Марина, - кто-нибудь может убрать со стола?
      - За другой сядьте! – слышится из окошка вежливый ответ. Но за другими та же картина, поэтому Марина остаётся сидеть на месте.
      Чайник справляется, как и его хозяйки, с задачей только спустя полчаса. За это время Марина успевает выпить банку «Бирмикса», съесть какую-то полусухую коврижку и пополнить счёт. Наконец кофе принесён. Выпив его и уже собравшись покинуть столь уютный зелёный тен, под куполом которого она сидела, она вздрагивает от неожиданного всплеска молнии, а за нею и удара грома: такое ощущение, что он стукнул прямо в дерево перед нею, даже звон пошёл и листья посыпались! И сразу же за грохотом пошли стучать невидимые молоточки. Да, таких крупных капель Марина никогда ещё не видела: с небес до земли словно свесились и дрожали прозрачные верёвочки, капли превратились в сплошной водный поток.
      - Это надолго! – покачав головой, заявил мужчина с соседнего столика.
      - Ага, на весь день! – подтвердил ещё один.
      А ведь Марина ещё хотела заглянуть на пляж и искупаться. Уже, наверное, полно людей, рискующих это делать. Да и пляж тут, рядом, в двух минутах ходьбы. Эх, не повезло! Пришлось вновь занять место за столом и что-то взять у официанток, чтобы не скучать в ожидании хорошей погоды.
      В начале десятого ливень прекратился, сделав это так же неожиданно, как и начался; как-то сходу разметались тучи, уплыв в сторону моря, и яркое апрельское солнце освободило город от мрачного настроения. Марина тут же покинула кафе и отправилась на пляж рядом с санаторием «Металлург».
      Пляж неухоженный, кому-то за его уборку, конечно, платят, но… После ночных «гуляний» - пустые бутылки, окурки, детали дамского и мужского туалета, презервативы и прочие следы человеческого общения. Но тепло, безудержное солнце и море заставили закрыть глаза на всё это и отыскать уютное местечко у самой кромки берега. Людей было немного, в основном прогуливались отдыхающие из санатория, на пирсе ловили рыбу да выводили в море яхты: по правую сторону от пляжа располагался яхт-клуб. Песок высыхал быстро, светлея на глазах.
      Марина освободилась от джинсов и футболки, сложила их поверх рюкзака и вошла в море. Всё-таки вода была ещё довольно холодной. Проплыв метров сорок, она повернула обратно. Полотенца с собой у неё не было, дав телу обсохнуть, стянула купальник, отжала и бросила в пакет. Никого из людей поблизости как раз не было, с пирса её, конечно, видать, но бинокль вряд ли кто возьмёт в руки, а детали с такого расстояния не очень-то рассмотришь. Одевшись, она закинула на плечи рюкзак и побрела вдоль берега, любуясь морем.
      Когда в полдень пришла к драмтеатру, опять шёл дождь. Обойдя несколько раз вокруг фонтана и пристально осмотрев всех мужчин подходящего возраста, поняла: отца среди них нет.
      «Почему же он не пришёл? – думала она. – Неужели что-то почувствовал, заподозрил? Значит, и вправду обладает какой-то силой! А может, письмо запоздало, и он его ещё не получил? Не каждый же день он ходит на главпочтамт и смотрит свою почту!»
      Ей было очень жаль, что встреча не состоялась, придётся теперь продумывать следующий ход, она так просто от своей идеи не отступится. Уже ведь обдумывала, что скажет ему, как натолкнёт на нужную ей тему. Хотелось не только узнать секреты своего с ним родства, но и просто взглянуть на него: какой он? умный ли или так себе? похожа ли она на него? И в чём оно, это сходство?
      Побродив ещё с полчаса по скверу и окончательно удостоверившись, что её отец не решился встретиться с «Галиной», промокнув до нитки, отправилась к автовокзалу, надо было ещё успеть в эту Ужовку. Где она только взялась на её голову? Дойдя до ночного клуба «Клеопатра», сняла мокасины и понесла их в руках, так как в обуви вовсю плескалась вода. Так приятно было шлёпать по лужам! Словно и ливня не было, и на сердце – легко и спокойно! А и правда, чего расстраиваться? Дождь – не повод к огорчению, наоборот, топаешь по мокрому тротуару и вспоминаешь беззаботное детство, когда вот так же с восторгом прыгал по лужам, поднимая фонтаны брызг, радуясь самому малому – природе!
      Переходя у Кировского рынка улицу, услышала внезапное резкое торможение, обернулась: прямо перед ней мотоцикл, за рулём его – интересный парень в ярко-жёлтой куртке, чёрных кожаных штанах и косынке, лихо охватывающей голову. Улыбается и спрашивает:
      - Далеко собралась?
      Марина тоже улыбается, заражаясь его настроением, и отвечает:
      - Далеко. В Ужовку.
      - А где это?
      - По Донецкой трассе и направо. Деревня такая, Ужовка.
      - Ничего себе названьице! Ты там что, живёшь?
      - Ещё чего!
      - Тогда садись!
      - Как садись? Куда?
      - Ко мне на мото, отвезу.
      - А разве тебе в ту сторону?
      - Посмотри на себя, мокрая курица!  Куда тебе спорить? Сказал, садись – значит, садись, пока предлагаю!
      Марина пожала плечами, явно обрадовавшись такому предложению, но не показывая этого, обула мокасины, откатила брюки и забралась на мотоцикл, крепко обхватив спину парня. Мотоцикл сорвался и понёсся по улице, не соблюдая никаких правил, обгоняя на полном ходу машины, презирая свистки гаишников и осуждающие взгляды пассажиров. Марина прижалась к спине парня и боялась только одного: хотя бы не слететь! А то потеряет её и не заметит.