Эванджелина

Сказка о Aкадии.
Генри Уодсворт Лонгфелло.

    Это лес изначальный. Ропот сосен и болиголовов,
  Бородатый мох, и в одежде зелёной, нечёткий в полумраке,
  Стенд как  поля друидов, с голосами грустными и пророческими,
  Стенд как Гарпии инея, с бородами, которые опираются на их груди.

  Громкий в своих скалистых пещерах, с глубоким голосом соседний океан
  Говорит, и в акцентах безутешный ответный вой из лесу.
    Это лес первобытный; но где сердце, что под ним
  Прыгнул, как икра, когда он слышит в лесу голос охотника?

  Где соломенными крышами деревни, дома акадских фермеров, -
  Мужчины, чья жизнь скользила, как реки, что воды леса,
  Находится в тени земли, но отражает образ неба?
  Отходы являются  приятными занятиями, и фермеры навсегда покинули!

  Рассеянные как пыль и листья, когда могучие взрывы октября
  Пользуются ими, и кружатся  в их полёте, и посыпать их далеко oт океана.
  Ничего, кроме традиций не остаётся в красивой деревне Гранд-Пре.
    Вы, которые уверовали в любовь, что надеется, и переносит, и терпит,
  Вы, которые уверовали в красоту и в силу преданности женщины,
  Список в скорбной традиции по-прежнему пели сосны в лесу;
  Список в Повести о любви в Aкадии, о доме счастливом.
*
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. 1

На акадских землях, на берегах Бассейна Минаса,
  Отдалённых, изолированных, тем не менее, небольшой городок Гран-Пре,
  Лежащий в плодотворной долине. Обширные луга простирались к востоку,
  Предоставленные городку своим названием и пастбища для  выпасов без числа.

  Плотины, что руки фермеров поднимали непрерывным трудом,
  Закрыли бурные потоки; но в установленные сезоны шлюзы
  Открывались, с приветом морю, блуждая при желании по лугам.

  Запад и юг там были полями льна, садами и кукурузными полями
  Распространяясь вдалеке и неогороженные по равнине;
 и далеко  продвигаясь на север
  Бломидон  поднялся, и старые леса, и наверху на горах
  Морские туманы разбили свои палатки и туманы с могучей Атлантики
  Смотрели на Счастливую Долину, но никогда  с их позиции не спустились.

  Там, посреди его ферм, разлёгся аккадский городок.

  Сильно построены были здания, со структурами дуба и каштанового цвета,
  Такой, поскольку крестьяне Нормандии построены в господстве Генрихов.
  Покрытые соломой были крыши, со слуховыми окнами; и щипцовым
проектированием
  По подвалу ниже защищенного и заштрихованного дверной проём.



EVANGELINE.

PRELUDE.


  This is the forest primeval. The murmuring pines and the hemlocks,
Bearded with moss, and in garments green, indistinct in the twilight,
Stand like Druids of eld, with voices sad and prophetic,
Stand like harpers hoar, with beards that rest on their bosoms.
Loud from its rocky caverns, the deep-voiced neighboring ocean            5
Speaks, and in accents disconsolate answers the wail of the forest.

  This is the forest primeval; but where are the hearts that beneath it
Leaped like the roe, when he hears in the woodland the voice of the huntsman?
Where is the thatch-roofed village, the home of Acadian farmers--
Men whose lives glided on like rivers that water the woodlands,          10
Darkened by shadows of earth, but reflecting an image of heaven?

  Waste are those pleasant farms, and the farmers forever departed!
Scattered like dust and leaves, when the mighty blasts of October
Seize them, and whirl them aloft, and sprinkle them far o'er the ocean.
Naught but tradition remains of the beautiful village of Grand-Pre.      15
Ye who believe in affection that hopes, and endures, and is patient,
Ye who believe in the beauty and strength of woman's devotion.
List to the mournful tradition still sung by the pines of the forest;
List to a Tale of Love in Acadie, home of the happy.