Штурман и капитан

(Посвящается настоящей дружбе.)

Швыряет кораблик, по Черному морю,
Рвет ветер руками, большую корму,
Седой капитан,  за потёртым штурвалом,
Нос судна направил, на гребень-волну.
Но он не один, штурман в рубке закрылся,
Морзянкой стучит, бьёт тревогу в эфир,
А ветер крепчает, а ветер всё злится,
Борта разминая, шлифует до дыр.
Буря стремительно катит по морю,
Неся мегатонны, холодной воды,
Волною грозится ужасному горю,
Не избежать им, на судне беды.
Четыре руки у руля оказались,
Глаза были мокрыми, но не от слёз,
Одни, показалось, перед шквалом остались,
Вал  небо закрыл, как мрачный утёс.
И грохнули сталью, водной стихии,
В толще воде  исчезли следы.
Похоже, корабль здесь моря потопили,
В бурлящем потоке уже не найти.
А друга рука на штурвале лежала,
Плечо на плече, им судьба нипочем,
Вода клокоча, за горло схватила,
Но только лишь ближе стало плечо!

Вал злою горою, помчался ругаясь,
Ревя и бросаясь, пенящей грозой.
Средь мелких бурунов, в воде отражаясь,
Из сизой пучины, мелькнуло кормой!

О  Боже! Не верю! Чудес не бывает!
Наш бедный кораблик, совсем чуть живой,
Качаясь бортами, из дна выплывает,
Он просто нырнул, так бывает порой.
Все нити-канаты, все тросы упали,
В каюте разбился последний стакан.
А у штурвала обнявшись, стояли,
Штурман товарищ и наш капитан.