40

+ 40 +

Из каких-то толщей мрака... Из невиданных глубин...
Из ущелий плоти страха... Из под мышечных морщин...
Протекала отголоском, затухающих ветров...
Светло-тон-ка-я по-лос-ка, чьих-то, непонятных слов...

И внезапно, как распался на куски, весь черный мир !
Небо, страшно просыпался... Тело, кто-то тормошил !!
Бледный ликом, как Поганка... Все движенья, с немотой...
Пот на теле, словно манка... Пелена в глазах, Луной...

- Должен встать !! - Кричал вновь голос. - А иначе, - пропадёшь !
Намочи, водою, волос !  Просыпайся !!  Что ты ждёшь ?!
У нас, с временем непруха... Скоро всё накроет мгла !
Ну вставай ты, ради, - Духа !!  Слышишь Небо, ты, меня ?!

Кто-то, - тело поднял с тропки... Кто-то, - научил шагать
Мимо зыбей хлипко - топких... Кто-то, - научил дышать...
Подгоняя... Понукая... В спину кулаком лупя...
Гнал по смраду, заклиная... Гнал во тьму, собой маня...

Солнце, ярко догорало... В угли сыпля, крошки дня.
Сил у света было мало, и его гасила, - тьма...
Как порой, бывает в жизни... Породит кого-то мрак,
И он давит на свет мысли... И когда потушит, - рад !

Шаг за шагом... Час за часом... Небо двигался, - вперёд !
Страх за страхом, лился в разум, в каждый новый поворот.
Уже ночь, Зерно спустила и умывшись Молоком, -
Пол планеты откусила, ненасытным, черным ртом...

Стали равными все земли... Пропастями, - гладь воды...
Из объятий, смерти, тлена, - вышел Небо, невредим...
Но, невидимая сила, то толкала, то звала.
И тянула, и молила, и ругала, и рвала...

За межой, возникло поле. С приболоченным леском.
Но и тут не дали воли.  Небо взвыл лесным Волчком...
Всё просил его оставить... Что б уснуть до света дня !
Но не в силах что-то править, если Дух, - ведёт тебя...

Город WAMPUM, черногорья, - до рассвета обходил !
И пройдя всё плоскогорье, пал в траву, - уже без сил...
Дух Tokala Chikalawin, Небо положил на мхи
И сказал: - Поспи тут, парень... Ты прошёл Тропу Войны !

Отдыхай... Теперь ты, - Воин !  Kinyan Дух, окреп в борьбе.
Ты, - Мечты своей, достоин !!  Да помогут, все, тебе !
И взлетев в туманной дымке, он почувствовал тепло !
Гранью, тоньше паутинки, засияла плоть его...