Он пустился в латунь, и сырые дубы
Провожали его рукавами воды,
Рукавами на три.
О, чешуйные скрепы,
О, скалистые склепы...
Ошибаясь в волнАх, он был прав на холмАх,
Его ноги всегда отдыхали в чулках,
На носу рос табак, под окном петухи,
Они тоже, как ночь, всё росли и росли.
О, чешуйные скрипы,
О, надменные пиппы...
Долог - короток тлен, да вдруг вспять, по пятам
В длинном шлейфе из бра, — зеленщИк от дворян,
Окаянна б была б в половину луна б,
Но то солнце и соль, то шафранный мирАб
И перо до небес, и шатёрная стать,
Не пустившись в латунь,
Не возможно понять.
Он пустился в латунь, и сырые дубы
© Copyright: Пафнутий Широковоротов, 2015
Свидетельство о публикации №115030302330
Свидетельство о публикации №115030302330
Рецензии