Кольцевание

Было время, и в блеске чудесном
Я невестой была божества,
Мне казалось, что в мире прелестном
Нету места для боли и зла.

И жених мой, король всех царей,
Мне казался самим совершенством;
Мысль о нем мне была всех милей,
Несмотря на попрек иждивенством.

Я закрылась от глупых роптаний,
Что за власть я себя продаю,
И что он после долгих скитаний,
Хочет вновь очутиться в раю.

Я не слушала грозных преданий,
Что старик был безмерно жесток,
Но я верила в миф оправданий,
Что влюблен он и одинок.

Я не знаю, была в чем причина
Моей жертвы: в деньгах, в состраданье,
Иль в боязни отца лишить чина,
Или в скуке, иль в детском мечтанье?

Не могла я отвергнуть страсть бога.
Да не очень-то мне и хотелось,
Ведь с короной легче дорога,
Ее власть сулила мне смелость.

Но, конечно же, я ошибалась,
И мне свет заслонило страданье,
Сказав «да», я в цепях оказалась,
Чтоб как сокол принять кольцеванье.

Да, мой муж был умен и опасен,
И коварство его все б затмило,
Но он был и душой столь ужасен,
Что меня его злобность сломила.

Я за дичь продалась словно хищник,
Предавая людей и губя;
Он был вовсе не бог, чернокнижник
Стер мой мир, себя вознося.

И сегодня я – желчная дева
С мертвым сердцем и рваной душой –
Жду хозяина, воя от гнева,
Чтоб склониться под властной пятой.

И не знает никто, как мне больно,
Как пыталась я с жизнью кончать,
Все уверены, что я довольна,
И за хмурость спешат укорять.

Тень величия хитростно прячет
Повелителя злое лицо,
И завистниц орда грозно плачет,
А мне горло сдавило кольцо.

В украшении этом предивном,
Внешне ярком от чудо-камней,
Ядом душит холод противный,
И кусают следы от цепей.

И никто не услышит мой плач,
Не спасет моей бедной души;
Каждый день я до смерти – палач,
Чтоб смеялся мой демон в тиши.

Я в кошмарах сейчас и навечно,
Внешне часто мой выглядит сон,
Как кольцо, в зависть всем безупречно,
Но внутри душу рвет адский стон.

Снится мне сквозь нетленный дурман
Старый мир одинаковых бед,
И в них снова я вижу обман,
Снова слышу свой страшный обет.

И опять я во сне ошибаюсь,
И мне свет заслоняет страданье,
Молвлю «да» и в тюрьме убиваюсь,
Все продав за одно кольцеванье.