Портреты. Марифёдрна

Мария Федоровна - моя первая учительница. Худая, черноволосая, средних лет еврейка, с очень вспыльчивым характером. Вся наша школа знала ее по голосу, вернее по крику, который разносился по всем трем этажам, когда она учила нас, первоклашек, жизни.
Я по сути своей - ученик. Такой уж у меня статус. Учусь самозабвенно и с удовольствием. Поэтому в первых классах Марифёдрны я училась только на высшую оценку "5". В советских школах к ученикам обращались по фамилиям, и я у нее проходила под кодовым названием "козел отпущения Сизова". Почему козел? В те года я сама не знала, почему я так называлась, и только со временем до меня дошло, что это было не клеймо, не обзывание, а такая вот своеобразная похвала. Когда несчастный двоечник или троечник выбирался жертвой испуганно помолчать у доски, то он не просто вызывался постоять у доски. У нас был целый ритуал принесения жертв науки в жертву. Марифедрна подбегала к ученику, хватала за шиворот и швыряла нерадивого ученика энергично и уверенно вперед, и он, желал того или нет, но летел прямехонько к доске. А когда двоечник, как стойкий партизан,под крики "форте" все же не давал ответа, тогда она устремляла грозный взор на меня и вопрошала: "Сизова, знаешь ответ?" "да", испуганно соглашалась я. Марифедрна поворачивалась к классу и кричала: " Сизова должна быть у вас козлом отпущения?!". А "Козел" в это время всеми силами старался уменьшиться в размерах.
Вот так мы проучились почти три года...
Однажды администрация школы решила поощрить круглых отличников и наградить их памятными подарками. Для этого, на производства, где работали родители таких учеников, разослали письма, где говорилось о том, что дитя таких-то родителей- очень хороший ученик, пришлите, пжлста, с вашего производства какой-то сувенир и приходите, кто желает на праздничный вечер, мы будем в местном клубе принародно награждать наших гениев.
Мой брат Саша, сестра Люба и я были в списке таких учеников...
После школы, в тот день, когда администрация приняла это решение, в нашем доме появилась Марифедрна. "Ваших детей решили не награждать,- с мукой в голосе рассказывала моя учительница моим родителям, - потому что вы верующие. Всех отличников посадят на первую скамейку, будут поименно вызывать на сцену и награждать подарками. А ваших назовут по имени, но скажут оставаться на скамейке без объяснений и без подарков. Поэтому, заранее, пожалуйста, дайте мне какие-то сувениры, я все устрою."
В день награждения отличников, когда назвали наши имена, Марифедрна молча встала со своего места, подошла к нам, сидящим на скамейке, и каждому из нас, вручила подарок. А все в это время молча смотрели на Марифедрну...
Я ничего не знаю о том, что было с ней после этого вечера. Если честно, меня тогда не очень взволновало ни то, что нам не дадут подарков, ни поступок моей учительницы- дети воспринимают все легко и просто.
После окончания школы прошло много лет, однажды я поднималась по лестнице в нашей, огромной по численности членов, баптистской церкви на балкон, где находился хор, в котором я пела. И вдруг на скамейке под лестницей я увидела Марифедрну. После служения я уже не нашла ее: слишком много людей...Но очень надеюсь увидеться с ней еще раз и уже навсегда...
И вот что я знаю: судить по красоте речей о человеке совсем не стоит. Кто-то с мягкой и красивой речью может оказаться трусом.Кто-то нежно предаст тебя. А может кто-то, крикливый и некрасивый, в час испытания заслонит тебя собой....Героя нельзя узнать пока не настанет час его поступка.