10. Малевич. Автопортрет

ИЗ СБОРНИКА "РАССУЖДЕНИЯ О ЖИВОПИСИ".


            ГЛАВА - 10. МАЛЕВИЧ. "АВТОПОРТРЕТ".


            Сам Малевич считал себя великим художником. Есть люди, которые тоже имеют такое мнение (бывает трудно определить, искренне они это говорят или нет, - ну, будем считать, что искренне). У меня нет такого отношения к этому художнику. Но я не утверждаю, что безоговорочно прав я, а не эти люди. Может быть, он и вправду велик? Может быть, мною просто что-то не понято?

     Но кое-что в его творчестве всё же интересно и мне. Этот человек всю жизнь искал приёмы выразительности цвета и формы. Выразительность цвета самого по себе и в сочетаниях цветов. Выразительность форм тоже самих по себе и в сочетаниях форм. Наконец, выразительность всевозможных сочетаний форм и цветов между собой.

     Конечно, если бы он это делал в предметных, сюжетных картинах, он получал бы больше понимания от зрителя. Но он пошёл по пути такого поиска без предметности и без сюжета. Только цвет и только формы, то есть абстрактно. Правильно ли он делал? Не будем обсуждать. Это его право - самому выбирать свой путь.


          Но посмотрим на этот автопортрет. Здесь художник с помощью наработанных в своих поисках приёмов даёт не абстрактное, а предметное и сюжетное изображение. Картину нельзя назвать великой, но она, безусловно, интересна.

     То, что автор хотел передать в гордой, величественной позе, - позе уверенного в себе творца-первооткрывателя, - он ещё больше усилил с помощью цвета и формы цветовых плоскостей. Удался ли этот эффект? По-моему, да.

                * * *

             В советское время (особенно в раннесоветское - растущее, в отличие от позднесоветского - загнивающего) к художественному модернизму отношение было более отрицательное, чем положительное. Это имело свои причины.

     Сила искусство или не сила? Конечно, сила, и очень даже великая. А если так, то в обществе, в котором идёт бескомпромиссная борьба за создание принципиально нового строя, очень важно, какой из борющихся сторон будет вольно или невольно помогать эта сила.

     Тем более, что социальное преобразование шло в обществе с огромной степенью мелкобуржуазности, то есть в обществе очень неустойчивом, шатком, колеблющемся.

     Не могу не привести строчки из Маяковского, очень точно передающие дух того времени:

     "И песня, и стих - это бомба и знамя,
      и голос певца поднимает класс.
      И тот, кто сегодня поёт не с нами,
      тот -
      против
      нас."


             А разве имеет право власть требовать что-то от деятеля искуства, создавать ему какие-то рамки, ограничивая тем самым его абсолютную свободу? Считаю, что народная власть (если это действительно народная власть) такое право имеет.

     Чтобы служить людям, искусство (нет, не примитивное, а настоящее, высокое) должно доходить до них, быть с ними.

     Превращение же творческой интеллигенции в какую-то элитную секту, высокомерно отделённую от массовых низов, прямо противоречит этой задаче.

               
                * * *

            Однако огульное определение художественного модернизма как "распад искусства в эпоху загнивающего капитализма" содержало в себе и существенную ошибку. Ошибка именно в огульности.

     То, что в искусстве эпохи загнивающего капитализма начинается распад, бесспорно. Но непривычность, нетрадиционность формы и резкий, бурный переход к ней от привычных старых форм могут иметь не только эту причину.

     Не только попытки модернизировать буржуазность, отвлечь людей или отвлечься самому, не только забава империалистических мещан или кривляющееся оригинальничанье, - но и начинающийся социальный протест против ненавистного старого мироустройства или новое видение мира, порождённое научно-техническим взлётом, мировыми войнами и революциями.

     Нельзя всё валить в одну кучу и вешать на все один ярлык "распада искусства".

     Надо, видимо, и внутри модернизма тоже провести разделяющую черту. Отвергнуть антиискусство, но поддержать новаторство, вызванное новым видением мира.

     Досадная ошибка тут, вероятно, была допущена. И когда наша страна поднялась из отсталости и достигла научно-технического уровня ХХ века и взгляд большинства людей на мир преломился сквозь атом, химию, космос и новую динамику жизни, когда, следовательно, возникли понимание и тяга к выражающим это изменение художественным приёмам, наше искусство не смогло в полной мере соответствовать новым требованиям и несколько проиграло западному искусству в борьбе за новую молодёжь.