Ригель победы. цикл

       Бесценный пятачок

Вам мужества примеры надо?
На Ораниенбаумский зайдём пятак,
Что годы годы был пропиской Ада
И  героизма. – Уверяю, так!

Хоть невелик плацдарм защиты,
Всю роль его боюсь не оценить…
Да, верно, здесь фашисты биты,
Но, главное, крепилась Ариадны нить.

Та нить и привела бойцов к победе,
Блокадникам затем дала надежду - «Быть»,
Соединила граждан стойкостью при бедах;
Смогли «Тьму ночи» с нею посрамить.
 
Порви её - Кронштадту гибель,
И, значит, к Ленинграду путь открыт.
На людях удержался «ригель»…
Их подвиг славлю как Победный щит.

                Январь  2015 г.


               

          ДУГА
        ( Поэма)             

Я слушал откровенья фрица:
О Прохоровке шёл рассказ.
Экрана луч, иные лица…
Запало нечто, без прикрас.

Танкист и командир «Пантеры»,
Усталый ныне ветеран,
Без злобы и нацистской веры,
Обманов жертва, старых ран…

На фронт попал он в сорок первом,
Был вскоре ранен под Москвой;
В победу верил, берёг нервы;
Его сжёг Сталинград тоской.

- Леченье, переподготовка,
Затем дивизия СС.
Стальная мощь - залог вербовки
В случайном промысле небес.

Струнили днями пополненье,
Запрет на отпуск и отгул,
Дышали ночи нетерпеньем,
Срывался с неба томный гул.
И началось…

«В июле прибыли в Белгород.
Поди, там помнят «Лейбштандарт».
И холодок бежал за ворот,
Когда мы принимали старт.

Пять дней мы были в наступлении:
Бросало полк туда - сюда.
Потери жгли до исступленья;
Не помню мест …  Идут года.

Но эту станцию лихую,
Я не забуду никогда:
Удача с нами, мы банкуем,
И осветила путь звезда.

Да, ждали выходки здесь русских,
Коль корпус стянут на пятак.
Зарылись в полосе мы узкой.
Боекомплект двойной. Что… так?

В тот влажный вечер смуты полный
Пехотный заняли блиндаж.
В пять вдруг разрывов ближних волны
Сорвали с досок экипаж.

Та долгая артподготовка
Тянула явно на пассаж;
И, видя, что в ней мало толку,
Мы пересилили мандраж.

Чуть стихло, скорое начало.
Понятно всё без разговоров.
Тряпьё на дереве качалось
Под пенье вражеских моторов.

Семидесятки русских валом
Катили плотно, шли «ва-банк»,
Мы знали, что хлебнём не мало:
У них «с отвагой» каждый танк.

На скорость уповал противник,
Имея лёгкую броню.
Мы подготовили могильник,
Признаньем честь не оброню.

Зенитки на прямой наводке.
В укрытьях пушки - "без авось",
Плечо к плечу... в одной мы лодке.
Те танки шил снаряд насквозь.

И пушки наши - эффективней:
Калибром, дальностью огня.
Его вели мы продуктивно,
Тридцатьчетвёрки стопоря.

Удары глухи, звон металла,
Разрывы, пламя, дым и гарь;
Тут башни, не катки срывало,
И темень, хоть включай фонарь.

Бой был тяжёлый, бесконечный,
Когда сгорает всё дотла.
Сошлись машины в стыке встречном:
«Лоб в лоб»…  Боялись мы котла.

В эфире мат, команды, стоны;
Горят танкисты на земле.
Пантеру я держал в заслоне,
А цели двигались во мгле.

Три танка мы добили точно;
Два раза зацепило нас.
Уж день пошёл, держались прочно.
«Вперёд» - приказ. Ору: «Дай газ».

Мы оттеснили их немного.
Нас скрыла насыпь из камней.
Да, та самая железная дорога…
Я часто вспоминал о ней.

Работали без перерыва.
Остатки лезут, вновь волна…
Фортуна ведь совсем не дура,
Приходит редко и одна…

Нам легче, нас они не видят;
Стрелять не ладно на ходу.
Их танки призраками бродят,
Потерь питая череду.

Счёт экипажа - девять танков,
Скорей пугал, чем окрылял:
Силён враг, если в эту «банку»
Их сотни три легко загнал.

Куда смотрели генералы,
Бросая русских тупо в ад?
Ведь ясно, в западню попали,
Мат плотный, крики: «Суки», «гад!».

Мы тоже были на пределе:
Машин уж сорок не в строю.
Потери знали лишь в отделе;
Что видел, я на том стою.

Дня через два мы отступали.
Грозил, похоже, нам охват.
Подбитые машины взяли.
- Свои, чужие…  Это факт.

«Шестого*)»  типа лишь два танка,
«Пятёрок**)» около восьми…
Артиллеристы, - те гиганты,
Без них бы ног не унесли!
_________________
*) Тип VI, или «тигр»".
*) Тип V - «пантера»

Хватаю пульт, щелчка не слышу.
Погас злокозненный экран.
Боль вскинулась, срывает «крышу»,
Раскрыв одну из старых ран…
.     .     .     .     .     .     .     .     .
Хожу неделю негодую.
Кто дал команду искажать?
Заставил гнуть дугу кривую,
Решил о правде умолчать?

Листаю тех хроник страницы,
Цифры сверяю и даты,
Мелькают фамилии, лица,
Есть ли теперь виноватый?

Щит с Прохоровкой поднят позже,
Забойщик кто-то из вождей,
Кто славы захотел, возможно,
На память наступил людей.

Я знаю, рядом в Гуляй Поле,
Мой дядя Дмитрий лёг в песок,
Очередник по Высшей воле,
Он свой свинец словил в висок.

Они - великие герои.
На них стояла вечно Русь;
Жила, дышала без Покоя:
«Нет смерти, Сын мой, ты не трусь».

Узнал, что не один Суворов
Умел наукой побеждать,
Не лезть на флеши без разбора;
Пред ним спешил враг ниц упасть.

Когда достиг я апогея,
В старанье тщетном Савла,
Господь подвиг меня   – Сергея,
Во храм святых – Петра и Павла*).

Тут чудный храм иглою белой
Над Прохоровкой небеса
Молитвою пронзает смелой
И верой в Божьи чудеса.

Враг откатился и сломался!
Господь, я верю: – Русский дух,
Что долго прошлого чурался,
В душе солдата не затух.

Они - сердечные, родные,
Себя сложили на алтарь.
И никнут травы луговые:
Сейчас, тогда, как было встарь!

                Москва, январь 2015 г.

 
*) -   Битва под Прохоровкой произошла в день Святых
Апостолов Петра и Павла.



Вера

Воет в трубе глухо ветер,
Хлопают, ставни скрипят,
Долог, тягуч зимний вечер,
Ветки в печи не горят.

Холод исходит от окон,
Стёкла в ледовой броне.
В красном углу над иконой
Мечется блик по стене.

Теплится еле лампадка;
Стонет хозяин, продрог:
Лёгкие сдали порядком,
Встать он с лежанки не смог.

Женщина пала в поклоне;
Вечной молитвы слова.
Тянется жестом к иконе;
В прядях седых голова.

Вера не прячет кручины
В русском овале лица.
Против чумы, бесовщины…
Мольбам её нет конца.

В горнице рядом фашисты;
В карты играют давно.
Громок их смех и неистов,
Плещется в рюмках вино.

В доме они больше года.
Слышится: «schneller» и  «gut».
Хуже когда непогода,
Чаще без дела трясут.

Молится мать о солдатах,
Четверо только у ней.
Молятся люди по хатам:
Богу спасать сыновей.

В доме среди оккупантов,
Не о дровах иль еде,
Свастики возле и кантов
Мольбы об общей беде.

«Господи, Спас-Иисусе,
Море грехов нам прости,
Ворога гни и жги труса,
Раны бойцов умасти».

Лики суровы в окладах;
Брови дугою у Спаса.
Знает, средь боли и глада
Ждут здесь заветного часа.

С верой в любимого Бога
Вера поклоны кладёт.
«Господи, горя так много!
Армия, что не идёт?».

Видится: движутся танки,
С поля пехота гурьбой.
Парни со стройной осанкой
К дому спешат под горой.

Ромбы у Толя майора,
Митя уже – лейтенант.
Матери не до разбора:
Каждый из них – бриллиант.

Наши! Родные сыночки,
Всех тут спасут и отца;
Светлыми станут денёчки
Встрече не будет конца!

… «Боже! Храни от унынья,
Мысли дурные снеси,
Ангелам крепкие крылья
Дай и страну упаси».

 январь 2015.