Зимней ночью одинокого человека

Угрюмый сумрак двигался навстречу,
Сквозь изморозь, мигая будто в звёздах,-
Что собирались в окнах дома пожилого.

Что помешало пристальней ему взглянуть,-
Так это лампа,- возле рук слегка склонилась.

Что помешало вспомнить, и расслышать звук,-
Да скрип своих полов, не счёт же лет обратный,
Что будто барель в бочке масла, убывает.

И испугавший в мыслях под собой подвал,
Протопал так, что точно испугал его,
Протопал прочь и напугал глухую ночь,
Которой, те знакомы звуки: будь то рёв
 В деревьях ветра, треск ветвей, других вещей,
Но лишь не гул шагов тяжёлых в доме.

Свет был не для кого, себе лишь нужен,
Где он теперь сидел, весь в мыслях, тех, что знал
Свой тихий свет, но и не только это.

Он высмотрел луну, как бы она была,
Возникшая столь поздно, битая луна,
Что лучше солнца в случаях различных,
Чтоб лучше сохранился снег на крыше,
Сосулькам вдоль стены держаться крепче;
И спал. Но вздрогнула лесина от толчка
 В печи, нарушившей его, лишь вздрогнул он.
Ослаблено вздохнул, но не проснулся.

Один старик – один - не заполняет дом,
Село, поля и ферму, или может
Так поступать – как этой зимней ночью.
*
/из Роберта Фроста)