Над полынью горькой наклонился дед...

Дед со мною рядом грустно смотрел вдаль:
«Там за бой кровавый получил медаль…
Там сражался смело за нашу страну…
И люблю доселе я её одну…
Умирали смело наши молодцы.
Было по семнадцать…Все еще юнцы…
Орденов не знали… Знали лишь медаль.
Получали после…  Кто в боях тех пал…»

Говорил устало с горькой слезой дед.
Он прошел дорогой потерь и побед.
И не раз смотрел он смерти там в лицо,
Чтобы фрицев подлых взять в своё кольцо.
Дед вздохнул и сел вдруг на сухую пядь:
«Если б сейчас силы мне вернуть опять…
Спасать Украину, так  же, как тогда…
С Украины Леся, медсестра одна…

Видно, наши беды не все позади…
До сих пор медали блестят на груди…
Дети Афган знали, внук прошёл Чечню,
Ужас войн познали  и судьбу мою…
Над полынью горькой наклонился дед:
«Ты спаси, родная, от кровавых бед…
Защити от нечисти, горюшка – зла…»
У полыни горькой есть свои права.

Вытирал устало слёзы старый дед…
А прошло немало - семь десятков лет…
А прошло немало с Великой войны,
Подвиги которой знать уж все должны.
И шептали губы деда: «Отче наш!
Ты уйми фашистов злобный ералаш…
Гнать скотину эту  надо от детей…
С кровью  земля наша юных  сыновей…»

Лес листвой багряной тихо подпевал…
За курганом одиноким взвод весь пал…
По предгорью шел напрасно «Эдельвейс»…
Пал в горах он лихолетий тогда весь…
Дуб столетний, молча,  голову склонил…
У цветов на пьедестале нету сил…
Нам  войны не надо в жизни, господа!
Не сдавала Русь позиций никогда!

                1.2.15