Библия, Числа, глава 24

Узрел Билъам, что хорошо у Господа,
Благословлять Йисъраэйль, не пошёл,
Как делал дважды перед тем, для ведовства,
Но обратил к пустыне он взор свой.

И поднял он глаза свои - увидел
Йисъраэйля в долине, по коленам
Расположившегося не смешАнно,
Дух Божий прибыл на него, сам Дух Священного.

Изрёк он притчу и сказал: «Вот, речи
Балъака, сына БЭора, речь мужа 
С открытым глазом, прозорливца,
И так, как требуют и говорить мне нужно,

Изволю: слышащий я все реченья Божии,
Виденья Всемогущего я зрю,
Упав, встаю и вот, реку пророчество,
Глаза открыты, их - один, я говорю:

Как хороши шатры твои, Иаков!
Прекрасны обиталища, Йисъраэйль!
Любовь и доброта в долине всякому,
Покой и благо у Шатра собрания!

Потоки будто - они простираются,
Похоже на сады, что у реки,
Алоэ ароматы источает
По ветру и сей сад Бог насадил;

При водах кедры, как ручьи – Йисъраэйль,
Хоть кедры не растут и у воды,
Но я, Бэора сын, тебя благословляю
Так как мне приказал Всевышний.

Вот, вёдра переполнены, из вёдер
Течёт вода и растекается; посевы
Его растут да при великих водах,
Преуспеяние в Йисъраэйле так ждёт всех.

Сыны Йисъраэйля ведь разобьют Агага –
Царя Амалека, возвысится их царство,
Героев подвиги, их доблесть и отвага
В веках прославится и боевое братство.

Бог вывел из Мицраима, быка мощь,
Быка Всевышнего, быка – единорога,
Йагве Превечный наделил величием
Какие хочет поглотит народы; 

Их сокрушит он кости, раздробит их,
И мозг он высосет у них весь изнутри,
И выстрелит, он пустит свои стрелы
И наконечники в крови их обагрит.

Колена преклонил, как лев - не суетится,
Его, как льва - теперь-то кто поднимет?
Благословляющий тебя благословится,
А проклинающий – тот проклят будет, сгинет». 

Гнев воспылал Балъака на Билъама,
Всплеснул руками вот теперь Балъак:
«Тебя врагов проклясть сюда призвал я,
Ты их благословляешь третий раз!

Сейчас же поспеши вон удалиться,
На своё место ты, откуда и пришёл,
Тебя ведь щедро собирался наградить я -
Тебя до почести не допустил Господь».

Сказал Билъам Балъаку: «Вот, ведь также
Твоим послам я прежде говорил,
Что вряд ли вашему хозяину понравится,
Но ты был глух ко доводам моим.

Ко мне, которых ты послов тогда направил
Я говорил так: если даст Балъак
Хоть серебра дом полный, хоть бы злата,
Не преступить мне Слово Господа;

Добро ли делать, зло, по разумению
Своему собственному – я сделать не смогу,
Лишь то, что скажет Бог, сказать я смею,
Всевидящего я не обману.

И ныне: я, вот ухожу к народу; 
Пойдём, Балъак, я дам тебе совет - 
Бог Йисъраэйля ненавидит греховодниц
И самый разнообразный с ними грех.

Пойдём, Балъак, ещё сюда послушай,
Ведь, не напрасно ты меня и звал,
В конце дней – Йисъраэйль Моав сокрушит,
Ослабит, души вас пленит – ты это знай!»

Изрёк он притчу и сказал: «Вот, речь Билъама,
Бэора сына, мужа прозорливого,
Хотя б и предстаю я одноглазым,
Но всю историю страны твоей я вижу.

Я говорю – реченья Божьи слышащий,
Виденья Всемогущего я зрю,
Я - ведающий промысел Всевышнего,
Глаза открыты – падаю, встаю.

Я вижу, не теперь, но я взираю;
Не близко... зрю - и вот, взошла звезда!
Звезда восходит, светит, от Иакова
От Йисъраэйля скипетр поднялся.

Царь покоряет, властвует, он в силе,
Пределы сокрушает он Моава,
Шета сынов, расположившихся в долине
Громит, их пленные, взираю я - бесправны.

Эдом – подвластен, Сеир город – также,
Врагам своим - Йисъраэйль одолеет,
Потомок ЙаакОва будет властвовать,
Всех истребит из града уцелевших.

Теперь, ещё я вижу Амалека,
Сейчас, я изреку притчу свою:   
Был первый, кто сразился с Йисъраэйлем,
Погибнут многие, пойдут в корм воронью;
 
Кейни я вижу – про них моя притча:
Прочно жилище, строй в скале гнездо,
Он фараону клялся: «Исхитримся!»
Но вы потомки мудреца Итро;

Хотя бы разорён будет и Каин,
Тебя Ашшур куда в плен уведёт? 
Не возвратятся ли потом изгнанники?
Конец ведь даже и изгнанью настаёт».

Притчу изрёк, сказал: «О, кто в живых останется?
От действия Господнего позднее?
Господь выбрал Ашшура наказанием,
Бичом карающим сынам всем Йисъраэйля.
 
С Киттим придут суда и покорят Ашшура,
На берегу кто на другом – смирят,
Смирят Эвера, увезут на суднах,
Рабов, наложниц, многое награбленное.

Но и они падут; я поднимаюсь».
Билъам поднялся, вдаль свою пошёл,
И в место возвратился проживания,
В Моав отправился Балъак своим путём.