Старик

История, подслушанная в дешёвой таверне в венецианском порту.

Я Марк Теул -гроза портовых шлюх,
Я завсегдатай кабаков портовых -
Ко мне не лезь, могу навешать плюх,
А, лучше, угости вином дешёвым.

Присядь за стол, вон чистый уголок,
Послушай воина второго легиона:
Я - лучник, пехотинец и стрелок,
Пьянчуга, бабник и слуга центуриона.

Всё это в прошлом, что ни говори,
А нынче я изрублен и подавлен.
Попробуй вставить мне своё "Не ври",
Клянусь Сатурном, будешь обезглавлен!

Нет, я не пьян, я просто пью вино,
Как кровь Земли, как солнечное пойло,
Меня бодрит и радует оно
И буйный норов загоняет в стойло.

Послали нас германцев усмирять,
Я спал в одном шатре с центурионом,
А вечером закинул кружек пять...
Уснул. Под утро слышу брань и стоны.

Они напали, быстрые, как смерч,
Они дрались отважно и умело:
Я видел, как летели шлемы с плеч,
Как кровь фонтаном покидала тело.

Я был изрублен и ушёл во тьму -
Сознание погасло, как лампада...
Был верен командиру моему:
Отвергла Смерть и обошла награда.

Мы шли, чтоб наказать тупую чернь,
Нам обещали лёгкие манёвры...
Великий Рим скатился до потерь -
Нас рвут на части бешеные орды .

В своей земле они в своих правах
Приносят римлян в жертву мракобесию,
Их боги: солнце, лес, земля и мрак
Нас гнали, как зайчат, по мелколесью.

Потом был плен и рабство и позор,
Побег через Судеты и Карпаты,
Сейчас я стар, померк мой гордый взор,
От Рима лишь на рубище заплаты.

Я испросить пытался пенсион,
Но писарь в свитках рыться отказался,
Сказал: я помню этот легион -
Он на манёврах где-то потерялся,

А на' ухо шепнул, меня тесня:
Ты знаешь, свитки где-то затерялись...
И из прихожей вытолкал меня,
А выглядело, будто мы обнялись.

Ну вот, такой финал, мой добрый друг!
Я пью в таверне с бывшими рабами,
Не жду любви портовых грязных шлюх
И в банях не бываю месяцами.

Я видел, друг, как ты зевнул тайком,
Спасибо за беззлобное соседство,
Не хочешь пить вино со стариком,
Тогда подай из жалости сестерций...