Сердце погибло, жизнь прекратилась

Слова, неподвластные времени:

Как только человек заболевает, ему надо поискать в своем сердце кого надо простить.


Во Христе

Мы постоянно Бога оскорбляем...
Вся наша жизнь – один тяжёлый грех.
Не каемся, Творца не прославляем,
Влюблённые в себя и в свой успех…

На нас Бог смотрит с Неба со слезами,
Он кровью обливается опять:
Его творенья грязными делами
Спешат Любовь святую распинать.

Для всех людей открыта дверь в спасенье,
Но не торопимся в неё войти,
Не ходим в Божий Храм по воскресеньям –
С грехами нам приятней по пути.

Он ради этого страдал на древе,
Чтоб мы всецело отдались грехам?
Бог любит нас, хотя сейчас Он в гневе,
Но терпелив, зовёт всё время в Храм.

Раскаяться Бог просит со слезами!
А мы не понимаем, что творим...
Казним себя своими же руками,
Как будто в ад отправиться спешим.

Какие же мы глупые, однако!
Пошли, Господь, пожалуйста, ума,
Чтоб отличали истину от шлака,
И чтоб в мозгах рассеялся туман.

          ***

Отверзлись уста, тишина наступила,
Я рано забыл, что со мною не было.
Под снежными хлопьями, таяли льдинки,
Чтоб люди скорее нашли половинки.
От талой воды проростали растения,
С плодами смирения и изменения.
Кто верен был и уповал кто на Бога,
Тот понял причины и радости слога.
Свободы не хватка в лунной погоде,
Закон для порядка, паяцство в угоде.
Фортуна, неспешно, осядет в осадок,
Мы станем героями, сбывшихся сказок.

Приводят заботы к кружению страсти,
За ней размещаются плевы, напастей.
Доступным тенцом кружева окрыляются,
Любые поступки в кольцо замыкаются.
Ветер, порывом, но сущность не сносит,
Тот кто грешит, прощения просит.
Сила лекарств, не излечит болезни,
Плач и смирение будут полезней.
По вертикали идти к горизонту,
Предоставляя душу к ремонту.
Собственность бренна и отягощает,
Грешники сердцем врагов всех прощают.

За стеклянной дверью лучше видится,
Темной гранью, светлый не обидится.
Было два вагона, мест, немерено,
Мы пытались жить во всем размеренно.
Соревнования печалью кончаются,
Распри и ссоры в них зарождаются.
Душом, не смоешь, грязь разъедает,
Что не откроешь, то покоряет.
Не катастрофа. Кризис духовный,
Образ проблемы, заупокойный.
Форма доступна, связь перекрылась,
Сердце погибло, жизнь прекратилась.


         ***


Слова жизни:


Умиление
Божья Матерь стоит без младенца. Руки скрещены на груди: жест тишины, смирения и полной отдачи. Так стоят, когда слов уже нет и остаётся только предстояние. Взгляд опущен, лицо спокойное и скорбное одновременно.
Перед таким образом не просят о многом. К нему приходят, когда просить уже нечего — или когда не знаешь, о чём просить.
Эта икона была келейной у преподобного Серафима Саровского. Перед ней он молился, ею благословлял приходивших к нему людей. Сегодня «Умиление» Серафимо-Дивеевская хранится в Свято-Троицком Серафимо-Дивеевском монастыре и почитается как чудотворная.
К ней идут те, у кого нет слов. Те, кто потерял. Те, кто боится. Те, кто устал.
Не обязательно приходить с готовой молитвой. Можно прийти с тем, что есть: с усталостью, с вопросом, с тишиной.
И просто постоять.
Перейти на Ozon: ozon.ru/product/17...