Всё прошло

Голубое небо бабьего лета
Почему-то всегда тревожило меня.
И холодная прозрачность света
Всё зовёт и зовёт, маня.

В мире чувствуется зрелость,
Поэтому становится чего-то жаль.
Может,  помнится ушедшая свежесть,
Молодость, влюблённости печаль.

Всё прошло бестолково, в мареве,
А сейчас бабье лето, и я – один.
И закаты, рассветы в зареве
Достаются теперь другим.

Закружило одних бабье лето,
Успокоило душу другим.
Торопясь, напоследок пригрело,
Разморозить мы душу хотим.

Вот и ты сделала ставку,
На кон - всё, потому что конец.
И хватаешься за соломинку -
Утопающий в сени пловец.

Ах, безумность синего неба,
Отчаянность последнего счастья
За корочку чёрного хлеба,
Голодной душой бы взяться.

В бабьем лете уже не согреешь,
Охладевшую душу с другим.
Только больше ещё очерствеешь
По туманам, постелям чужим.

И останется горечь утраченного,
И обида, что всё не сбылось.
Да спокойствие: так предназначено.
Мелкий дождь и холодная злость.