Луна сквозь тучи продвигается украдкой
Кого-то, кажется, рассеянно ища.
И ветер яростно разбойником свища,
С деревьев нижнее бельё срывает, гадкий.
Уже и дождик моросит – колючий, мелкий,
Тая угрозу перейти в пушистый снег,
И солнце выглянет не скоро, лишь к весне
Огромной, рыжей как из золота, тарелкой.
Сырая, серая, как тень Таната, осень…
Всё погружается вокруг в тяжёлый Сон,
Желтеет буйная листва зелёных крон,
И кое-где уже в полях заметна проседь.
Уже и птицы не поют любимых песен,
Уже вода приобрела недобрый цвет.
Тоской невыплаканных слёз грустит поэт,
Душою взмыть, мечту лелея, в поднебесье.
На всём печать лежит депрессии глубокой,
Её усиливает мутный свет луны –
Фонарь недремлющего ночью сатаны, –
Его до жути отвратительное Око.
На нас взирая из-под туч, как из-под века,
Как труп, чьи веки не прикрыли плотно глаз, –
Луна, мне кажется прощупывает нас,
И всех, и каждого отдельно человека.
Нависла туч свинцовых жуткая громада,
Всю прелесть космоса собою заслоня,
Так дурно действует всё время на меня,
Пора холодного, сырого листопада.
19.12.2008
Свидетельство о публикации №114111510329