Элина Норманд

Элина Норманд
От первого взгляда до последнего вздоха

1.
История, избитая веками,
Приковывает к нам своё вниманье.
Красавец-капитан,
Весь свет ему рукоплескал,
И молод, и хорош собой,
И верен королю,
И рода знатного,
Единственный наследник всех богатств,
Он грезил морем и войною,
И большей страсти он не знал.
Однажды судно захватил
С французами в проливе Па-де-Кале
С посланием в Испанию,
Казалось, дело то пустяк,
Но было всё не просто так.
На судне том подарки были,
И в их числе «живой товар»:
Юна, прекрасна, обходительна, нежна,
Элина – в дар Испании французом отдана,
Король хотел оставить сей цветок себе,
Но слух о красоте полмира облетел.
Её девчонкой шести лет
Привёз в публичный дом отец –
Коль мать её была неверною женою,
То и Элине быть такою.

И девочка росла средь шика, лоска, красоты
И женских слёз, жестокости, порой, и лжи.
Но часто, мимо девочки случайно проходя,
Мужчины останавливались, вслед смотря.
Был образ нежен: милые глаза, и белоснежный цвет лица,
Необычайно чудный блеск волос,
И неизвестный нам француз
Элине розовую розу преподнёс.
Цветок сей нарицательным стал для неё,
Хозяйка заведения того отметила сей факт.
И вот Элина, тряпку, иглы, утюги
Сменив на креналины, ленты и банты,
Была обучена искусству обольщенья и любви.

Тем временем английский флот
Баталии вёл у испанских берегов.
Армады были им потоплены,
И в гавани Виго
Испанский флот, перевозивший серебро,
Нашёл на дне залива, в бухте свой покой.
Ущерб был в миллионы фунтов оценён.
И капитан, и адмирал представлены к наградам
В тот же час.
И наш герой назначен флагманом британских кораблей,
С победой возвращается домой.

Меж тем в Париже подрастал цветок,
Который тайну у себя берёг.
Случилось это лет так семь тому назад,
Когда Элины разгулявшаяся мать
Оставила семью с тремя детьми,
Чтоб доли лучшей для себя найти.
Отец от горя начал пить.
Чтоб прокормить себя и двух сестёр
Она решает хлеба выкрасть, если повезёт.
Но маленький воришка пойман,
И грозил бы ей острог,
Коль не вмешался бы английский,
Как ей тогда казалось, лорд.
За яблоки, за хлеб он заплатил,
Испуганную девочку освободил.
И подарил ей книгу на прощанье,
Что была в его руке,
Конечно, на английском языке.
А в книге был подарок для неё.
И вот уж много лет Элина бережёт его.
Задумчивое, хрупкое дитя,
С волнительной улыбкой и румянцем на щеках
Живёт в надежде встретить вновь героя своего,
Пусть только день, пусть только час,
Пусть только взгляд –
Элина с трепетом на сердце будет ждать.

«На абордаж!»…
И в линии баталии, под пушечным огнём
Фрегаты и брандеры потоплены,
И на таран
Захвачены оставшейся эскадры корабли,
Что ценный груз в Испанию везли.
И по велению судьбы,
Средь писем, золота и серебра
Девица белокурая была.
Под стук сапог солдат
Представлен капитану сей нежданный дар…

Их встреча всё-таки произошла.
Она его узнала -
Он изменился, но глаза,
Что доблести, отваги, чести переполнены,
Забыть нельзя.
Нельзя их перепутать -
Это он.
Она не смотрит на него.
Восторгом, радостью, печалью
Мысли переполнены, и вот
К красавице с достоинством он подошёл
И, предложив каюту капитана пленнице своей,
Он красотою удивлён.
От страха девушка бледна,
Но как же всё же, хороша.

И час за часом всё хмурнее,
Не оставляя дел морских,
Всё чаще капитан на дверь своей каюты
Украдкою глядит.
Уж дело близится ко сну,
Казалось бы, победа - что уж боле,
Но не даёт ему покоя
Прекрасное невинное лицо,
Что буйным ветром на корабль занесло.
Случайный взгляд.
И кто же дива,
Что так красива?
И говорит ли на английском? Как понять?
И любопытство, что в крови бурлит, унять?
Он в дверь стучит,
В каюте свет лампад горит.
Смиренная и тихая, у тёмного стола
И с книгою в руках сидит она.

- Вы говорите на английском?
Отвечает: «Да».
Он смотрит на неё и понимает, что с его лица
Дурацкая улыбка не сошла.
Он быть пытается серьёзней:
- Что ж, хорошо…
Прошу прощения, - и уходит.
И более в тот день не видел он её.

На следующее утро – гавань,
Запасы продовольствием полны,
И, подлатавши корабли,
Набравши рома, волк морской
В каюту вновь свою вошёл.
Элине розу в дар принёс
И сообщил: к вечерне будет пир,
Обед доставлен будет ей в каюту,
Присутствовать и он при том обеде будет.
Вот так отважный капитан,
Что столь морских побед бесстрашно одержал,
Пред девой юной оробел,
Слегка и покраснел, и побледнел…

- Отдать швартовы! -
И смущённый капитан по палубе
Полдня туда-сюда гулял.
А мудрый кок, что много лет уж был при нём,
В преддверии перемен, вздыхал.

Вот стол накрыт.
Элина с ним пытается заговорить,
Но прерывает Норманд:
- Не сейчас.
И ужин продолжается опять…
Обескуражив поведением своим,
Он вдруг про книгу девушку спросил:
- Читаете?
- «Часы досуга».
- И каковы любимые стихи?
- Залог любви.
- И мне они близки:
«Не может счастье длится вечно, -
Таков небес закон святой…»
Продолжите, я вас прошу,
Услышать голос ваш хочу…
Мне книга кажется знакомой.
- Нет, не знакомы вы ещё.
Элина робко Норманду прочла:
«… И так, носить, лелея свято,
Я буду милый талисман,
И та любовь пусть будет плата
За то, что он с любовью дан».

Молчанье томное, и капитан
Её случайный взгляд вновь на себе поймал.
И произнёс, слегка волнуясь и дрожа:
 «Так чудесна… так нежна,
Многих мужчин это сводит с ума.
Неосторожно коснувшись
Ранят шипы до крови –
Это вы.
С розой вы схожи,
На розу похожи
Лишь вы,
Элина одна».
Он любовался цветком и цветком
Под светом лампад
Над дубовым столом:
Розовой розой в кувшине хрустальном,
Прекрасной Элиной, пленницей ставшей.
Щёки дрожали под лёгкой улыбкой,
Надежда любви была ещё зыбкой,
Но первое слово услышано ей,
Он называл её розой своей.

И час за часом, день за днём,
Уж полно сердце храброе огнём.
Он вновь в каюте, смотрит он в окно,
Где ветер волны поднимает до кормы,
И быть, наверное, грозе.
И подошла она к нему, и обняла,
И на ухо волнующе произнесла:
- Холодный, сильный, как скала,
Мужчина, которого забыть нельзя.
Скорей бы ночь ещё одна прошла,
Я так тоскую по тебе,
В тоске моей утонет мир.
Я закрываю вновь глаза
И чувствую, как пальцы прикасаются ко мне,
Как нежно сильная скользит рука,
Как губы жадно ищут поцелуй.
Мой крик, мой стон:
«Остановись мгновение, - я молю, -
Я прикасаться лишь к нему хочу».
Сгораю я в огне,
Ещё хочу гореть сто тысяч раз
И утонуть опять в твоих глазах…
Холодный, сильный, как скала,
Мужчина, которого забыть нельзя.
И если это есть причина,
Чтоб быть твоей уже на век,
Так прикасайся, мой мужчина,
Пусть даже скажут: это грех…

Ах, если б в море пели птицы,
Но в это утро подойдёт и чаек крик.
И, окрылённый и счастливый,
Пытаясь хладнокровность сохранить,
Он очарован, обольщён.
И старый кок вздыхает,
Медленно готовя завтрак той,
От чьих манящих, пылких поцелуев
Сгорал недавно ночью наш герой.

Но нити судеб сплетены как паутина,
И, никогда не повидав Испании, Элина
Женою стала капитана корабля,
Их там же обвенчали поутру,
И вернулся наш герой домой уже с женой.
Но тайну в сердце девушка хранит,
Её любви раскрывшийся обман вредит.
Не рода знатного, не из придворных дам,
Элина – куртизанка, что во Франции воспитана Мадам…

2.
Не снег на землю, а несчастье зиждут,
Любовь здесь сущий призрак.
И вечностью здесь управляет слава дурака.
Там, где нет шансов, крик души –
Твой чёрный враг,
Палач.
И как во исполненье приведёт он приговор,
То результат один:
Пройдут года,
На землю прах твой снегом упадёт,
И заиграется заря
В местах, где след остыл твоих горячих стоп,
Недавно, где была душа
Без права на любовь.

Но Норманд, он вдали, в усадьбе,
Под тенью вековых дубов
Хранит любовь.
Ну разве утаишь такую тайну?
Прекрасную наездницу заметили соседи.
И полон слухами весь двор.
Король на Норманда сердит –
Сей важный факт от королевства скрыт,
Фрегат без флотоводца,
Во дворце скандал,
Он увольнительную капитану дал,
Так не узнав её причины.
Лишь шут придворный потешается над всеми.
Вновь
От безумных слов,
Насмешек ум затуманен короля.
За Нормандом он посылает
С требованием гонца:
«Явиться ко двору
Немедля и не одному,
А с той, что он привёз из вод чужих,
Для узаконивания отношений их».
И Норманд опечален и встревожен,
Вражда между его народом и её,
Она француженка.
Король ему и думать не позволит
О том, чтобы связать с Элиной жизнь свою.
Но как откажешь королю.

Печалью погружён он в думу
Не о своей судьбе, а о любви,
Он с грустью наблюдает за возлюбленной,
Решение сей задачи не найти.
Легко победы добывать для Англии,
Легко идти на волны в бой,
Коль сердце твоё холодно,
И острый ум военный не даёт покой.
Но как же быть с неразрешимою задачей?
Как утаить свою печаль?
Как рассказать и королю и знати,
Что не унять
С Элиной рядом разгоревшийся пожар.
Обман.
Спасёт обман во благо.
Пусть не француженка предстанет перед королём,
Пусть будет, скажем, итальянкою,
Или испанкою, иль шведкою,
Что послана во Францию отцом.
Пусть так тому и быть,
И Норманд с грустью сообщает о решении своём.
Элина примет все его желанья,
Покорно голову склонив.
Элина знает, что любовь без притязания
И воля мужа – это всё, что ей благоволит.
Судьбы расставлены решётки,
Клубок замотан, и, увы,
В нить вплетены обман и страх
Потери – он будет к гибели вести.

А при дворе пиры,
И в честь победы
Награды раздаются и дворцы,
У неугодных забраны именья, земли,
И трусам места нет на том балу.
И Норманд представляет королю жену:
«Элина – по рожденью дочь швейцарского посла,
Но много лет во Франции жила,
Отцом отослана, увы,
Нам не уведать сей беды.
Теперь моя жена пред Богом,
Прошу и вас не отказать,
Элину в жёны мне отдать».
Король с решением не скор,
Он просит посетить их двор,
Тем временем его жена
письмо в Швейцарию пошлёт,
Отцу Элины с вестью,
Что будет мужем ей герой,
Благословит их сам король,
На то он просит разрешение отцовское.
(Кому ж письмо отослано? И неизвестно,
Как скоро вынесет он приговор).

Она представлена двору.
Как долгожданна встреча.
Умна, галантна, восхитительна, нежна,
И притворилась дочерью посла.
Вот только нет письма с ответом,
А день за днём – недели схожи,
Обман Элину так тревожит,
На Норманда так не похож
Столь грустный взгляд,
Он столь устал от лжи
И бремени, что он несёт.
Ответа нет.
А королеве на ухо шепнул сосед,
Что не швейцарка вовсе и не дочь посла,
А куртизанка из французского двора.
Свидетель есть,
Не так давно в Париже герцог был,
И заглянул в места, хвалёные в Париже,
И даже видел там Элину,
Но имя от позора своё скрыл.
Король взбешён,
Разочарован, и велит он в тот же час
Венчаться Норманду с другой,
С английской девушкой,
В ком нет сомнений,
Ведь Норманд для людей – герой,
Ну а Элину – заточить в острог,
Пусть век свой в камере тюремной доживёт.

Элину он увозит ночью из двора,
И исполняет волю короля.
Оставив новую жену на попечение родным,
Он просится вновь в бой,
Чтоб окунуться в дело с головой.
Он верность будет хранить той,
О ком пылает его сердце.
Но Элина не в остроге,
А в усадьбе, что на берегу морском,
И скромен её дом,
И слуг в нём мало,
И неизвестно никому о том.

Разлука их настигнет вскоре,
Но Элина далеко, забыта всеми.
И письма нежные писала,
И каждый день закат встречала,
Молила Бога, чтоб вернулся тот,
Чья жизнь была её дыханьем,
Чьи глаза она встречала поутру,
И чью растила дочь.
Они прожили, не щадя своей любви,
Он без остатка растворился в ней.
В мужчинах что-то есть, когда те влюблены,
Они становятся как Ангелы, хранящие любовь.

И сколько б не было побед,
Всему приходит окончанья век,
Смертельно ранен и убит
Герой,
Чей флот непобедим.
С печальной вестью к ней моряк придёт,
Последнее письмо ей принесёт.
Не ждать поддержки короля,
Всего Элина лишена.
И даже попрощаться с телом ей нельзя.
Но разве успокоится душа?
С поклоном к королю она идёт
Просить за дочь.
Король поймёт, что девочки родство
Со знатным адмиралом
На признание обречено.
Он девочку отдаст его родне
И в тот же день Элина вновь узнает о своей судьбе.

Король велит её сослать
На одинокий остров,
Где белокурая краса состарилась и умерла,
Уж боле сил жить не нашла.
В руках её тот самый том,
Что на английском языке,
Что подарил ей он,
Никто ведь так не узнал,
Что было в нём.