Труби, мой заяц благородный,
Вплетай рога в осенний хлад,
Седло мохнатой черепахи
Перехитрит ветрА сто крат,
Пол мили держится страданье,
Пол мира совестит сандал,
Уже не поздно для мечтанья,
Ещё светло, ещё Джамал !
Благородный заяц
© Copyright: Пафнутий Широковоротов, 2014
Свидетельство о публикации №114102402101
Свидетельство о публикации №114102402101
Рецензии
Мне думается, что для вас будут гармоничны перемены размера в одном стихотворении. Чисто мое ИМХО.
Кстати, шуточный цикл о зайце есть у Игоря Северянина.
Игорь Гонохов 25.10.2014 15:35 • Заявить о нарушении
Кстати, шуточный цикл о зайце есть у Игоря Северянина.
Игорь Гонохов 25.10.2014 15:35 • Заявить о нарушении
Действительно любопытно. А что, в таком крошечном тексте , с зачином 9-8, возможно замедлить темп или наоборот ?
Игорь, если есть что на примете - памяти, дайте почитать.
Северянина обожаю.
Рогатый заяц и мохнатая черепаха ещё древнее, из китайской мифологии,
буддийских сказаний.
Спасибо большое за отклик, внимание и тосё.)
Пафнутий Широковоротов 26.10.2014 06:16 Заявить о нарушении
Игорь, если есть что на примете - памяти, дайте почитать.
Северянина обожаю.
Рогатый заяц и мохнатая черепаха ещё древнее, из китайской мифологии,
буддийских сказаний.
Спасибо большое за отклик, внимание и тосё.)
Пафнутий Широковоротов 26.10.2014 06:16 Заявить о нарушении
В крошечном менять ритм не стоит, нужно стихотворение побольше. Но вам в принципе подойдет этот приём для творчества вообще.
В лесу. Словарь цветов
Велемир Хлебников
Игорь Гонохов 26.10.2014 11:38 Заявить о нарушении
В лесу. Словарь цветов
Велемир Хлебников
Игорь Гонохов 26.10.2014 11:38 Заявить о нарушении
На эти златистые пижмы
Росистые волосы выжми.
Воскликнет насмешливо: «Только?» —
Серьгою воздушная ольха.
Калужниц больше черный холод,
Иди, позвал тебя Рогволод.
Коснется калужницы дремя,
И станет безоблачным время.
Ведь мною засушено дремя
На память о старых богах.
Тогда серебристое племя
Бродило на этих лугах.
Подъемля медовые хоботы,
Ждут ножку богинины чеботы.
И белые ель и березы,
И смотрят на небо дерезы.
В траве притаилась дурника,
И знахаря ждет молодика.
Чтоб злаком лугов молодиться,
Пришла на заре молодица.
Род конского черепа — кость,
К нему наклоняется жость.
Любите носить все те имена,
Что могут онежиться в Лялю.
Деревня сюда созвана,
В телеге везет свою кралю.
Лялю на лебеде
Если заметите,
Лучший на небе день
Кралей отметите.
И крикнет и цокнет весенняя кровь:
«Ляля на лебеде — Ляля любовь!»
Что юноши властной толпою
Везут на пути к водопою
Кралю своего села —
Она на цветах весела.
Желтые мрачны снопы
Праздничной возле толпы.
И ежели пивни захлопали
И песни вечерней любви,
Наверное, стройные тополи
Смотрят на праздник в пыли.
Под именем новым — Олеги,
Вышаты, Добрыни и Глебы
Везут конец дышла телеги,
Колосьями спрятанной в хлебы,
Своей голубой королевы.
Но и в цветы запрятав низ рук,
Та, смугла, встает, как призрак.
«Ты священна, Смуглороссья», —
Ей поют цветов колосья.
И пахло кругом мухомором и дремой,
И пролит был запах смертельных черемух.
Эй! Не будь сурова, не будь сурова,
Но будь проста, как вся дуброва.
Игорь Гонохов 26.10.2014 11:38 Заявить о нарушении
Росистые волосы выжми.
Воскликнет насмешливо: «Только?» —
Серьгою воздушная ольха.
Калужниц больше черный холод,
Иди, позвал тебя Рогволод.
Коснется калужницы дремя,
И станет безоблачным время.
Ведь мною засушено дремя
На память о старых богах.
Тогда серебристое племя
Бродило на этих лугах.
Подъемля медовые хоботы,
Ждут ножку богинины чеботы.
И белые ель и березы,
И смотрят на небо дерезы.
В траве притаилась дурника,
И знахаря ждет молодика.
Чтоб злаком лугов молодиться,
Пришла на заре молодица.
Род конского черепа — кость,
К нему наклоняется жость.
Любите носить все те имена,
Что могут онежиться в Лялю.
Деревня сюда созвана,
В телеге везет свою кралю.
Лялю на лебеде
Если заметите,
Лучший на небе день
Кралей отметите.
И крикнет и цокнет весенняя кровь:
«Ляля на лебеде — Ляля любовь!»
Что юноши властной толпою
Везут на пути к водопою
Кралю своего села —
Она на цветах весела.
Желтые мрачны снопы
Праздничной возле толпы.
И ежели пивни захлопали
И песни вечерней любви,
Наверное, стройные тополи
Смотрят на праздник в пыли.
Под именем новым — Олеги,
Вышаты, Добрыни и Глебы
Везут конец дышла телеги,
Колосьями спрятанной в хлебы,
Своей голубой королевы.
Но и в цветы запрятав низ рук,
Та, смугла, встает, как призрак.
«Ты священна, Смуглороссья», —
Ей поют цветов колосья.
И пахло кругом мухомором и дремой,
И пролит был запах смертельных черемух.
Эй! Не будь сурова, не будь сурова,
Но будь проста, как вся дуброва.
Игорь Гонохов 26.10.2014 11:38 Заявить о нарушении
Хлебников замечателен. Если ещё серьёзно не читали его. Обязательно прочтите. Успеха!
Игорь Гонохов 26.10.2014 12:55 Заявить о нарушении
Игорь Гонохов 26.10.2014 12:55 Заявить о нарушении