превращение

Оконных стёкол, хрупкость холод.
Сочится лёд, плетя коварные узоры.
О, холод стужи мой жестокий.
Передо мной кладёт снегов угрюмых горы.

Мой след, застывший на века вмурован.
В моей пустыни в хладный город.
Мне что бы жить, не существуя.
Всего лишь нужен жалкий повод.

Остывший сердцем, и душою жаркой.
Пытаюсь всё вокруг в секунду осознать.
И тут же ровно осекаюсь.
Мне ровно некого на сей земле желать.

Хранит покой, всё естество моё остыло.
Брожу по хладным, и пустынным площадям.
Мне нет покоя, нет и силы. Не в силах я.
Отдать приказ застыть, всем мысленным коням.

Несутся мысли табунами гнева.
Стремиться всё сознанье и реальность изменить
Моё второе сердца воплащенье.
Стремиться о тебе на веки мысли подавить.

Несутся, топот мыслей ощущаю.
Аркан свистит, петля впивается и давит горло в миг.
Кинжал из мысли вынимаю, наслаждаясь властью.
Убить их всех, такую истину постиг.

Все мысли будут мной распяты.
Верну всю целостность и здравый смысл обрету.
Как слеп я был, как был беспечен.
Всю безысходность от тебя, я принял за святую доброту.

Любовью жизни нарекаю, сказал тебе.
И не солгал, не в мыслях не в трепещущей душе.
Открыл тебя в самом себе, открылся полностью тебе.
А получил всей жизни, подлое клеше.

Есть никогда, и слово режет это правда!
Не суждено наречь тебя любимою своей
Все мысли о тебе я вычисляю хладно.
Второе я твердит всё громче, громче всех убей.

Всё то, что в сердце для тебя открылось.
Сжигает плоть и душу травит рваную мою.
Но не сломить, не подчинюсь я никогда судьбе.
На рубеже своих миров я преданно стою!

Отныне,  никогда не буду чувствам отдаваться.
Ведь в чувствах нет и тени от любви!
Мне остаётся только жарко драться.
Все руки силы, руки душ моих в алеющей крови!

Остыну хладно, участь всю свою я принимаю.
Все жизни блага, навсегда я отвергаю.
И слышу тихий стук, сердечных чувств.
И тихий шёпот сердца, погибаю….

Улыбка губы искривляет, я рад тому...
И чувство некое другое плоть мою ласкает.
Мне имя данное, живых я кукол кукловод.
Но жертва игр моих, о том ещё не знает.

Последней мысли ощущаю агональный степ.
Я выбрал путь порока, и назад дороги нет.
И новой жизни, полную порока и разврата.
Я встретил в миг чернеющий судьбы рассвет.

Все будут получать всё, всё о чём мечтали.
Всех буду сердцем принимать любить.
Они в руках мои все будут тихо таять.
Я их потом всех буду без сожалений, хоронить.

Любить? Ха ха! Что за блевота.
Любовь для слабых, а для сильных управление людьми.
А дьявол из за плеч ничтожных слабых шепчет.
Свою судьбу сынок скорей прими.

Пороки будут мне игрушки, а куклы будут воплоти.
Мои стремленья будут хладны и нежны...
Пожар бушует в страждущей груди.
Стоит вопрос, а муки от земной любви нужны?

Раздумья людям оставляю, не хочу любить.
Мне суждено всех женщин распалять.
А что душа моя умолкла, её не слышу.
Порокам разрешил на крест убогую распять.

Осталось только жертву выбрать нервом.
Обвить всю нежностью, достать до струн души.
Испить всю нежность, насладиться ролью.
Отдаться чувству, но увы, раздалось нет в тиши.

Нет вожделению и обладанью крайней плотью.
Нет ни какого в этом у меня желанья.
Смотрю в твои желающие близости глаза.
Но оставляю вам всем только лишь мечтанья.

Разбиты, возбуждены и до конца вы не испиты.
Что в сердце у меня утёсы боли и граниты
Оставлю вас на пике пробужденья возбужденья.
Пусть жаром кровью наполняются ланиты.

Мне суждено прожить всю жизнь в грехах.
Моя любовь убита мной, а сердце только прах.
Не пробудить, не воспалить меня увы.
Вам всем придётся постигать и застывать в моих мирах.

Злодей убогий мерзкий лицедей.
Сердца прекрасных женщин жадно пожираю!
Мне больше счастья в жизни нет.
Я всех  особ своих, безжалостно морально убиваю.

Стремленье травит душу мне нещадно.
Но видеть слёзы на щеках, в глазах приятно.
И вы из грёз совместных наших, диких воплощений.
Приходите на землю все обратно.

В глазах пустоты и зиянье чёрных дыр.
Я рук приятный дерзкий танец завершил.
И волю вашу, и любовь на веки пробудил.
Но я морально, вас убив в своих мирах похоронил.