Наш отпуск. Деревня Замогилье

Наш отпуск


В Замогилье деревенском
Нечисть около реки
Распугав пилой, стамеской,
Избу правим и мостки.

В старом доме из окошка
В Зазеркалье виден брод.
На печи проснувшись, кошка
Ухом бдительно ведет.

Дверь скрипит, и, задыхаясь,
Вдруг заходит, насорив,
Лес, по-пьяному шатаясь.
Озираясь: кто тут жив?

Над плечом его маяча,
Месяц смотрит за порог.
Вырастает тень кошачья,
По стене кренится вбок.

И становится наш веник
Возле щепок и рогож
На крылечке у ступенек
С волосатым Лешим схож.

Мы огарком пыльной свечки
Крест окошка озарим,
И еду из теплой печки
Вынем нежитям лесным.

Кошка масляной беседой
Намурчит еще чудес.
Пусть от мира-людоеда
Нас хранит дремучий лес.












Плотно дебри обступили,
Заползают на порог.
И избе, где жили-были,
Подминают правый бок.

Но из старого окошка
В Зазеркалье виден брод.
На печи проснувшись, кошка
Ухом бдительно ведет.

Дверь скрипит, и, задыхаясь,
Вдруг заходит, насорив,
Лес, по-пьяному шатаясь.
Озираясь: кто тут жив?

За его спиной маячит
Месяц в черной глубине.
Вырастает тень кошачья
И кренится по стене.

И становится наш веник
Возле щепок и рогож
На крылечке у ступенек
С волосатым Лешим схож.

Кошка масляной беседой
Намурчит еще чудес.
Пусть от мира-людоеда
Нас хранит дремучий лес.




Псковское лесное

Елей черные верхушки
На еловые верхушки
Брошен лунный поясок.
Тянут лунный поясок.
Пол у старенькой избушки
Скрип да скрип – поет избушка
Из березовых досок.



Наставляет гнутый рог
И оконной крестовины
Тень ложится на порог.
Тень ложится до стены.

Вечерами яркой свечкой
Легкий ужин озарим.
И горшок оставим в печке
Добрым духам домовым.

Чуткой ночью мы на страже:
Мчится ветер вековой.
Где он, зверь? Где волчий вой?
Пронесется вековой.
И тропою вековой
Пронесется ветер странный
Ель осанистая с княжьей
Призадумалась мечтой.

Смотрят с месяцем туманно
С самой древней высоты
С великанской
На царевича Ивана
И на белые цветы.