Несостоявшийся музыкант

Моя душа тогда замирала сильно,
когда я слушал певца Альбано.
Певец тоже был мой любимый,
Робертино Лоретти, Пел сапрано.
Итальянец, с голосом сильным.

Скажу Вам, по секрету:
Я его часто вспоминаю.
Молодость моя, где ты?
Вся она с ним пролетала.
Я его чудесную песню
"Лодка моя легка...",
все время пытался петь,
и на пианино начал играть,

Сам я с самого детства,
пел свои любимые песни,
Те, что были интересные
Сильно нравились они мне.
В  блокнотик мной занесены,
с ярким переплетом, сверху.
 
Помню, как я, на завалинка дома, сидел
и свои любимые песни, там всегда пел,
в основном они были старые, но чудесные,
Все они были о многих певцах, того времени.

В основном, эти все мои песни,
были мне, особенно знакомые,
сельские, и рожденные в СССР.
"Тот, кто рожден, был у моря",
 Я трогаю русые косы". Я теперь,
вспомнил, еще,"Березы","Высотники".
и другие, я помню, из моего детства:

"Рiдна мати моя",
запала мне в душу особенно!
А также:"Скатерть белая,
залита вином.."Семь сорок",
Вспомнил, ,"Очи черные", эту я
"Спрячешь девченку,
за высоким забором,
выкраду вместе с забором"
Все мне душу рвет.
"Ой да зазноби-и-и-ла,
ты ж мою, головушку".
Любил я песни цыганские,
и о них помнил.

Потом, мои родители,
решили сами проверить,
мой слух истинный.
Поехали мы наверное,
к дяде, что музыке учил.

Он сыграл что-то, из этого, примерно,
такую песню, как "Подмосковные вечера"
Для меня тогда была она, самая первая,
Я ее узнал первый раз и не слыхал раньше.
Как надо, дядя, мне сыграл на своем баяне,
и сказал, что ее надо подпевать, радостно.
Я пропел ее нормально, но совсем мало,
но, как мне показалось, сносно и удачно.

Но учитель потом сказал мне,
что у меня слух, совсем неважный.
Я из-за этого, начал рыдать сразу.
Долго плакал. Первый раз однажды.
Я любил петь, по мне было видать,
и я всем сказал:"Это плохой дядя!".
Так я в свои семь лет, не начал играть.

После средней школы, прошли многие года,
выучился в институте, но не на конокрада,
а на врача-ветеринара, и им стал навсегда.
 
Потом меня призвали в Сов.Армию.
Меня отправили сразу в Николаев.
Там в их облмедкомиссии, старой,
меня старьем, врачи тогда назвали.
Меня в артиллерию оттуда посылали.

Но вдруг, приехали из ЧФ "покупатели"
и разнарядка на меня, сразу поменялась.
Я был во флот Черноморский "посватан",
и поездом нас в Севастополь отправили.

По пути из своего Николаева, родного славного,
я в Севастополь попал, сразу оттуда же прямо.
Поезд ехал, я помню, через тунель а мы спали.
 
В базу всех моряков ЧФ, 
мы были приехали ночью.
Мест там не было больше,
не имелось на кроватях, точно.
железных, двухьярусных, мощных.
Еле мы как-то, втиснулись, все-таки,
на одну кровать, сразу аж по двое.
Легли на матрацы, без простыни.
Нам уже хотелось спать, ну очень
и мы, сильно устали мы от первозки.
Уснули мы все, насилу, аж в час ночи.

В три часа был подъем,
будили нас, очень громко:
Кричали: г"Рота подьем".
Мы поднялись все,срочно.
Начали всех "сортировать".
Пофамильно, всех и точно,
по порядку, всех называли.
 
В другую, рядом, шеренгу,
сразу потом отправляли,
где уже стояли, на месте,
ребята, пришедшие раньше.

Все затянулось,
до шести утра.
Я в душе, думал,
и очень смеялся,
Мне стало чудно,
еще было смешно,
и занятно, о людях.
Я вспомнил кино.
 
Я уже давно возбудился,
и уже не хотел спать.
Думал, что перетрудился.
Хотя у меня в ту пору,
уже давно,сознание было.
 
Я понимал, что я уже еду,
защищать свою Сов.Родину.
и что, именно вот с этого,
начиналась служба срочная,
служба военная, по месту,
И раз мы все, до сих пор,
не спим, это скоро стерпится!
И никому из нас всех, точно,
особо возмущаться и перечить,
не стоит, и даже очень пошло,
Не позволено нам, такую вещь!
 
Я был, за других ,54-го года ребят
на целых пять лет, это точно, старше,
и мое образование, что-то значило.
Другие были помоложе, хотя и статные,
почти все, сонные стояли, помятые
От своей семьи, женатые, и от матери,
только что, сейчас, недавно, оторвались.
В Крыму, уже почти, рассветало.
Ступай служить своей Родине товарищ!

Вскоре приехали за нами покупатели
и в знаменитую морскую авиацию
Черноморского флота, в гарнизон, Качу,
меня отправили, сразу, без оваций.

Я уже в учебную роту,
попал, причем срочно.
Мы все, азы точные,
познавали по уставу воинскому.
У нас были всегда четкие,
физические с нашей пользой
и учебные, в строевом темпе,
тренировки, сколько сможешь,
кроме того, по Уставу воинскому,
все как было, то и положено.
 
Мы часто ходили в наряды,
чистить овощи и картофель.
Создали хор, из ребят бравых.

Проверили у всех слух по описи.
Тех, кто пел хорошо, в хор забрали.
Мой слух, знаменитому композитору,
и нашему репетитору А.И.Полетаеву,
очень понравился, среди ребят бравых

Мы совсем не ходили в наряд.
Мы репитицию тогда же, начали.
Наш хор был нам, как весь наряд.
Мы хорошо пели и не партачили
Пели "О Россия ты моя, (и все подряд)
даль бескрайняя, о Россия - песня моя",
мне эта песня очень нравилась.

Я пел её всем по просьбе, когда был вызван я.
к композитору Политаеву, когда он хотел показать,
как петь баритоном нашим ребятам. Он всем рассказывал:
"Вот как нужно правильно петь, баритоном ребята".
И он, на мое удивление, говорить обо мне начал!
"Ваш уважаемый коллега, отныне, сейчас, будет Вам,
ребята, показывать, как петь баритоном правильно!"

И я тогда начал много думать, о своей драме,
о том, я в жизни хотел того, что мне нравилось,
невольно свое детство шумное сам вспоминал,
и не хотел думать о том факте, неправильном
почему мой слух определили, так неправильно?

Я ведь мог стать, певцом, артистом или музыкантом.
А потом мы в Севастополе, выступали на празднике,
в доме офицеров, наши песни всем очень понравились,
и нашим строевым шагом, на праздничном параде,
мы все, четко маршировать, все ребята, старались.

Я вспомнил, это было также на нашем строевом смотре,
В честь дня авиации, вице-адмирал Руднев, принимал,
этот парад. Помню, мы громко кричали ему: Ура-а-а-а-а!