***

В нас стреляли ни раз – цвет меняли свой рощи,
А в траве красно-бурой, ночью слышался стон,
Сколько прожито лет, всё впустую, на ощупь,
И надолго в забвение канул малиновый звон.

Как овец вожаки загоняли нас в общее стадо,
А мы спины дугой, чтобы встали на них сапоги,
Так и жили рабами, закрывшись железным фасадом,
И тайком километрами в зонах писали стихи.

Мы всю жизнь воевали, и с верой  копали могилы.
Гнили заживо в тюрьмах, но вволю куражилась власть.
А в холодных и грязных подвалах тянули с нас жилы,
И давили друг друга вожди за козырную масть.

Пообтёрся дырявый зипун, в грязь челом от бессилья…
Попривыкли с годами к кнуту, кто с кнутом – тот и пан.
Исключив здравый смысл навсегда, добровольно-насильно,
Превратились в единый, огромный, огромный «кичман».

Извратили язык, создавая какой-то консенсус,
Объявить бы импичмент, да видишь ли, кворума нет,
Получился такой вот, друзья, нерадостный ребус,
Потому как особый у нас, говорят, менталитет.

Красок я не сгустил ни на йоту, но странно, ребята,
Когда снова в эфире «быдляк» учит нас жить.
И опять дуракам разрешили носить автоматы…
Так какая ж цена, господа, что придётся платить?