Сказка о Салтане Первая и начало второй. Конец

                Сказка о царе Салтане. Первая глава. Начало второй главы

                СКАЗКА О САЛТАНЕ
                ГЛАВА ПЕРВАЯ
                ВСТУПЛЕНИЕ
                СКАЗКА О ЦАРЕ САЛТАНЕ – это, на мой взгляд, одно из самых загадочных, оригинальных и, безусловно, уникальных произведений А.С. Пушкина. А раз это так, - то есть налицо загадочность, оригинальность и уникальность пушкинской «Сказки о царе Салтане»! - то А. С. Пушкин как-то заранее подготовился к творческому соревнованию в Царском Селе, 29-ГО августа 1831 года, с поэтом В.А. Жуковским. Поэтому и прошу запомнить сказанное мною, о поэте, по его работе над только что названной СКАЗКОЙ. Сама же хронологическая канва работы поэта по  созданию «Сказки о царе Салтане…» такова.
                Как видно из общей пушкинианы, «он начал работу,  над названной СКАЗКОЙ, в 1822 ГОДУ, ещё в Кишиневе». Вот именно здесь и начинает уже отчетливо проглядываться ЗАБЛАГОВРЕМЕННАЯ, - если можно так выразиться! - подготовка поэта к созданию только что названной СКАЗКИ! И не менее отчетливо видно, что «Сказку о царе Салтане» поэт начал создавать практически чуть ли не совместно - с его «Заметками по русской истории XVIII века», ДАТИРОВАННЫМИ Пушкиным 2-ГО августа 1822 года (смотрите А.С. Пушкин. ПСС в шести томах. Том шестой. ИСТОРИЧЕСКАЯ ПРОЗА. Страница 11. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА. Москва. 1950 год). Вот, кстати, и сам факт, выделенный нам, через ДАТИРОВАНИЕ «Заметок по русской истории XVIII века», самим поэтом: «2 авг.1822 г».
                Работу же над ЕВГЕНИЕМ ОНЕГИНЫМ поэт начал, как известно из пушкинианы, 9-ГО мая 1823 ГОДА. Вот в качестве факта хотя бы несколько строк, подтверждающих только что изложенное мною выше: «Пушкин точно зафиксировал все этапы работы над своим гениальным произведением. Начат роман был еще в Кишиневе — 9 мая 1823 г. Ссылка: http://4itaem.com/sochinenie_read/416580 .
                В итоге же получается, - если соблюсти, разумеется, саму хронологию появления только что названных работ у А.С. Пушкина! – что первыми идут, у поэта, «Заметки по русской истории XVIII века», ДАТИРОВАННЫЕ поэтом, как вы уже знаете, «2 авг.1822 г». А «Евгений Онегин» был НАЧАТ  поэтом в Кишинёве, - как вы уже тоже знаете! – 9-го мая 1823 года.
                В ОКОНЧАТЕЛЬНОМ  же итоге у поэта получается, - если соблюсти, разумеется, саму хронологию появления только что названных работ у А.С. Пушкина! – цифровое выражение 29, полностью соответствующее, как вы уже тоже знаете,  «29-ГО августа 1831 года»! Или полностью соответствующее 29-му ДНЮ августа. Или НАЧАЛУ поэтического соревнования Пушкина с поэтом В.А. Жуковским в Царском Селе!
                Однако я немного увлекся. Поэтому продолжу прерванную, выше, текущую тему предлагаемой вам статьи. 
                «Заметки по русской истории XVIII века» являются программной работой Пушкина-историка, ПЕРВАЯ ЧАСТЬ, которой, является историческим исследованием поэта деятельности Петра Великого и его «ничтожных наследников». ГЛАВНЫЙ СМЫСЛ, которого, что Петр I не только вывел Россию в сильное государство, но и спас её от Карла XII. «Ничтожные наследники», по Пушкину, тоже, в общем-то, не «уронили» Россию!
                ВТОРАЯ же ЧАСТЬ «Заметок по русской истории XVIII века» посвящена, поэтом, исследованию царствования Фредерики  Ангальт-Цербстской, весь материал которой, - с её дворцовым переворотом 1762 года, разумеется! - отрицателен для Екатерины «Великой».
                А из только что сказанного о пушкинских «Заметках по русской истории XVIII века» следует логическое умозаключение, а именно: будущая «Сказка о царе Салтане» будет иметь, у поэта, ярко выраженную острокритическую направленность против самозваной Екатерины II. И не только, как я надеюсь показать вам в дальнейшем, против неё, но и… против Павла I и… некоторых других исторических личностей (к примеру, против Александра I и Николая I).
                Здесь же, пожалуй, введу и несколько строк из Википедии, выделяющих ОЦЕНОЧНОЕ ОТНОШЕНИЕ Пушкина как к своему «Борису Годунову», так и к его роману «Евгений Онегин». Их можно рассматривать, особо  отмечу, как главные ОЦЕНОЧНЫЕ ВЫВОДЫ, поэта-историка, по только что указанным трудам. А они, по материалам указанной энциклопедии, таковы:
                Евгений Онегин. Материал из Википедии.
                Ссылка: http://ru.wikipedia.org/wiki/Евгений_Онегин 
                <<Пушкин работал над этим романом свыше семи лет. Роман был, по словам поэта, «плодом ума холодных наблюдений и сердца ГОРЕСТНЫХ ЗАМЕТ». Работу над ним Пушкин называл ПОДВИГОМ — из всего своего творческого наследия только «Бориса Годунова» он характеризовал этим же СЛОВОМ*. В произведении ЕВГЕНИЙ ОНЕГИН на широком фоне картин русской жизни показана ДРАМАТИЧЕСКАЯ СУДЬБА лучших людей дворянской интеллигенции>>. *Здесь же специально отмечу, что автор статьи из Википедии допустил непростительную, или сознательную, неряшливость. Следует читать: «…из всего своего творческого наследия только «Бориса Годунова» он характеризовал этими же СЛОВАМИ».
                Здесь же обязательно отмечу, что только что изложенный материал является, практически, ДОБАВЛЕНИЕМ к уже ЧАСТИЧНО подготовленной  статьи по «Сказке о царе Салтане». Отсюда в подготовленной статье обязательно появятся – повторы. ДОБАВЛЕНИЕ же я создал потому, - и для того, - чтобы не нарушить логику своего повествования в материале, только что изложенным мною выше. Однако возвратимся к текущей теме.
                «В 1824 году он снова, гораздо подробнее, записал её со слов няни». А это, как вы уже знаете по моим исследовательским статьям, начало создания, поэтом, своего ПЕРВОГО труда по Истории России: создание, им, «Бориса Годунова»! И начало создания сценической трагедии, в которую поэт ввёл, как вы уже тоже знаете по моим публикациям, как «вещий сон» Григория Отрепьева в сцене «Ночь. Келья в Чудовом монастыре» (смотрите сцену - самостоятельно), так и концовку своего драматического произведения через строку: «…да здравствует царь  Дмитрий Иванович». И это свершилось, то есть при только что выделенном призыве восхваления самозванца, - въезжающего в Москву! - тоже при только что состоявшей кровавой расправе, заговорщиками, над сыном и женой царя Бориса Годунова (Смотрите ПЕРВИЧНУЮ концовку пушкинского произведения – самостоятельно!). ОКОНЧАТЕЛЬНАЯ  же концовка будет у поэта при опубликовании им «Бориса Годунова» в конце 1830 года, - с датой издания, ОСОБО ОТМЕЧУ, 1831 год! - как вы знаете по общей пушкиниане: «Народ безмолвствует»)!
                «В 1828 году Пушкин начал перелагать эту запись в стихи, но написал только первых ЧЕТЫРНАДЦАТЬ стихов». А это, как вы уже тоже знаете по моим исследовательским работам, и начало работы, поэта, над «Пиковой дамой», являющейся ТРЕТЬИМ, - и ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫМ, к тому же! – трудом поэта по Истории России. И его создание в 1828 году в ускоренном темпе, - как вы уже тоже знаете по моим публикациям! - своего ВТОРОГО труда по Истории России: поэмы «Полтава». Труда, в котором отчетливо видны: как РЕАЛЬНЫЙ ДИАЛОГ Марии с Мазепой, так и ФАНТАСТИЧЕСКИЙ ФРАГМЕНТ, тоже ДИАЛОГА Мазепы с Марией-привидением. А эти фрагменты отчетливо отразятся у поэта, особо отмечу это художественное обстоятельство, в третьей и в пятой главах его повести… «Пиковая дама»!
                «Полностью сказка была написана только в 1831 ГОДУ (ДАТИРОВАНА поэтом, тоже специально отмечу, 29 АВГУСТА) в порядке своего рода творческого СОРЕВНОВАНИЯ с В. А. Жуковским»  (Смотрите Избранные сочинения А. С. Пушкина, том первый. Москва. Художественная литература. 1980 год. С. 790). Так пишут… пушкинисты! Об этом я попытаюсь поговорить в предлагаемой статье, если не забуду, несколько позднее. Здесь же ещё раз напомню вам сам факт, - выделенный нам  через специальное ДАТИРОВАНИЕ «Заметок по русской истории XVIII века», А.С. Пушкиным. Вот как выглядит, у поэта,  названная датировка: «2 авг.1822 г»
                И ещё одно. А раз это именно так, то, наверное, я уже имею право дать обозначенную ОЦЕНКУ-ВЫВОД только что  названного произведения Пушкина не только как поклонник творчества Великого поэта, но и как исследователь его тайного наследия. Кроме того, и как исследователь, уже создавший для читателей, - и российской общественности, - две статьи по пушкинским «сказкам». Это, чтобы не быть голословным,  статьи: «Сказка о рыбаке и рыбке» и «Сказка о золотом петушке». А это – не так уж и простое дело, ибо пушкинские «сказки» требуют к себе не только повышенного, - и неустанного, замечу! - внимания, но и какие-то вполне определенные способности по объективному раскрытию их тайного смысла и сути.
                Здесь же замечу, что к анализу пушкинских «сказок» у меня близко подходит и исследовательская статья «У лукоморья ДУБ ЗЕЛЕНЫЙ. Введение в тайны Пушкина», в которой и появляются у поэта, во всём своём великолепии и блеске, «ТРИДЦАТЬ ВИТЯЗЕЙ ПРЕКРАСНЫХ (страница 434. Том первый. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА. Москва. 1980 год). Можете прочитать только что названные работы на моей авторской странице на обоих порталах российского Литературного клуба. Или по следующей ссылке на Прозе ру: http://www.proza.ru/2013/03/15/125 . Я же, чтобы не начать движение «с места и в галоп» (или в карьер!), - что мне в предлагаемой работе, скорее всего, не понадобится! – специально выделю следующее.
                «ДУБ ЗЕЛЁНЫЙ» есть, у А. С. Пушкина, не только в стихотворном ВВЕДЕНИИ «У лукоморья дуб зеленый» к его второму, 1828 года, изданию поэмы «Руслан и Людмила», но находится и в его «СКАЗКЕ О ЦАРЕ САЛТАНЕ». Вот факт-свидетельство тому: «ДУБ ЗЕЛЁНЫЙ над холмом» (смотрите эту строку в строфе VIII-ой, по моему СЧЕТУ, предлагаемой «сказки» поэта; приложение № 1; названная строка выделена у меня в восьмой строфе через укрупненный шрифт ДУБ  ЗЕЛЕНЫЙ  НАД  ХОЛМОМ).
                К чему только что обозначенное приводит? А приводит, кратко, к тому, что все разбираемые здесь пушкинские «сказки» не только связаны между собой, но и напрямую связаны - с его тайной «Пиковой дамой» и… с её окружением. Так, в качестве факта-примера, 30-ть ВИТЯЗЕЙ ПРЕКРАСНЫХ напрямую связаны у поэта, как вы уже знаете по моей статье «Сказка о рыбаке и рыбке», с 33-мя БОГАТЫРЯМИ предлагаемой «Сказки о царе Салтане».
                Пример из только что указанной пушкинской «Сказки о рыбаке и рыбке»: «Жили они в ветхой землянке ровно ТРИДЦАТЬ ЛЕТ и ТРИ ГОДА» (Для того, чтобы рельефно выделить только названную взаимосвязь, поэт вводит, в только что указанную «Сказку», и следующие строки: «Удивился старик, испугался: Он рыбачил ТРИДЦАТЬ ЛЕТ и ТРИ ГОДА  И не слыхивал, чтоб рыба говорила»). Другими словами, повторяет ТРИДЦАТЬ ЛЕТ и ТРИ ГОДА – два раза!
                Особо замечу, что окончательный разговор по теме ТРИДЦАТЬ ЛЕТ и ТРИ ГОДА у меня произойдёт, наверное, в конце моего исследования разбираемой, здесь, «Сказки о царе Салтане». Если же забуду о только что обозначенном разговоре, - могу забыть из-за множества мелких тем в своём исследовании! - то знайте СЛЕДУЮЩЕЕ.  Именно через повторение ТРИДЦАТЬ ЛЕТ и ТРИ ГОДА, два раза, поэт и переводит своих витязей, количество которых 30, и богатырей, количество которых 33, в ГОДЫ или… в ЛЕТА. Итак, 33 богатыря разбираемой «сказки» напрямую связаны у поэта: с 1833-м ГОДОМ, в котором поэт и создал «Пиковую даму». Кроме того, 1833-й год это год, к которому поэт создал и свой ВТОРОЙ портфель из тайных произведений.
                ВСТАВКА      
                И маркировку, или запечатление, поэтом, - если продолжить развитие только что изложенного, выше, вывода до его логического завершения! -  своего АВТОРСТВА на только что указанную «Сказку о рыбаке и рыбке». Замечу, что ввожу это понятие, в своё многолетнее исследование, впервые.
                Такую же маркировку поэт даст через «тридцать трёх богатырей», - как вы, наверное,  догадываетесь и сами! - и в «Сказке о царе Салтане». Тайно укажет он своё авторство, - через календарь, равный 33-м дням, и 1833 год! – и в Пиковой даме».
                Укажет он своё авторство и в «Сказке Емельяна Пугачева об ОРЛЕ и ВОРОНЕ» через ТРИДЦАТЬ ТРИ ГОДА жизни орла, через что авторство Пушкина распространится, специально отмечу это ХУДОЖЕСТВЕННОЕ обстоятельство, и на всю его повесть «Капитанская дочка».
                Тайно он укажет своё авторство даже в сказке «Конёк-горбунок» через «ТРАДЦАТЬ КОРАБЛЕЙ», лихо выплывающих, как вы знаете по названной «сказке», изо рта кита-царя. Если же мне позволит здоровье создать самостоятельную статью об авторстве Пушкина над  сказкой «Конёк-горбунок», по настоящее дни принадлежащее П.П. Ершову, то я буду считать, что свой многолетний труд, - по исследованию тайного наследия А.С. Пушкина – логически законченным. 
                А факты по авторству «Конька-горбунка» А.С. Пушкина, а не П.П. Ершова, в современной пушкиниане, замечу, уже есть. Это, к примеру, ГИПОТЕЗА пушкиниста Александра Лациса: «В статье Лациса («Верните лошадь!») излагалась гипотеза о пушкинском авторстве «Горбунка», и сам факт, что «Конёк-Горбунок» – пушкинская сказка, так поразил меня, что я написал рецензию…» (Пушкинист-журналист Владимир Козаровецкий). Можете посмотреть статью Лациса по ссылке: http://gorbunock.narod.ru/01.htm .
                Статья хорошо аргументирована не только по обстоятельствам  опубликования «Горбунка», но и: по вполне определенным действиям П.П. Ершова, анализом творчества П.П. Ершова, и т.д. Попытку же А. Лациса создать новый текст тайной ДЕСЯТОЙ главы «Евгения Онегина», из специально закодированных поэтом вполне определенных предложений этой главы, я считаю - неудачной.
                Существуют доказательства АВТОРСТВА Пушкина по созданию «Конька-горбунка»  и у самого В. Козаровецкого. Однако с доказательствами только что указанного авторства надо, при низкой оценке, Козаровецким, самого Пушкина, - а они таковы: «Наше всё», «Пушкин – величайший мистификатор» и прочее! -  ещё тщательно разбираться. Во всяком случае, подходить к его доказательствам авторства «Конька-горбунка» Пушкиным с повышенным и неустанным, к тому же, вниманием. Пушкин никогда не был мистификатором! Создавать тайную, но ОБЪЕКТИВНУЮ, Историю России его заставила сама жизнь. К примеру: враждебное отношение к нему, и к его творчеству, Александра I с последующими двумя ссылками.
                Не менее враждебные действия Николая I к поэту и к его свободолюбивому творчеству, приведшие только что названного императора, в конце концов, не только к организации и проведению заговора против поэта, но и к политической  расправе, - через дуэль с наёмным метким стрелком Дантесом! - над непокорным поэтом. Если же я когда-нибудь соберусь написать статью об авторстве «Конька-горбунка» Пушкиным, то обязательно поговорю и о работах В. Козаровецкого. Другими словами, дам вполне определенную оценку и его работам по раскрываемой вам, здесь, тематике. 
                Как есть, кстати, работы и обратной направленности, то есть что АВТОРСТВО над «Коньком-горбунком» принадлежит П.П. Ершову, а не Пушкину (Здесь ОЧЕНЬ стараются так называемые МЕСТНЫЕ пушкинисты!). Вот что преподносит нам Википедия по ссылке: . Другими словами, статья, или работа, в которой автор приводит множество «доказательств», что АВТОРСТВО над «Коньком-горбунком» принадлежит – только П.П. Ершову! Так что случай с Владимиром Козаровецким - не так уж и единичен.  Вот её, то есть статьи в защиту П.П. Ершова,  смысловая суть:
                «Большинство учёных признаёт «Конька-Горбунка» произведением Ершова, ссылаясь на свидетельства, как современников, так и самого писателя. С 1990-х годов в печати появляются не принятые научным сообществом версии в духе так называемого «сенсационного литературоведения»[7], приписывающих «Конька» другим авторам, чаще всего А. С. Пушкину (Александр Лацис, Владимир Козаровецкий, Вадим Перельмутер): якобы текст первого издания «Конька-Горбунка» написал Пушкин, а потом «подарил» авторство Ершову, осуществив, таким образом, литературную мистификацию[8][9]. Поводом для сокрытия АВТОРСТВА якобы стало желание Пушкина избежать строгостей цензуры, а также получить заработок, о котором не знала бы жена. В последнее время с поддержкой этой версии выступили лингвисты Л. Л. и Р. Ф. Касаткины, усмотревшие в «Коньке-Горбунке» отражение знакомых Пушкину (но не Ершову) псковских диалектизмов. Ершову в этой версии принадлежит только поздняя переработка изданий 1856 и 1861 г., подаваемая сторонниками пушкинского авторства как искажение. Некоторые издательства (например, М.: Казаров, 2011), издавая книгу, автором указывают А. С. Пушкина.
                Пояснение  В.Б. – Только что изложенный абзац взят, мною, из другой статьи, которую я – нечаянно затерял в бесконечном Интернете. «Разгром» же версий Александра Лациса, Владимира Козаровецкого, и т. д,,  можете прочитать, по ТОЛЬКО ЧТО приведенной ссылке. Однако продолжу возникшую текущую тему.
                Существует также версия, приписывающая авторство произведения музыканту и композитору Николаю Девитте[10].
                Данные версии в литературоведении используют теорию заговора и основываются на игнорировании или искажении фактов[7]. Причиной их возникновения является свидетельство Смирдина, согласно которому Пушкин «просмотрел» Конька-Горбунка, особо отредактировав первые четыре строки (смотрите  выше), а также тот факт, что Ершов создал своё самое выдающееся произведение в 19 лет, а потом не написал ничего сопоставимого». Однако я несколько увлекся текущей тематикой.
                Поэтому особо отмечу, что А.С. Пушкин и самого П.П. Ершова с искрометным юмором превратил, в названной «сказке», в ерша-драчуна! Что тоже говорит об авторстве «Горбунка» - только А.С. Пушкиным! И чем я, обратив внимание на только что выделенное ХУДОЖЕСТВЕННОЕ обстоятельство в «Коньке-горбунке, не раз - восхищался! Вот, в качестве примера-факта, хотя бы небольшой отрывок о ерше-драчуне:
                «Вдруг дельфины услыхали, Недалёко на пруде Крик неслыханный в воде. В пруд дельфины завернули И на дно его нырнули, – Глядь: в пруде, под камышом, Ёрш дерется с карасём. "Смирно! Черти б вас побрали! Вишь, содом какой подняли, Словно важные бойцы!" – Закричали им гонцы. "Ну, а вам какое дело? – Ёрш кричит дельфинам смело. – Я шутить ведь не люблю, Разом всех переколю!" – "Ох ты, вечная гуляка, И крикун, и забияка! Всё бы, дрянь, тебе гулять, Всё бы драться да кричать. Дома – нет ведь, не сидится!.. Ну, да что с тобой рядиться, – Вот тебе царёв указ, Чтоб ты плыл к нему тотчас". Тут проказника дельфины Подхватили под щетины И отправились назад. Ёрш ну рваться и кричать: "Будьте милостивы, братцы! Дайте чуточку подраться. Распроклятый тот карась Поносил меня вчерась При честном при всем собранье Басурманской разной бранью…».
                Кстати, подобный же восторг я испытал, когда осознал, что первые две строки «Сказки о золотом петушке» Чародей словесности напрямую связал… с ПЕРВОЙ игрой Германна-Павла I с Чекалинским. Вот факты и… только факты!  Первые две строки названной сказки таковы: «Негде, в ТРИДЕВЯТОМ царстве, В тридесятом государстве». А вот как первая строка отражена Гением в шестой главе в ПЕРВОЙ игре Германна с Чекалинским: «Он стал метать. Направо легла ДЕВЯТКА, налево ТРОЙКА». Как видите уже и сами, преобразование получилось у А.С. Пушкина, - на основе, особо отмечу, ЦИФР, ПЕРЕСТАНОВКИ их, и ОБРАТНОЙ СЕМАНТИКИ! - наигениальнейшим!
                Пояснение В.Б. – Сказочное выражения ПЕРВОЙ строки: «В тридевятом царстве» имеет смысл длинного ряда, заканчивающегося 39-м, то есть очень далеким, царством. Интересна у поэта и ВТОРАЯ строка: «В ТРИДЕСЯТОМ государстве», прямо указывающая, у Чародея словесности, что его «Пиковая дама» имеет влияние не только на 1833 год (смотрите об этом выше и ниже), но влияет, у поэта, и на 1830-й год! Да и АВТОРСТВО поэта - вновь подчеркивает. Ибо сказочное выражение «В ТРИДЕСЯТОМ государстве» означает, через его прямой смысл, ТРИДЦАТОЕ государство. 
                Другие сказки поэта, - а их у него, с учетом уже раскрытых мною  сказок, целый цикл: Сказка о попе и о работнике Балде; Сказка о мертвой царевне и семи богатырях это, всего лишь, добавление к только что обозначенному циклу! – я, в целях сокращения объема предлагаемой работы, рассматривать не буду.
                В ЗАКЛЮЧЕНИЕ же ВСТАВКИ выделю, - к сожалению, очень кратко! – как и по каким причинам возникло у ОБЪЕКТИВНОГО поэта-ИСТОРИКА, ТВОРЧЕСКОЕ соревнование с придворным поэтом В.А. Жуковским, 29-ГО АВГУСТА 1831 ГОДА (Смотрите ПЕРВЫЙ, ВТОРОЙ, ТРЕТИЙ и ДЕСЯТЫЙ абзацы предлагаемой статьи). Считать абзацы - очень тяжело! Поэтому ДЕСЯТЫЙ абзац выделю вам, - чтобы вы не ошиблись! - через следующие строки: «…при опубликовании им «Бориса Годунова» в конце 1830 года, - с датой издания, ОСОБО ОТМЕЧУ, 1831 год…».
                Главный же смысл датировки поэтом творческого соревнования с В.А. Жуковским 29–ГО АВГУСТА 1831-ГО ГОДА заключён в следующем. Чародей нашей словесности наигениальнейшим образом СОВМЕСТИЛ, в только  что названной ЗАПИСИ: датировку «Заметок по русской истории XVIII века», ДАТИРОВАННЫМИ им, 2-ГО АВГУСТА, с датировкой поэтом начала работы им, 9-ГО МАЯ, над «Евгением Онегиным». В итоге совмещения у поэта и получилось… 29–ОЕ АВГУСТА. Всё!
                Повторюсь, чтобы вы не только поняли, но и осознали мою правоту. В ПЕРВОМ абзаце заключена  у Пушкина, если говорить последовательно, ДАТА творческого соревнования с В.А Жуковским (Она, то есть только что названная ДАТА, является, у поэта, и ОСНОВОЙ для создания, им, гениальных СОВМЕЩЕНИЙ!). Во ВТОРОМ же абзаце находятся «Заметки по русской истории XVIII века», ДАТИРОВАННЫМИ Пушкиным 2-ГО АВГУСТА. В ТРЕТЬЕМ  же абзаце, особо отмечу, ИМЕННО пушкинисты дают начало работы А.С. Пушкиным, 9-го мая, над романом «Евгений Онегин».
                1831-ый же год возникает у поэта в прямой связи, его, как с 1830-ым годом, так и с самим 1831-м годом! Смотрите об этом выше через строки: <<…при опубликовании им «Бориса Годунова» в конце 1830 года, - с датой издания, ОСОБО ОТМЕЧУ, 1831 год…>>. Здесь, особо отмечу, тоже пушкинский штрих! ШТРИХ, прямо выводящий нас не только на многие тайные произведения нашего Гения, - в том числе и на многие его СКАЗКИ, в определённой части которых тоже заложен, поэтом, крамольный смысл! - но и, главное, на его ПИКОВУЮ ДАМУ! Кроме того, А.С. Пушкин обладал, как вы знаете по моим работам, феноменальной памятью! Да никто ему не запрещал, тоже выделю, пользоваться не только своими черновиками, но и… уже и опубликованными произведениями.
                Остаётся только выделить, что поэт не рассказал Жуковскому,  который иногда проговаривался Николаю первому, - о чём поэт знал! – о своих СОВМЕЩЕНИЯХ.
                Во всех же ТРЁХ ЧАСТЯХ, да и в ЧЕТВЁРТОЙ ЧАСТИ, которую я ещё не создал, - вполне возможно, что и не создам её! -  предлагаемой статьи уже будут некоторые повторы то одного, то другого. Что, конечно, жаль.
                КОНЕЦ ВСТАВКИ
                И связан, только что названный, перед         ВСТАВКОЙ, 1833-ий год, если продолжить основную тему: с КАЛЕНДАРЁМ «Пиковой дамы», равным 33-м ДНЯМ. И связан, если продолжить перечисление: с его дневником за 1833-35 годы, начатый поэтом в день «Святой Екатерины». С его, через «Сказку об орле и вороне», «Капитанской дочкой», в которой орёл живёт, у поэта, 33 года; и т.д.
                «ТРИДЦАТЬ же витязей прекрасных» напрямую связаны у поэта, как вы уже знаете по моим статьям и книгам, с 1830-м годом. Годом создания, поэтом, своего первого ПОРТФЕЛЯ с его тайными произведениями. Через само же стихотворное ВВЕДЕНИЕ «У лукоморья дуб зеленый», который ПРОЛОГОМ к поэме «Руслан и Людмила», - специально отмечу это обстоятельство! – не является, поэт и поэму «Руслан и Людмила» уже тоже относит – к первому своему ПОРТФЕЛЮ, состоящему, как вы уже знаете, из его тайных произведений.
                А тайны в поэме «Руслан и Людмила» - тоже есть! Как вы уже знаете по моим современным статьям: за «КАРЛОЙ за спиною» таится, у поэта, его могущественный недруг Карл Нессельроде; за «карлицей» или «Наиной» - его жена М.Д. Нессельроде; и прочее                ХХХ
                Или, - если активно и коренным образом перефразировать модный и известный, в советское время, большевистский лозунг: «Мы говорим Ленин, подразумеваем партия, мы говорим партия, подразумеваем Ленин»! -  под 30-тью  ВИТЯЗЕМИ я сразу же подразумеваю 1830-й ГОД, к которому поэт и создал свой первый  ПОРТФЕЛЬ или  целый ряд своих тайных произведений. Говоря же о 1830-ом ГОДЕ, я сразу подразумеваю «30-ть ВИТЯЗЕЙ прекрасных», находящихся в том или в другом произведении Пушкина. 
                По такому же принципу можно создать, в моей статье, и разговор о 33-х богатырях! Ибо под 33-м  БОГАТЫРЯМ я сразу же подразумеваю 1833-й ГОД, к которому поэт и создал свой ВТОРОЙ портфель или  тоже целый ряд своих тайных произведений. Говоря же о 1833-м ГОДЕ, я сразу подразумеваю «33-х БОГАТЫРЕЙ», находящихся в том или в другом произведении Пушкина. Вот по только что раскрытому  вам ПРИНЦИПУ я легко определяю, к настоящему времени, и первое и второе.
                И здесь же находится единственная в тайном творчестве поэта, особо отмечу эту особенность, точка соприкосновения СЛОВА с ЧИСЛОМ, чётко выражающая соприкосновение ВИТЯЗЕЙ и БОГАТЫРЕЙ с 1830-ым и, соответственно,  с 1833-м ГОДАМИ или ЛЕТАМИ. Само же ОБНАРУЖЕНИЕ пушкинских криптограмм, при моём поиске, происходит, как правило: через пушкинское преувеличение чего-то; через их необычный, для пушкинского текста, вид и смысловое содержание; через мою способность обнаруживать пушкинские криптограммы; и так далее, и так далее. Однако, возвратимся к прерванной, выше, основной,на данный момент,тем               
                Попытаюсь кратко изложить, здесь, и ГЛАВНУЮ смысловую суть  КАЛЕНДАРЯ «Пиковой дамы», о котором я уже дал, в своих статьях и в книгах, не только саму суть его построения, - особо отмечу: через ПОЛНЫЙ текст пушкинского шедевра! – но и дал, уже в современных статьях, некоторые его особенности, которые я ранее – не заметил. А о них вы можете прочитать в моей статье «Раскрыты тайны тройки, семёрки и туза! Конец», по ссылке: http://www.proza.ru/2013/06/20/1245 , пункт 2, подпункт «А» (если есть желание, то можете прочитать и подпункт «Б»).
                ГЛАВНАЯ же смысловая суть пушкинского КАЛЕНДАРЯ «Пиковой дамы» заключена в том, для простоты объяснения дам в статье только его прямой, то есть ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНЫЙ, вариант, что его ДНИ, - количественно они выражены через число тридцать три! - последовательно рассыпаны, - или, точнее, РАССРЕДОТОЧЕНЫ поэтом! - по всему тексту пушкинской повести. За исключением, разумеется, ЗАКЛЮЧЕНИЯ «Пиковой дамы». 
                Предлагаемая статья нацелена у меня, как вы уже знаете из выше изложенного материала, на исследование пушкинской «Сказки о царе Салтане». Поэтому уже наступило время обязательно обозначить следующее. По только что раскрытому принципу, - принципу, раскрывающему последовательное рассредоточение ДНЕЙ в тексте «Пиковой дамы»! – построены, у поэта, и СЕМЬ упоминаний, им, появления, в его «Сказки о царе Салтане», 33- богатырей. Смотрите: ПЕРВУЮ ЧАСТЬ статьи «Сказка о царе Салтане», ПРИЛОЖЕНИЕ № 2. Более подробно только что обозначенный вопрос будет рассмотрен  мною, если не забуду, значительно позже.               
                Чуть не забыл, я, и СКАЗКУ, находящуюся в пушкинской повести «Капитанская дочка», о вороне и об орле. А она, через пушкинский текст КОНЦОВКИ 11-ой главы повести «Капитанская дочка», такова: «Однажды орёл спрашивал у ворона: скажи, ворон-птица, отчего живешь ты на белом свете ТРИСТА ЛЕТ, а я всего-навсе ТРИДЦАТЬ ТРИ ГОДА?».
                Пояснение В.Б. – И ворон не живет - ТРИСТА ЛЕТ, да и орёл не доживает до ТРИДЦАТИ ТРЕХ ЛЕТ! А дело, здесь, не столько в пугачевской «Сказки», сколько в прямом указе А. С. Пушкина, что второй его ПОРТФЕЛЬ из тайных произведений, - к которому поэт относит и повесть «Капитанская дочка», законченную поэтом 19-го октября 1836 года! - приурочен, им, к 1833 году. Продолжение же пугачевской Сказки чётко указывает на примененную поэтом, в Сказке Емельяна Пугачева, гиперболу или преувеличение! Триста лет в девять раз, с небольшим математическим «хвостиком»,  больше жизни орла, равной тридцати трём годам по Сказке Емельяна Пугачева.
                Вот окончание КАЛМЫЦКОЙ сказки с выделением, в ней, только что указанного преувеличения: «Ворон стал клевать да похваливать. Орел клюнул раз, клюнул другой, махнул крылом и сказал ворону: нет, брат ворон; чем ТРИСТА ЛЕТ питаться падалью, лучше раз напиться живой крови, а там, что бог даст.               
                ХХХ
                И ещё одно ПОЯСНЕНИЕ по «Сказке об орле и вороне», которое у меня созрело давно, но я, одновременно раскрывающий в своих статьях многочисленные текущие темы, как-то умудрялся пропускать предлагаемую вам, сейчас, тему. А его, пояснения, смысл, если говорить о нём кратко, сводится, у меня, к двум смысловым аспектам. И ПЕРВЫЙ, из них, имеет следующий смысл.
                ТРИСТА ЛЕТ жизни ворона напрямую связаны, у А.С. Пушкина, с проигрышем Анной Федотовной ТРИСТА ТЫСЯЧ герцогу Орлеанскому. Это обстоятельство легко определяется через схему игры, у королевы, молодой графини Анны Федотовны, главный смысл которой: ставка – ставка – ставка. Вот сам факт, взятый мною из первой главы «Пиковой дамы»: «Она выбрала три карты, поставила их одну за другою: все три выиграли ей СОНИКА, и бабушка отыгралась совершенно». Как видите уже и сами, триста тысяч здесь  через СОНИК, - именно он раскрывает схему игры Анны Федотовны:  ставка – ставка – ставка! - налицо. 
                Подтверждает выигрыш молодой Анны Федотовны и последующая запись поэта в той же главе пушкинского шедевра. А она такова: Литературный герой Чаплицкий, за которым скрывается, как вы уже знаете по моим книгам и современным статьям, молодой Павел, «…однажды в молодости своей проиграл -  помнится Зоричу – около ТРЕХСОТ  ТЫСЯЧ».
                А Зорич, как вы уже тоже знаете по моим исследовательским работам, племянник акушерки Зорич, отравившей, при родах, первую жену Павла, вздумавшей создать партию при екатерининском дворе и посадить Екатерину II «в крепость или в монастырь». В этом главный смысл появления Зорича в первой главе «Пиковой дамы»! И, через него, молодого Павла и его первой жены немецкой принцессы Вельгельмины Дармштадтской. Читайте статью «Цесаревна НАТАЛЬЯ АЛЕКСЕЕВНА (1755-1776) или  немецкая принцесса Августа-Вельгельмина-Луиза Гессен-Дармштадтская» по следующей длинной и оригинальной ссылке: http://funeral-spb.ru/necropols/blagoveshenskaya/natalya_alex/ .  Здесь же отмечу, что схема игры Чаплицкого против Зорича, за которым стоит у поэта Екатерина II с Потёмкиным, уже другая. Это: ставка – пароли – пароли-пе. Или: ставка – удвоение ставки – учетверение ставки.
                Вот сам факт раскрываемой, здесь, игры: «Чаплицкий поставил на первую карту пятьдесят тысяч и выиграл СОНИКА; загнул ПАРОЛИ, ПАРОЛИ-ПЕ, - отыгрался и остался ещё в выигрыше» (далее рассматривать интересную, во многих отношениях, тему я, в целях сокращения объёма предлагаемой статьи, не буду).
                Не менее важен и ВТОРОЙ АСПЕКТ предлагаемой, сейчас, темы. Попытаюсь тоже раскрыть его, к сожалению, кратко. Основной же смысл, его, таков. Пушкинисты прошлых лет за герцогом Орлеанским выводят - совершенно другого Орлеанского! Вот несколько размытый, пушкинистами прошлого времени, факт: «Ришелье – маршал Франции, выдвинувшийся при герцоге ОРЛЕАНСКОМ и ЛЮДОВИКЕ XV».
                А за образом герцога Орлеанского у поэта скрыт уже известный всему интернетовскому миру герцог Филипп Эгалите. Или герцог, до 1785 года, Шартрский, который коварно, двоедушно и всегда лицемерно водя дружбу с французской королевой Марией Антуанеттой* и с королем Франции Людовиком XVI, мастерски подвел их обоих, во времена «Великой» французской революции, - специально отмечу: организованной английскими масонами! - к гильотине. Вот хотя бы небольшая статья о Филиппе Эгалите, взятая мною из энциклопедии Википедия. Можете прочитать её по следующей ссылке: http://ru.wikipedia.org/wiki/Филипп_Эгалите . В 1771 году герцог Филипп Эгалите стал, тоже специально отмечу, Великим Мастером Великого Востока Франции.
                Пояснение В.Б. - *Мария Антуанетта - французская королева, жена Людовика XVI. Младшая дочь знаменитой австрийской императрицы Марии-Терезии и императора Франца I.  Франц I  - правитель Священной Римской империи, уничтоженной в 1805 году, если мне не изменяет память, Наполеоном. Знаменитая династия Габсбургов. Вот что мы читаем в статье «Монархи Европы. Судьбы династий» о названной династии: Муж Марии-Терезии, Франц I Стефан Лотарингский (1708-1765), был избран в 1745 г. императором Священной Римской империи. Так была основана Габсбург-Лотарингская линия австрийского дома, хотя до самого конца династии в 1918 г. её  представители продолжали называть себя Габсбургами». Смотрите статью по ссылке                 ХХХ
                В продолжение же возникшей темы специально отмечу, - тоже, к сожалению, кратко! - следующее. Ранее в своих исследовательских статьях я  писал, что герцог Филипп Эгалите ставший, в 1771 году, Великим Мастером Великого Востока Франции, организовал для Екатерины II в 1773 году, через польскую верхушку и русских масонов, два «сюрприза»: так называемую «княжну Тараканову» и мощный бунт Е. Пугачева. Потому Екатерина II и крупно ему (герцогу), - в «Пиковой даме»! - проиграла!
                В настоящее время я всё больше и больше  склоняюсь к следующей трактовке. Проиграть-то, в начале игры с масонами, действительно проиграла. Но потом, все же, отыгралась: как за счет поимки, через Алексея Орлова, названной «княжны Таракановой», так и за счет жестокого подавления названного бунта. Это – моя старая трактовка раскрываемых, здесь, исторических событий.
                Новая же трактовка событий такова. «Совершенно отыгралась», Екатерина II: и за счет своей дружбы с Сен-Жерменом, который, собственно, и организовал заговор Фредерики Ангальт-Цербстской, 1762 года, с убийством в нём Петра Федоровича или Петра III. И, особенно, дружбы с прусским королем Фридрихом «Великим», специально подготовившего для российской империи как наследника российского престола Петра Федоровича, так и, следом, Фредерики Ангальт-Цербстской. К настоящему времени уже увидели свет так называемые ЗАПИСКИ  Фридриха «Великого». Вот запись о них: Фридрих II. Из записок Фридриха Великого о России в первой половине XVIII-го века // Пер(еводчик) М. Жуазеля // Русский архив, 1877. – Кн. 1. – Вып. 1. – С. 5-21. Прочитать же названные ЗАПИСКИ вы можете по следующей длинной, да и оригинальной, ссылке: http://mikv1.narod.ru/text/FridrihRA77K1V1.htm .
                И, тоже особенно, за счет её дружбы не только с Сен-Жерменом и прусским королём, но и с английскими дипломатами! И, уже особо отмечу, за счёт жестокой расправы над лицами: А. Радищев, Новиков, Княжнин и другие. О чём и Пушкин пишет в своих «Заметках по русской истории XVIII века». Но и это – далеко не всё!
                Всё перечисленное будет иметь множество последствий: войны; трехкратный раздел, Екатериной II, с прусским королём Фридрихом «Великим», Польши; указанный заговор 1762 года против Петра III;  отравление Екатериной первой жены Павла I, Вельгельмины Дармштадтской; убийство Павла I в 1801 году; и так далее; и так далее.
                В качестве фактов можно привести, к примеру: екатерининские войны с Османской империей; длинный ряд немецких принцесс, ставшие женами тоже уже немецких  императоров: Николая I, Александров, - первого, второго и третьего! - женившегося на датской принцессе (хрен редьки не слачше, ибо и в Дании влияние масонов было громадным. Да и в древнюю Русскую Историю она внесла самую кровавую, - как вы увидите, надеюсь, несколько позднее! - страницу). И, разумеется, Николая II, при котором и произошел развал, - Германией, Францией, Англией и, уже, США! - Российской империи. Германия же, став империей, первой и объявила войну против Российской империи, в первой мировой войне, заодно сразу же втянув, в первую мировую бойню, австро-венгерскую империю. И так далее, и тому подобное.
                Остается только выделить, что наиболее талантливой из всех немецких принцесс оказалась именно Екатерина II. И ещё одно по Екатерине II. Именно она, отравив только что названную, выше, немецкую принцессу Вельгельмину Дармштадтскую (смотрите выше), подобрав для великого князя Павла вторую жену, тоже немку, женив своего внука, Александра, тоже на немецкой принцессе, поставила выделяемый здесь процесс - на «промышленную» основу! Или… на «серийное производство» или «нескончаемый, - по немецким принцессам! - поток», сделав его тем самым, практически, идеальным, для Германии и других врагов России, потоком! Однако продолжим текущую тему, чтобы и её завершить.   
                Самое же интересное, что, - вполне возможно случилось в Истории! – герцог Филипп Эгалите погиб в 1793 году на гильотине не совсем из-за своего сына, а из-за стараний в этом вопросе, английских дипломатов, графа Сен-Жермена, прусского  короля Фридриха II и… Екатерины второй! Чтобы вы отчетливо понимали мною сказанное, все же дам всего одно предложение из указанной, выше, статьи. А оно, по статье «Филипп Эгалите», из Википедии,  таково: «Однако в течение того же 1793 года гражданин Эгалите погиб сам: во время Революционных войн его сын, бывший герцог Шартрский Луи-Филипп, оказался замешанным в заговор генерала Дюмурье и изменил революции, покинув страну, что привело к аресту, осуждению и казни Эгалите-отца».
                Почему я выдвинул такое предположение? Да потому, что не совсем, - и не всегда! – доверяю авторам, создающим, через интернет и Википедию, статьи, созданным, как вы уже знаете по моим исследовательским статьям, Западом. Мой довод, в качестве факта: англичане приняли самое активное участие в организации и проведении только что указанной Французской «Великой» революции, что авторы через интернет и Википедию, в целом ряде статей, отрицают. Или - сознательно замалчивают. Однако пора возвращаться к основной теме (чтобы и её завершить!).
                ХХХ
                После исследования пугачевской СКАЗКИ, приведу вам и такой факт: 30-ть витязей, как и богатыри, - количество которых 33, - основаны, Пушкиным-историком, на исторической реальности. Этот факт я впервые выделил в статье «Сказка о рыбаке и рыбке. Новая редакция» (смотрите её на моей авторской странице). Поэтому и дам своё открытие через следующий отрывок из только что названной статьи.
                А он таков: <<И, коротко, о числе «33», ярко фигурирующем через пушкинский КАЛЕНДАРЬ и 1833 год, как вы уже знаете по моим статьям и книгам, и в «Пиковой даме». Оно (то есть число 33) здесь у поэта, в общем-то, не вписывается  в 34-х летнее правление Екатерины-самозванки. Ибо органично вписывается в то обстоятельство, что Екатерина II захватила власть в России именно тогда, когда ей «стукнуло» - 33 года! Математический факт, тому: 1729 + 33 = 1762 год (год екатерининского переворота!), где 1729 – год рождения Екатерины II.
                Чрезвычайно важно, здесь, и то обстоятельство, что оно имеет отношение - и к 33-м богатырям. Имеет отношение к 33-м богатырям пушкинской «Сказки о царе Салтане». Другими словами, поэт  ввёл, в «Сказку о царе Салтане», 33-х богатырей  и для того, чтобы создать потом, то есть уже в 1833 году, «Сказку о рыбаке и рыбке». И… «Пиковую даму»!>>. А в 1834 году поэт создал – СКАЗКУ О ЗОЛОТОМ ПЕТУШКЕ. Особо отмечу, что только что названные две СКАЗКИ Пушкин опубликует - в 1835 году.
                Здесь вольно или невольно, но приходишь к РАСШИРЕННОМУ ВЫВОДУ. Чем чуть раньше (смотрите выше), но тоже объективному, специально замечу, выводу. А он, то есть расширенный вывод, у меня таков: практически все тайные произведения Пушкина, в том числе и его «История Пугачева», оригинальны и, разумеется, уникальны. И, главное, они тесно взаимосвязаны у Чародея нашей словесности.
                Остается только отметить, что в предлагаемой статье СКАЗКА О ЦАРЕ САЛТАНЕ я с особенностями многих тайных пушкинских произведений даже не войду в контакт. Почему? Да потому, что задачи предлагаемой статьи СКАЗКА О ЦАРЕ САЛТАНЕ - совершенно другие.
                Закончить же ВСТУПЛЕНИЕ к предлагаемой статье я намереваюсь следующим образом. Буквально на днях я проанализировал - ЧЕТЫРЕ  пушкинские криптограммы. Другими словами, зафиксировал их (только что обозначенных криптограмм) количество появления - в пушкинском тексте «Сказки о рыбаке и рыбке».  Они изложены мною в ПРИЛОЖЕНИИ к пушкинской СКАЗКЕ О РЫБАКЕ И РЫБКЕ. И вот что у меня получилось, с помощью простейшей математики, в итоге сложения только что указанного количества обозначенных выше пушкинских криптограмм: 2 + 3 = 5.  5 + 15 = 20.  20 + 27 = 47. Только обязательно прочитайте само ПРИЛОЖЕНИЕ к пушкинской СКАЗКЕ О РЫБАКЕ И РЫБКЕ. Иначе – ничего не поймете!
                Всё-таки дам краткое пояснение по только что изложенным пушкинским криптограммам, так как только единицы читателей следуют указаниям автора! А моё пояснение таково (смотрите моё краткое пояснение по следующей ссылке: http://www.proza.ru/2013/04/20/730) . Пушкин выделил ТРИДЦАТЬ ЛЕТ и ТРИ ГОДА – это первая пушкинская криптограмма – два раза. Злобный же характер Екатерины «Великой», или же СВАРЛИВОЙ БАБЫ, поэт выделил нам в «сказке» - три раза (Вторая пушкинская криптограмма). Тогда при сложении получается: 2 + 3 = 5.
                На ВТОРОМ МЕСТЕ у Пушкина «золотая рыбка», выделенная поэтом, - через повторы, специально существующие у Пушкина  в сказке! - в тексте «сказки» - 15-ть раз (Третья пушкинская криптограмм). В итоге же сложении получается: 5 + 15 = 20.
                ПЕРВОЕ же МЕСТО занимает у Пушкина, - как и должно! - СТАРУХА. Старуха, которая ярко засверкает, у поэта, и в «Пиковой даме». Факт: «Старуха! – закричал он в ужасе» (смотрите концовку шестой главы пушкинского шедевра). Она появляется у поэта в «сказке», через специальные повторы, 27 раз (Четвертая пушкинская криптограмма). В итоге же сложении получается: 20 + 27 = 47. Всё  о только что названных криптограмм поэта вы сможете прочитать по только что указанной ссылке: http://www.proza.ru/2013/04/20/730 .
                А 47 (тысяч, если вспомнить пушкинский текст ШЕСТОЙ ГЛАВЫ «Пиковой дамы»), дорогие мои друзья, не что иное, как наследственная сумма Германна-Павла I, с которой он и пытался обыграть БОГАТЫХ игроков во главе со «славным Чекалинским»! Другими словами, здесь стремительно раскрывается, перед нами, огромный исторический пласт «Пиковой дамы». Более подробно о названном пласте вы можете прочитать в статье «5. Пушкинские карты» по следующей ссылке: http://www.proza.ru/2010/04/30/1368 .
                Или, - что лучше! - по статье «Раскрыты тайны тройки, семёрки и туза. Конец». Ссылка: http://www.proza.ru/2013/06/20/1245 . Сама же ПЕРВАЯ статья называется у меня, повторюсь: «5. Пушкинские карты» (смотрите её по ссылке: http://www.proza.ru/2010/04/30/1368) . В названной статье есть и ПОДПУНКТ «Тройка, семерка, туз». Поэтому можете ДОЧИТАТЬ названную статью, с только что названного  подпункта, до КОНЦА.
                А в только что обозначенном подпункте есть и ПОДТВЕРЖДЕНИЕ, главная смысловая суть которого выглядит у меня, в только что указанной статье, так: «Прибавьте, теперь, к 1754 году, году рождения Павла I, только что выделенную, выше, наследственную сумму 47 (Тысячи, здесь, разумеется, не причём!). Тогда, перед вами, и засияет, - вдруг! - именно год Александровского переворота. Вот математическое подтверждение этому, да и сам -  математический факт: 1754 + 47 = 1801 год. И там, то есть в статье «5. Пушкинские карты»,  тоже есть материал, над которым стоит задуматься - будущим профессиональным пушкинистам.
                Я же перейду к ОСНОВЕ моего исследования в предлагаемой статье. Другими словами, дам вам в Приложении № 1 сам текст пушкинской «Сказки о царе Салтане…», а в Приложении № 2 зафиксирую вам, по самому тексту пушкинской «Сказки о царе Салтане…», СЕМЬ упоминаний поэта о 33-х богатырях. Ибо и этот факт будет иметь у меня, надеюсь, продолжение                ПЕРВАЯ ЧАСТЬ
                Приложение № 1
                РВБ: А.С.Пушкин. Собрание сочинений в 10 томах.
                Версия 2.2 от 30 января 2002 г.

                СКАЗКА О ЦАРЕ САЛТАНЕ,
                О СЫНЕ ЕГО СЛАВНОМ И МОГУЧЕМ  БОГАТЫРЕ
                КНЯЗЕ ГВИДОНЕ САЛТАНОВИЧЕ
                И О ПРЕКРАСНОЙ ЦАРЕВНЕ ЛЕБЕДИ
                

              ПЕРВАЯ СТРОФА
              Три девицы под окном
    Пряли поздно вечерком.
    «Кабы я была царица, —
    Говорит одна девица, —
    То на весь крещеный мир
    Приготовила б я пир».
    «Кабы я была царица, —
    Говорит ее сестрица, —
    То на весь бы мир одна
    Наткала я полотна».
    «Кабы я была царица, —
    Третья молвила сестрица, —
    Я б для батюшки-царя
    Родила богатыря».
              ВТОРАЯ СТРОФА
              Только вымолвить успела,
    Дверь тихонько заскрыпела,
    И в светлицу входит царь,
    Стороны той государь.
    Во всё время разговора
    Он стоял позадь забора;
    Речь последней по всему
    Полюбилася ему.
    «Здравствуй, красная девица, —
    Говорит он, — будь царица
    И роди богатыря
    Мне к исходу сентября.
    Вы ж, голубушки-сестрицы,
    Выбирайтесь из светлицы,
    Поезжайте вслед за мной,
    Вслед за мной и за сестрой:
    Будь одна из вас ткачиха,
    А другая повариха».
              ТРЕТЬЯ СТРОФА
              В сени вышел царь-отец.
    Все пустились во дворец.
    Царь недолго собирался:
    В тот же вечер обвенчался.
    Царь Салтан за пир честной
    Сел с царицей молодой;
    А потом честные гости
    На кровать слоновой кости
    Положили молодых
    И оставили одних.
    В кухне ЗЛИТСЯ повариха,
    ПЛАЧЕТ у станка ткачиха,
    И ЗАВИДУЮТ оне
    Государевой жене.
    А царица молодая,
    Дела вдаль не отлагая,
    С первой ночи понесла.
              IV СТРОФА
              В те поры ВОЙНА БЫЛА.
    Царь Салтан, с женой простяся,
    На добра-коня садяся,
    Ей наказывал себя
    Поберечь, его любя.
    Между тем, как он далёко
    Бьется долго и жестоко,
    Наступает срок родин;
    Сына бог им дал в аршин,
    И царица над ребенком
    Как орлица над орленком;
    Шлет с письмом она гонца,
    Чтоб обрадовать отца.
    А ткачиха с поварихой,
    С СВАТЬЕЙ бабой БАБАРИХОЙ,
    Извести ее хотят,
    Перенять гонца велят;
    Сами шлют гонца другого
    Вот с чем от слова до слова:
    «Родила царица в ночь
    Не то сына, не то дочь;
    Не мышонка, не лягушку,
    А неведому зверюшку».
              ПЯТАЯ СТРОФА
              Как услышал царь-отец,
    Что донес ему гонец,
    В гневе начал он чудесить
    И гонца хотел повесить;
    Но, смягчившись на сей раз,
    Дал гонцу такой приказ:
    «Ждать царева возвращенья
    Для законного решенья».
              VI СТРОФА
              Едет с грамотой гонец,
    И приехал наконец.
    А ткачиха с поварихой,
    С сватьей бабой Бабарихой,
    Обобрать его велят;
    Допьяна гонца поят
    И в суму его пустую
    Суют грамоту другую —
    И привез гонец хмельной
    В тот же день приказ такой:
    «Царь велит своим боярам,
    Времени не тратя даром,
    И царицу и приплод
    Тайно бросить в бездну вод».
    Делать нечего: бояре,
    Потужив о государе
    И царице молодой,
    В спальню к ней пришли толпой.
    Объявили царску волю —
    Ей и сыну злую долю,
    Прочитали вслух указ,
    И царицу в тот же час
    В бочку с сыном посадили,
    Засмолили, покатили
    И пустили в Окиян —
    Так велел-де царь Салтан.   
              СЕДЬМАЯ СТРОФА
              В синем небе звезды блещут,
    В синем море волны хлещут;
    Туча по небу идет,
    Бочка по морю плывет.
    Словно горькая вдовица,
    Плачет, бьется в ней царица;
    И растет ребенок там
    Не по дням, а по часам.
    День прошел, царица вопит...
    А дитя волну торопит:
    «Ты, волна моя, волна!
    Ты гульлива и вольна;
    Плещешь ты, куда захочешь,
    Ты морские камни точишь,
    Топишь берег ты земли,
    Подымаешь корабли —
    Не губи ты нашу душу:
    Выплесни ты нас на сушу!»
    И послушалась волна:
    Тут же на берег она
    Бочку вынесла легонько
    И отхлынула тихонько.
    Мать с младенцем спасена;
    Землю чувствует она.
    Но из бочки кто их вынет?
    Бог неужто их покинет?
    Сын на ножки поднялся,
    В дно головкой уперся,
    Понатужился немножко:
    «Как бы здесь на двор окошко
    Нам проделать?» — молвил он,
    Вышиб дно и вышел вон.
              VIII СТРОФА
              Мать и сын теперь на воле;
    Видят холм в широком поле,
    Море синее кругом,
    ДУБ ЗЕЛЕНЫЙ НАД ХОЛМОМ.
    Сын подумал: добрый ужин
    Был бы нам, однако, нужен.
    Ломит он у дуба сук
    И в тугой сгибает лук,
    Со креста снурок шелковый
    Натянул на лук дубовый,
    Тонку тросточку сломил,
    Стрелкой легкой завострил
    И пошел на край долины
    У моря искать дичины.
              ДЕВЯТАЯ СТРОФА
              К морю лишь подходит он,
    Вот и слышит будто стон...
    Видно на море не тихо;
    Смотрит — видит дело лихо:
    Бьется лебедь средь зыбей,
    Коршун носится над ней;
    Та бедняжка так и плещет,
    Воду вкруг мутит и хлещет...
    Тот уж когти распустил,
    Клёв кровавый навострил...
    Но как раз стрела запела,
    В шею коршуна задела —
    Коршун в море кровь пролил,
    Лук царевич опустил;
    Смотрит: коршун в море тонет
    И не птичьим криком стонет,
    Лебедь около плывет,
    Злого коршуна клюет,
    Гибель близкую торопит,
    Бьет крылом и в море топит —
    И царевичу потом
    Молвит русским языком:
    «Ты, царевич, мой спаситель,
    Мой могучий избавитель,
    Не тужи, что за меня
    Есть не будешь ты три дня,
    Что стрела пропала в море;
    Это горе — всё не горе.
    Отплачу тебе добром,
    Сослужу тебе потом:
    Ты не лебедь ведь избавил,
    Девицу в живых оставил;
    Ты не коршуна убил,
    Чародея подстрелил.
    Ввек тебя я не забуду:
    Ты найдешь меня повсюду,
    А теперь ты воротись,
    Не горюй и спать ложись».
              ДЕСЯТАЯ СТРОФА
              Улетела лебедь-птица,
    А царевич и царица,
    Целый день проведши так,
    Лечь решились на тощак.
    Вот открыл царевич очи;
    Отрясая грезы ночи
    И дивясь, перед собой
    Видит город он большой,
    Стены с частыми зубцами,
    И за белыми стенами
    Блещут маковки церквей
    И святых монастырей.
    Он скорей царицу будит;
    Та как ахнет!.. «То ли будет? —
    Говорит он, — вижу я:
    Лебедь тешится моя».
    Мать и сын идут ко граду.
    Лишь ступили за ограду,
    Оглушительный трезвон
    Поднялся со всех сторон:
    К ним народ навстречу валит,
    Хор церковный бога хвалит;
    В колымагах золотых
    Пышный двор встречает их;
    Все их громко величают
    И царевича венчают
    Княжей шапкой, и главой
    Возглашают над собой;
    И среди своей столицы,
    С разрешения царицы,
    В тот же день стал княжить он
    И нарекся: князь Гвидон.
              XI СТРОФА
              Ветер на море гуляет
    И кораблик подгоняет;
    Он бежит себе в волнах
    На раздутых парусах.
    Корабельщики дивятся,
    На кораблике толпятся,
    На знакомом острову
    Чудо видят наяву:
    Город новый златоглавый,
    Пристань с крепкою заставой;
    Пушки с пристани палят,
    Кораблю пристать велят.
    Пристают к заставе гости;
    Князь Гвидон зовет их в гости,
    Их он кормит и поит
    И ответ держать велит:
    «Чем вы, гости, торг ведете
    И куда теперь плывете?»
    Корабельщики в ответ:
    «Мы объехали весь свет,
    Торговали соболями,
    Чернобурыми лисами;
    А теперь нам вышел срок,
    Едем прямо на восток,
    Мимо острова Буяна,
    В царство славного Салтана...»
    Князь им вымолвил тогда:
    «Добрый путь вам, господа,
    По морю по Окияну
    К славному царю Салтану;
    От меня ему поклон».
    Гости в путь, а князь Гвидон
    С берега душой печальной
    Провожает бег их дальный;
    Глядь — поверх текучих вод
    Лебедь белая плывет.
    «Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
    Что ты тих, как день ненастный?
    Опечалился чему?» —
    Говорит она ему.
    Князь печально отвечает:
    «Грусть-тоска меня съедает,
    Одолела молодца:
    Видеть я б хотел отца».
    Лебедь князю: «Вот в чем горе!
    Ну, послушай: хочешь в море
    Полететь за кораблем?
    Будь же, князь, ты комаром».
    И крылами замахала,
    Воду с шумом расплескала
    И обрызгала его
    С головы до ног всего.
    Тут он в точку уменьшился,
    Комаром оборотился,
    Полетел и запищал,
    Судно на море догнал,
    Потихоньку опустился
    На корабль — и в щель забился.
              ДВЕНАДЦАТАЯ СТРОФА
              Ветер весело шумит,
    Судно весело бежит
    Мимо острова Буяна,
    К царству славного Салтана,
    И желанная страна
    Вот уж издали видна.
    Вот на берег вышли гости;
    Царь Салтан зовет их в гости,
    И за ними во дворец
    Полетел наш удалец.
    Видит: весь сияя в злате,
    Царь Салтан сидит в палате
    На престоле и в венце
    С грустной думой на лице;
    А ткачиха с поварихой,
    С сватьей бабой Бабарихой,
    Около царя сидят
    И в глаза ему глядят.
    Царь Салтан гостей сажает
    За свой стол и вопрошает:
    «Ой вы, гости-господа,
    Долго ль ездили? куда?
    Ладно ль за морем, иль худо?
    И какое в свете чудо?»
    Корабельщики в ответ:
    «Мы объехали весь свет;
    За морем житье не худо,
    В свете ж вот какое чудо:
    В море остров был крутой,
    Не привальный, не жилой;
    Он лежал пустой равниной;
    Рос на нем дубок единый;
    А теперь стоит на нем
    Новый город со дворцом,
    С златоглавыми церквами,
    С теремами и садами,
    А сидит в нем князь Гвидон;
    Он прислал тебе поклон».
    Царь Салтан дивится чуду;
    Молвит он: «Коль жив я буду,
    Чудный остров навещу,
    У Гвидона погощу».
    А ткачиха с поварихой,
    С сватьей бабой Бабарихой,
    Не хотят его пустить
    Чудный остров навестить.
    «Уж диковинка, ну право, —
    Подмигнув другим лукаво,
    Повариха говорит, —
    Город у моря стоит!
    Знайте, вот что не безделка:
    Ель в лесу, под елью белка,
    Белка песенки поет
    И орешки всё грызет,
    А орешки не простые,
    Всё скорлупки золотые,
    Ядра — чистый изумруд;
    Вот что чудом-то зовут».
    Чуду царь Салтан дивится,
    А комар-то злится, злится —
    И впился комар как раз
    Тетке прямо в правый глаз.
    Повариха побледнела,
    Обмерла и окривела.
    Слуги, сватья и сестра
    С криком ловят комара.
    «Распроклятая ты мошка!
    Мы тебя!..» А он в окошко,
    Да спокойно в свой удел
    Через море полетел.
              XIII СТРОФА
              Снова князь у моря ходит,
    С синя моря глаз не сводит;
    Глядь — поверх текучих вод
    Лебедь белая плывет.
    «Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
    Что ж ты тих, как день ненастный?
    Опечалился чему?« —
    Говорит она ему.
    Князь Гвидон ей отвечает:
    «Грусть-тоска меня съедает;
    Чудо чудное завесть
    Мне б хотелось. Где-то есть
    Ель в лесу, под елью белка;
    Диво, право, не безделка —
    Белка песенки поет,
    Да орешки всё грызет,
    А орешки не простые,
    Всё скорлупки золотые,
    Ядра — чистый изумруд;
    Но, быть может, люди врут».
    Князю лебедь отвечает:
    «Свет о белке правду бает;
    Это чудо знаю я;
    Полно, князь, душа моя,
    Не печалься; рада службу
    Оказать тебе я в дружбу».
    С ободренною душой
    Князь пошел себе домой;
    Лишь ступил на двор широкий —
    Что ж? под елкою высокой,
    Видит, белочка при всех
    Золотой грызет орех,
    Изумрудец вынимает,
    А скорлупку собирает,
    Кучки равные кладет
    И с присвисточкой поет
    При честном при всем народе:
    Во саду ли, в огороде.
    Изумился князь Гвидон.
    «Ну, спасибо, — молвил он, —
    Ай да лебедь — дай ей боже,
    Что и мне, веселье то же».
    Князь для белочки потом
    Выстроил хрустальный дом,
    Караул к нему приставил
    И притом дьяка заставил
    Строгий счет орехам весть.
    Князю прибыль, белке честь.
              ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ СТРОФА
              Ветер по морю гуляет
    И кораблик подгоняет;
    Он бежит себе в волнах
    На поднятых парусах
    Мимо острова крутого,
    Мимо города большого:
    Пушки с пристани палят,
    Кораблю пристать велят.
    Пристают к заставе гости;
    Князь Гвидон зовет их в гости,
    Их и кормит и поит
    И ответ держать велит:
    «Чем вы, гости, торг ведете
    И куда теперь плывете?»
    Корабельщики в ответ:
    «Мы объехали весь свет,
    Торговали мы конями,
    Всё донскими жеребцами,
    А теперь нам вышел срок —
    И лежит нам путь далек:
    Мимо острова Буяна,
    В царство славного Салтана...»
    Говорит им князь тогда:
    «Добрый путь вам, господа,
    По морю по Окияну
    К славному царю Салтану;
    Да скажите: князь Гвидон
    Шлет царю-де свой поклон».
              XV СТРОФА
              Гости князю поклонились,
    Вышли вон и в путь пустились.
    К морю князь — а лебедь там
    Уж гуляет по волнам.
    Молит князь: душа-де просит,
    Так и тянет и уносит...
    Вот опять она его
    Вмиг обрызгала всего:
    В муху князь оборотился,
    Полетел и опустился
    Между моря и небес
    На корабль — и в щель залез.
              ШЕСТНАДЦАТАЯ СТРОФА
              Ветер весело шумит,
    Судно весело бежит
    Мимо острова Буяна,
    В царство славного Салтана —
    И желанная страна
    Вот уж издали видна;
    Вот на берег вышли гости;
    Царь Салтан зовет их в гости,
    И за ними во дворец
    Полетел наш удалец.
    Видит: весь сияя в злате,
    Царь Салтан сидит в палате
    На престоле и в венце,
    С грустной думой на лице.
    А ткачиха с Бабарихой
    Да с кривою поварихой
    Около царя сидят,
    Злыми жабами глядят.
    Царь Салтан гостей сажает
    За свой стол и вопрошает:
    «Ой вы, гости-господа,
    Долго ль ездили? куда?
    Ладно ль за морем, иль худо,
    И какое в свете чудо?»
    Корабельщики в ответ:
    «Мы объехали весь свет;
    За морем житье не худо;
    В свете ж вот какое чудо:
    Остров на море лежит,
    Град на острове стоит
    С златоглавыми церквами,
    С теремами да садами;
    Ель растет перед дворцом,
    А под ней хрустальный дом;
    Белка там живет ручная,
    Да затейница какая!
    Белка песенки поет,
    Да орешки всё грызет,
    А орешки не простые,
    Всё скорлупки золотые,
    Ядра — чистый изумруд;
    Слуги белку стерегут,
    Служат ей прислугой разной —
    И приставлен дьяк приказный
    Строгий счет орехам весть;
    Отдает ей войско честь;
    Из скорлупок льют монету,
    Да пускают в ход по свету;
    Девки сыплют изумруд
    В кладовые, да под спуд;
    Все в том острове богаты,
    Изоб нет, везде палаты;
    А сидит в нем князь Гвидон;
    Он прислал тебе поклон».
    Царь Салтан дивится чуду.
    «Если только жив я буду,
    Чудный остров навещу,
    У Гвидона погощу».
    А ткачиха с поварихой,
    С сватьей бабой Бабарихой,
    Не хотят его пустить
    Чудный остров навестить.
    Усмехнувшись исподтиха,
    Говорит царю ткачиха:
    «Что тут дивного? ну, вот!
    Белка камушки грызет,
    Мечет золото и в груды
    Загребает изумруды;
    Этим нас не удивишь,
    Правду ль, нет ли говоришь.
    В свете есть иное диво:
    Море вздуется бурливо,
    Закипит, подымет вой,
    Хлынет на берег пустой,
    Разольется в шумном беге,
    И очутятся на бреге,
    В чешуе, как жар горя,
    Тридцать три богатыря,
    Все красавцы удалые,
    Великаны молодые,
    Все равны, как на подбор,
    С ними дядька Черномор.
    Это диво, так уж диво,
    Можно молвить справедливо!»
    Гости умные молчат,
    Спорить с нею не хотят.
    Диву царь Салтан дивится,
    А Гвидон-то злится, злится...
    Зажужжал он и как раз
    Тетке сел на левый глаз,
    И ткачиха побледнела:
    «Ай!» и тут же окривела;
    Все кричат: «Лови, лови,
    Да дави ее, дави...
    Вот ужо! постой немножко,
    Погоди...» А князь в окошко,
    Да спокойно в свой удел
    Через море прилетел.
              XVII СТРОФА
              Князь у синя моря ходит,
    С синя моря глаз не сводит;
    Глядь — поверх текучих вод
    Лебедь белая плывет.
    «Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
    Что ты тих, как день ненастный?
    Опечалился чему?» —
    Говорит она ему.
    Князь Гвидон ей отвечает:
    «Грусть-тоска меня съедает —
    Диво б дивное хотел
    Перенесть я в мой удел».
    «А какое ж это диво?»
    — Где-то вздуется бурливо
    Окиян, подымет вой,
    Хлынет на берег пустой,
    Расплеснется в шумном беге,
    И очутятся на бреге,
    В чешуе, как жар горя,
    Тридцать три богатыря,
    Все красавцы молодые,
    Великаны удалые,
    Все равны, как на подбор,
    С ними дядька Черномор.
    Князю лебедь отвечает:
    «Вот что, князь, тебя смущает?
    Не тужи, душа моя,
    Это чудо знаю я.
    Эти витязи морские
    Мне ведь братья все родные.
    Не печалься же, ступай,
    В гости братцев поджидай».
              ВОСЕМНАДЦАТАЯ СТРОФА
              Князь пошел, забывши горе,
    Сел на башню, и на море
    Стал глядеть он; море вдруг
    Всколыхалося вокруг,
    Расплескалось в шумном беге
    И оставило на бреге
    Тридцать три богатыря;
    В чешуе, как жар горя,
    Идут витязи четами,
    И, блистая сединами,
    Дядька впереди идет
    И ко граду их ведет.
    С башни князь Гвидон сбегает,
    Дорогих гостей встречает;
    Второпях народ бежит;
    Дядька князю говорит:
    «Лебедь нас к тебе послала
    И наказом наказала
    Славный город твой хранить
    И дозором обходить.
    Мы отныне ежеденно
    Вместе будем непременно
    У высоких стен твоих
    Выходить из вод морских,
    Так увидимся мы вскоре,
    А теперь пора нам в море;
    Тяжек воздух нам земли».
    Все потом домой ушли.
              XIX СТРОФА
              Ветер по морю гуляет
    И кораблик подгоняет;
    Он бежит себе в волнах
    На поднятых парусах
    Мимо острова крутого,
    Мимо города большого;
    Пушки с пристани палят,
    Кораблю пристать велят.
    Пристают к заставе гости.
    Князь Гвидон зовет их в гости,
    Их и кормит и поит
    И ответ держать велит:
    «Чем вы, гости, торг ведете?
    И куда теперь плывете?»
    Корабельщики в ответ:
    «Мы объехали весь свет;
    Торговали мы булатом,
    Чистым серебром и златом,
    И теперь нам вышел срок;
    А лежит нам путь далек,
    Мимо острова Буяна,
    В царство славного Салтана».
    Говорит им князь тогда:
    «Добрый путь вам, господа,
    По морю по Окияну
    К славному царю Салтану.
    Да скажите ж: князь Гвидон
    Шлет-де свой царю поклон».
              ДВАДЦАТАЯ СТРОФА
              Гости князю поклонились,
    Вышли вон и в путь пустились.
    К морю князь, а лебедь там
    Уж гуляет по волнам.
    Князь опять: душа-де просит...
    Так и тянет и уносит...
    И опять она его
    Вмиг обрызгала всего.
    Тут он очень уменьшился,
    Шмелем князь оборотился,
    Полетел и зажужжал;
    Судно на море догнал,
    Потихоньку опустился
    На корму — и в щель забился.
              XXI СТРОФА
              Ветер весело шумит,
    Судно весело бежит
    Мимо острова Буяна,
    В царство славного Салтана,
    И желанная страна
    Вот уж издали видна.
    Вот на берег вышли гости.
    Царь Салтан зовет их в гости,
    И за ними во дворец
    Полетел наш удалец.
    Видит, весь сияя в злате,
    Царь Салтан сидит в палате
    На престоле и в венце,
    С грустной думой на лице.
    А ткачиха с поварихой,
    С сватьей бабой Бабарихой,
    Около царя сидят —
    Четырьмя все три глядят.
    Царь Салтан гостей сажает
    За свой стол и вопрошает:
    «Ой вы, гости-господа,
    Долго ль ездили? куда?
    Ладно ль за морем иль худо?
    И какое в свете чудо?»
    Корабельщики в ответ:
    «Мы объехали весь свет;
    За морем житье не худо;
    В свете ж вот какое чудо:
    Остров на море лежит,
    Град на острове стоит,
    Каждый день идет там диво:
    Море вздуется бурливо,
    Закипит, подымет вой,
    Хлынет на берег пустой,
    Расплеснется в скором беге —
    И останутся на бреге
    Тридцать три богатыря,
    В чешуе златой горя,
    Все красавцы молодые,
    Великаны удалые,
    Все равны, как на подбор;
    Старый дядька Черномор
    С ними из моря выходит
    И попарно их выводит,
    Чтобы остров тот хранить
    И дозором обходить —
    И той стражи нет надежней,
    Ни храбрее, ни прилежней.
    А сидит там князь Гвидон;
    Он прислал тебе поклон».
    Царь Салтан дивится чуду.
    «Коли жив я только буду,
    Чудный остров навещу
    И у князя погощу».
    Повариха и ткачиха
    Ни гугу — но Бабариха
    Усмехнувшись говорит:
    «Кто нас этим удивит?
    Люди из моря выходят
    И себе дозором бродят!
    Правду ль бают, или лгут,
    Дива я не вижу тут.
    В свете есть такие ль дива?
    Вот идет молва правдива:
    За морем царевна есть,
    Что не можно глаз отвесть:
    Днем свет божий затмевает,
    Ночью землю освещает,
    Месяц под косой блестит,
    А во лбу звезда горит.
    А сама-то величава,
    Выплывает, будто пава;
    А как речь-то говорит,
    Словно реченька журчит.
    Молвить можно справедливо,
    Это диво, так уж диво».
    Гости умные молчат:
    Спорить с бабой не хотят.
    Чуду царь Салтан дивится —
    А царевич хоть и злится,
    Но жалеет он очей
    Старой бабушки своей:
    Он над ней жужжит, кружится —
    Прямо на нос к ней садится,
    Нос ужалил богатырь:
    На носу вскочил волдырь.
    И опять пошла тревога:
    «Помогите, ради бога!
    Караул! лови, лови,
    Да дави его, дави...
    Вот ужо! пожди немножко,
    Погоди!..» А шмель в окошко,
    Да спокойно в свой удел
    Через море полетел.
              ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ СТРОФА
              Князь у синя моря ходит,
    С синя моря глаз не сводит;
    Глядь — поверх текучих вод
    Лебедь белая плывет.
    «Здравствуй, князь ты мой прекрасный!
    Что ж ты тих, как день ненастный?
    Опечалился чему?» —
    Говорит она ему.
    Князь Гвидон ей отвечает:
    «Грусть-тоска меня съедает:
    Люди женятся; гляжу,
    Неженат лишь я хожу».
     — А кого же на примете
    Ты имеешь? — «Да на свете,
    Говорят, царевна есть,
    Что не можно глаз отвесть.
    Днем свет божий затмевает,
    Ночью землю освещает —
    Месяц под косой блестит,
    А во лбу звезда горит.
    А сама-то величава,
    Выступает, будто пава;
    Сладку речь-то говорит,
    Будто реченька журчит.
    Только, полно, правда ль это?»
    Князь со страхом ждет ответа.
    Лебедь белая молчит
    И, подумав, говорит:
    «Да! такая есть девица.
    Но жена не рукавица:
    С белой ручки не стряхнешь,
    Да за пояс не заткнешь.
    Услужу тебе советом —
    Слушай: обо всем об этом
    Пораздумай ты путем,
    Не раскаяться б потом».
    Князь пред нею стал божиться,
    Что пора ему жениться,
    Что об этом обо всем
    Передумал он путем;
    Что готов душою страстной
    За царевною прекрасной
    Он пешком идти отсель
    Хоть за тридевять земель.
    Лебедь тут, вздохнув глубоко,
    Молвила: «Зачем далёко?
    Знай, близка судьба твоя,
    Ведь царевна эта — я».
    Тут она, взмахнув крылами,
    Полетела над волнами
    И на берег с высоты
    Опустилася в кусты,
    Встрепенулась, отряхнулась
    И царевной обернулась:
    Месяц под косой блестит,
    А во лбу звезда горит;
    А сама-то величава,
    Выступает, будто пава;
    А как речь-то говорит,
    Словно реченька журчит.
    Князь царевну обнимает,
    К белой груди прижимает
    И ведет ее скорей
    К милой матушки своей.
    Князь ей в ноги, умоляя:
    «Государыня-родная!
    Выбрал я жену себе,
    Дочь послушную тебе,
    Просим оба разрешенья,
    Твоего благословенья:
    Ты детей благослови
    Жить в совете и любви».
    Над главою их покорной
    Мать с иконой чудотворной
    Слезы льет и говорит:
    «Бог вас, дети, наградит».
    Князь не долго собирался,
    На царевне обвенчался;
    Стали жить да поживать,
    Да приплода поджидать.
              XXIII СТРОФА
              Ветер по морю гуляет
    И кораблик подгоняет;
    Он бежит себе в волнах
    На раздутых парусах
    Мимо острова крутого,
    Мимо города большого;
    Пушки с пристани палят,
    Кораблю пристать велят.
    Пристают к заставе гости.
    Князь Гвидон зовет их в гости,
    Он их кормит и поит
    И ответ держать велит:
    «Чем вы, гости, торг ведете
    И куда теперь плывете?»
    Корабельщики в ответ:
    «Мы объехали весь свет,
    Торговали мы недаром
    Неуказанным товаром;
    А лежит нам путь далек:
    Восвояси на восток,
    Мимо острова Буяна,
    В царство славного Салтана».
    Князь им вымолвил тогда:
    «Добрый путь вам, господа,
    По морю по Окияну
    К славному дарю Салтану;
    Да напомните ему,
    Государю своему:
    К нам он в гости обещался,
    А доселе не собрался —
    Шлю ему я свой поклон».
    Гости в путь, а князь Гвидон
    Дома на сей раз остался
    И с женою не расстался.
              ДВАДЦАТЬ ЧЕТВЕРТАЯ СТРОФА
              Ветер весело шумит,
    Судно весело бежит
    Мимо острова Буяна
    К царству славного Салтана,
    И знакомая страна
    Вот уж издали видна.
    Вот на берег вышли гости.
    Царь Салтан зовет их в гости.
    Гости видят: во дворце
    Царь сидит в своем венце,
    А ткачиха с поварихой,
    С сватьей бабой Бабарихой,
    Около царя сидят,
    Четырьмя все три глядят.
    Царь Салтан гостей сажает
    За свой стол и вопрошает:
    «Ой вы, гости-господа,
    Долго ль ездили? куда?
    Ладно ль за морем, иль худо?
    И какое в свете чудо?»
    Корабельщики в ответ:
    «Мы объехали весь свет;
    За морем житье не худо,
    В свете ж вот какое чудо:
    Остров на море лежит,
    Град на острове стоит,
    С златоглавыми церквами,
    С теремами и садами;
    Ель растет перед дворцом,
    А под ней хрустальный дом;
    Белка в нем живет ручная,
    Да чудесница какая!
    Белка песенки поет
    Да орешки всё грызет;
    А орешки не простые,
    Скорлупы-то золотые,
    Ядра — чистый изумруд;
    Белку холят, берегут.
    Там еще другое диво:
    Море вздуется бурливо,
    Закипит, подымет вой,
    Хлынет на берег пустой,
    Расплеснется в скором беге,
    И очутятся на бреге,
    В чешуе, как жар горя,
    Тридцать три богатыря,
    Все красавцы удалые,
    Великаны молодые,
    Все равны, как на подбор —
    С ними дядька Черномор.
    И той стражи нет надежней,
    Ни храбрее, ни прилежней.
    А у князя женка есть,
    Что не можно глаз отвесть:
    Днем свет божий затмевает,
    Ночью землю освещает;
    Месяц под косой блестит,
    А во лбу звезда горит.
    Князь Гвидон тот город правит,
    Всяк его усердно славит;
    Он прислал тебе поклон,
    Да тебе пеняет он:
    К нам-де в гости обещался,
    А доселе не собрался».
              ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ СТРОФА
              Тут уж царь не утерпел,
    Снарядить он флот велел.
    А ткачиха с поварихой,
    С сватьей бабой Бабарихой,
    Не хотят царя пустить
    Чудный остров навестить.
    Но Салтан им не внимает
    И как раз их унимает:
    «Что я? царь или дитя? —
    Говорит он не шутя: —
    Нынче ж еду!» — Тут он топнул,
    Вышел вон и дверью хлопнул.
              XXVI СТРОФА
              Под окном Гвидон сидит,
    Молча на море глядит:
    Не шумит оно, не хлещет,
    Лишь едва, едва трепещет,
    И в лазоревой дали
    Показались корабли:
    По равнинам Окияна
    Едет флот царя Салтана.
    Князь Гвидон тогда вскочил,
    Громогласно возопил:
    «Матушка моя родная!
    Ты, княгиня молодая!
    Посмотрите вы туда:
    Едет батюшка сюда».
    Флот уж к острову подходит.
    Князь Гвидон трубу наводит:
    Царь на палубе стоит
    И в трубу на них глядит;
    С ним ткачиха с поварихой,
    С сватьей бабой Бабарихой;
    Удивляются оне
    Незнакомой стороне.
    Разом пушки запалили;
    В колокольнях зазвонили;
    К морю сам идет Гвидон;
    Там царя встречает он
    С поварихой и ткачихой,
    С сватьей бабой Бабарихой;
    В город он повел царя,
    Ничего не говоря.
              ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ СТРОФА
              Все теперь идут в палаты:
    У ворот блистают латы,
    И стоят в глазах царя
    Тридцать три богатыря,
    Все красавцы молодые,
    Великаны удалые,
    Все равны, как на подбор,
    С ними дядька Черномор.
    Царь ступил на двор широкой:
    Там под елкою высокой
    Белка песенку поет,
    Золотой орех грызет,
    Изумрудец вынимает
    И в мешочек опускает;
    И засеян двор большой
    Золотою скорлупой.
    Гости дале — торопливо
    Смотрят — что ж? княгиня — диво:
    Под косой луна блестит,
    А во лбу звезда горит;
    А сама-то величава,
    Выступает, будто пава,
    И свекровь свою ведет.
    Царь глядит — и узнает...
    В нем взыграло ретивое!
    «Что я вижу? что такое?
    Как!» — и дух в нем занялся...
    Царь слезами залился,
    Обнимает он царицу,
    И сынка, и молодицу,
    И садятся все за стол;
    И веселый пир пошел.
    А ткачиха с поварихой,
    С сватьей бабой Бабарихой,
    Разбежались по углам;
    Их нашли насилу там.
    Тут во всем они признались,
    Повинились, разрыдались;
    Царь для радости такой
    Отпустил всех трех домой.
    День прошел — царя Салтана
    Уложили спать вполпьяна.
    Я там был; мед, пиво пил —
    И усы лишь обмочил.
                29-го августа 1831 год
    КОНЕЦ СКАЗКИ

              ПРИЛОЖЕНИЕ № 2
                -1-
              ШЕСТНАДЦАТАЯ СТРОФА
              Усмехнувшись исподтиха,
    Говорит царю ткачиха:
    «Что тут дивного? ну, вот!
    Белка камушки грызет,
    Мечет золото и в груды
    Загребает изумруды;
    Этим нас не удивишь,
    Правду ль, нет ли говоришь.
    В свете есть иное диво:
    Море вздуется бурливо,
    Закипит, подымет вой,
    Хлынет на берег пустой,
    Разольется в шумном беге,
    И очутятся на бреге,
    В чешуе, как жар горя,
    ТРИДЦАТЬ ТРИ БОГАТЫРЯ,
    Все красавцы удалые,
    Великаны молодые,
    Все равны, как на подбор,
    С ними дядька Черномор.
    Это диво, так уж диво,
    Можно молвить справедливо!»

                -2-
            XVII СТРОФА
            «А какое ж это диво?»
    — Где-то вздуется бурливо
    Окиян, подымет вой,
    Хлынет на берег пустой,
    Расплеснется в шумном беге,
    И очутятся на бреге,
    В чешуе, как жар горя,
    ТРИДЦАТЬ ТРИ БОГАТЫРЯ,
    Все красавцы молодые,
    Великаны удалые,
    Все равны, как на подбор,
    С ними дядька Черномор.
    Князю лебедь отвечает:
    «Вот что, князь, тебя смущает?
    Не тужи, душа моя,
    Это чудо знаю я.
    Эти витязи морские
    Мне ведь братья все родные.
    Не печалься же, ступай,
    В гости братцев поджидай».

                -3-
             ВОСЕМНАДЦАТАЯ СТРОФА
             Князь пошел, забывши горе,
    Сел на башню, и на море
    Стал глядеть он; море вдруг
    Всколыхалося вокруг,
    Расплескалось в шумном беге
    И оставило на бреге
    ТРИДЦАТЬ ТРИ БОГАТЫРЯ;
    В чешуе, как жар горя,
    Идут витязи четами,
    И, блистая сединами,
    Дядька впереди идет
    И ко граду их ведет.
    С башни князь Гвидон сбегает,
    Дорогих гостей встречает;
    Второпях народ бежит;
    Дядька князю говорит:
    «Лебедь нас к тебе послала
    И наказом наказала
    Славный город твой хранить
    И дозором обходить.
    Мы отныне ежеденно
    Вместе будем непременно
    У высоких стен твоих
    Выходить из вод морских,
    Так увидимся мы вскоре,
    А теперь пора нам в море;
    Тяжек воздух нам земли».
    Все потом домой ушли.

                -4-
            XXI СТРОФА
            Каждый день идет там диво:
    Море вздуется бурливо,
    Закипит, подымет вой,
    Хлынет на берег пустой,
    Расплеснется в скором беге —
    И останутся на бреге
    ТРИДЦАТЬ ТРИ БОГАТЫРЯ,
    В чешуе златой горя,
    Все красавцы молодые,
    Великаны удалые,
    Все равны, как на подбор;
    Старый дядька Черномор
    С ними из моря выходит
    И ПОПАРНО их выводит,
    Чтобы остров тот хранить
    И ДОЗОРОМ обходить —
    И той стражи нет надежней,
    Ни храбрее, ни прилежней.
    А сидит там князь Гвидон;
    Он прислал тебе поклон».

                -5-
          XXI СТРОФА
          Повариха и ткачиха
    Ни гугу — но Бабариха
    Усмехнувшись говорит:
    «Кто нас этим удивит?
    ЛЮДИ ИЗ МОРЯ ВЫХОДЯТ*
    И себе ДОЗОРОМ бродят!
    Правду ль бают, или лгут,
    Дива я не вижу тут.
    В свете есть такие ль дива?
                Пояснение В.Б.- *Через строку «Люди из моря выходят» поэт обозначает 33-х богатырей; через строку же «И себе дозором бродят» А.С. Пушкин обозначает именно ДОЗОР, который гораздо меньше числа 33. ДОЗОР, в зависимости от его важности и значимости, составляет от ДВУХ до ДЕСЯТИ человек. У Пушкина, кстати, дозор состоит именно из ДВУХ человек. Вот строки, подтверждающие мою правоту: «И ПОПАРНО их выводит, чтобы остров тот хранить и ДОЗОРОМ обходить».
                -6-
              XXI СТРОФА
              Там еще другое диво:
    Море вздуется бурливо,
    Закипит, подымет вой,
    Хлынет на берег пустой,
    Расплеснется в скором беге,
    И очутятся на бреге,
    В чешуе, как жар горя,
    ТРИДЦАТЬ ТРИ БОГАТЫРЯ,
    Все красавцы удалые,
    Великаны молодые,
    Все равны, как на подбор —
    С ними дядька Черномор.
    И той стражи нет надежней,
    Ни храбрее, ни прилежней.
                -7-
             ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ СТРОФА
    Все теперь идут в палаты:
    У ворот блистают латы,
    И стоят в глазах царя
    ТРИДЦАТЬ ТРИ БОГАТЫРЯ,
    Все красавцы молодые,
    Великаны удалые,
    Все равны, как на подбор,
    С ними дядька Черномор.
                Пояснение В.Б.- Через ПОВТОРЫ фиксируется, по тексту пушкинской «Сказки о царе Салтане», СЕМЬ упоминаний о 33-х богатырях. Этот факт будет иметь, если не забуду, продолжение.
                0ТВЕТ: Слава Богу, не забыл! Но прежде чем дать ОТВЕТ, напомню вам пушкинский СТИХ, состоящий из ПЯТИ строк. Вот, он, перед вами: «О сколько нам открытий чудных. Готовят просвещенья дух. И опыт, сын ошибок трудных, И гений, парадоксов друг, И случай, бог изобретатель...».
                А мой ОТВЕТ, - в общем-то, весьма оригинальный! - таков. Случайно это, или не случайно, но если пронумеровать пушкинские строфы, - смотрите ПРИЛОЖЕНИЕ № 1, - то получится ХXVII пушкинских СТРОФ (ДВАДЦАТЬ СЕМЬ пушкинских строф). Или, если отбросить ДЦАТЬ, то есть десять, ТО ПОЛУЧИТСЯ - ВАЛЕТ и СЕМЁРКА! А это вторая игра Чекалинского против Германна в шестой главе «Пиковой дамы». Вот сам факт: « Чекалинсий стал метать. Валет выпал направо, семерка налево». 
                Теперь поговорим о самом числе ДВАДЦАТЬ {ПЕРВОЕ: натуральное число между девятнадцатью и двадцатью одним, два десятка; 20. Всего на руках и ногах у человека двадцать пальцев. ВТОРОЕ. ВАЛЕТ, во многих карточных играх, имеет ЦИФРОВОЕ выражение - ДВА! Что мы и видим во ВТОРОЙ игре Германна-Павла I с Чекалинским. С Чекалинским, то есть с философом и масоном И.В. Лопухиным!  Или  с главой московской масонской ложи. Он сыграл вполне определенную роль не только в убийстве Павла I в 1801 году, но и, наверное, в печальных судьбах, устроенных Екатериной II, любящей и философию: А. Радищеву, Н. Новикову, Я.Б. Княжнину, и другим (Здесь я имею в виду и деда Пушкина, Льва Александровича, посаженного Екатериной II в крепость. Смотрите «Начало автобиографии».). О чём и Пушкин пишет в своих «Заметках по русской истории XVIII века»}.
                Здесь же замечу, что есть статьи, о Княжнине, другого содержания: <<Княжнин умер под розгами. — Пушкин имеет в виду малодостоверное предание о том, что драматург Я. Б. Княжнин (1742—1791) умер от пыток в Тайной канцелярии, куда он был доставлен за свою трагедию «Вадим Новгородский»>>. Смотрите ссылку: http://rvb.ru/pushkin/02comm/1074.htm .
                Однако больше оригинальничать…  не буду. Но именно во ВТОРОЙ игре Германна, против Чекалинского, мы видим, повторюсь: «ВАЛЕТ выпал направо, семёрка налево»!
                И ещё одно! Вспомните последнюю пушкинскую строку: «И случай, бог изобретатель...». Вот именно со строки  «Валет выпал направо, семёрка налево», Чародей Пушкин и пускает ход карточной игры по варианту, не мистики, или необъяснимости, а… СЛУЧАЯ!  Но уже СЛУЧАЯ, за которым стоит «…славный Чекалинский, проведший весь век за картами и наживший некогда миллионы»! А свидетельствует этому ДАМА, - идущая в карточных играх по своей ЦИФРОВОЙ значимости, специально отмечу это обстоятельство, именно после ВАЛЕТА!  Вот сам факт, изложенный Чародеем Пушкиным в строке ТРЕТЬЕЙ игры Германна против Чекалинского: «Направо легла ДАМА, налево туз».
                Но и этого мало азартному игроку… А.С. Пушкину! Поэтому он, чтобы высветить, наконец, роль «славного Чекалинского», в решающей игре, пишет: « - Туз выиграл! – сказал Германн и открыл свою карту». Но в игру уже вступает сам «славный Чекалинский». А он вступил в карточную игру, как вы уже знаете по моим современным статьям, с самого НАЧАЛА игры. Да и ДЕВЯТКА и ТРОЙКА первой игры, о которой я уже высказался выше, говорит о моей правоте!
                ОТРЫВОК
                (из ВСТАВКИ раздела ВСТУПЛЕНИЕ)
                Вот что я  писал, напомню, в названной ВСТАВКЕ: «Кстати, подобный же восторг я испытал, когда осознал, что первые две строки «Сказки о золотом петушке» Чародей словесности напрямую связал… с ПЕРВОЙ игрой Германна-Павла I с Чекалинским. Вот факты и… только факты!  Первые две строки названной сказки таковы: «Негде, в ТРИДЕВЯТОМ царстве, В тридесятом государстве». А вот как первая строка отражена Гением в шестой главе в ПЕРВОЙ игре Германна с Чекалинским: «Он стал метать. Направо легла ДЕВЯТКА, налево ТРОЙКА». Как видите уже и сами, преобразование получилось у А.С. Пушкина, - на основе, особо отмечу, ЦИФР, ПЕРЕСТАНОВКИ их, и ОБРАТНОЙ СЕМАНТИКИ! – наигениальнейшим». Однако вновь вернемся к Чекалинскому. Или к продолжению текущей темы.
                КОНЕЦ ОТРЫВКА
                Вот его ласковое, заметьте, ВОЗРАЖЕНИЕ Германну: « - Дама ваша убита, - сказал ЛАСКОВО Чекалинский». Вот именно здесь ПЕРЕДЕРНУЛ карты «славный Чекалинский, проведший весь век за картами и наживший некогда миллионы!».
                Германн же… не обдернулся! Факт тому, заметьте, пушкинская строка: «Он не верил своим глазам, не понимая, как мог он обдернуться». Не оценил коварство своей матери и Павел I, уже женившей своего внука, Александра, на очередной, как говорит Ефрем Рябов, шарлотке из НИРПа (Немецкий Инкубатор Русских Принцесс). И тайно подготовившей, через своих вельмож, которые тоже были масонами, не только заговор, но и убийство своего сына Павла (А своего ли?!). Поэтому поэт-историк и пишет: «В эту минуту ему показалось, что ПИКОВАЯ ДАМА прищурилась и усмехнулась. Необыкновенное сходство поразило его… . Старуха! – закричал он в ужасе. А Чекалинский потянул к себе проигранные билеты».
                В ЗАКЛЮЧЕНИЕ же повести ПИКОВАЯ ДАМА Пушкин-историк чуть ли не прямым текстом даёт… именно смерть императора Павла I. Вот хотя бы одна строка, подтверждающая мою правоту: «Германн сошел с ума» (Можете дочитать первый абзац ЗАКЛЮЧЕНИЯ повести – самостоятельно!)    
                ПРИЛОЖЕНИЕ 3.
                ОТРЫВОК
                <<Время “Пиковой дамы” - эпоха первых железных дорог, пароходов; уже поговаривают о телеграфе, электричестве. Но стал ли мир умнее, свободнее? Или призраки его одолевают еще сильнее? Ведь если книга “новейшая”, - значит, перед нею были “новая”, “не очень новая”, “давняя”, “старинная”,.. Но главное - гадательные книги выходили, выходят, будут выходить; все это, очевидно, нужно очень многим.
                Разумеется, Пушкин был далек от той задачи, которую современный лектор назвал бы “борьбой с суевериями”. Известно, что они ему самому не были чужды. Громадным, всеохватывающим умом он, может быть, пытается как раз понять, отчего “чертовщина” не чужда лучшим, просвещеннейшим людям? Кстати, заметим, что Германн - немец, инженер: новейшая профессия, культурнейшая нация...
                В XIX веке подобные люди не веруют, “не имеют права” верить в чудеса, которые являлись дедам и прадедам. Зато простодушный предок, веривший в духов и ведьм, находил естественным разные невероятные совпадения (вроде появления Пиковой дамы и т. п.); привидение пятьсот лет назад было куда менее страшным, чем теперь! Просвещенный же потомок, твердо знающий, что духов нет, часто их боится поэтому куда больше. Слишком уверовав во всесилие новейшей мудрости, он вдруг теряется перед страшным, непонятным, давящим - тем, что обрушивается на него из большого мира и чего вроде не должно быть...
                Правда, “для вольнодумцев XVIII века именно отказ от идеи божественного промысла выдвигал на первый план значение случая, а приметы воспринимались как результат вековых наблюдений над протеканием случайных процессов” (Ю. М. Лотман). Однако эта система далеко не всегда утешала, приходилась “по сердцу”. Пушкин не раз писал о распространенном грехе полупросвещения, то есть незрелого самообмана. “Новейшая гадательная книга” - одна из формул этого состояния ума и духа...
                Вот сколько ассоциаций может явиться при МЕДЛЕННОМ чтении первого эпиграфа; может... хотя все это необязательно, Пушкин не настаивает: в конце концов, он создал повесть о Пиковой даме, и первый эпиграф тоже о ней - вот и все...   
                Не таков ли и второй эпиграф, следующий сразу за первым? В печатном тексте он несколько изменился по сравнению с первым появлением в рукописи:
               А в ненастные дни
               Собирались они
               Часто;
               Гнули - бог их прости! -
               От пятидесяти
               На сто,
               И выигрывали
               И отписывали
               Мелом.
               Так в ненастные дни
               Занимались они
               Делом.
                Опять - легкий, веселый, “иллюстративный” эпиграф. Все просто, все понятно...
                Только одно недоразумение: довольно быстро эти строки стали распространяться среди запрещенных, нелегальных стихотворений, и это длилось более двадцати лет, пока в 1859 году одна из вольных рукописей не достигла Лондона и не была опубликована в “Полярной звезде” Герцена и Огарева - печатном убежище всей крамольной рукописной литературы. Герцен, Огарев, а также те, кто прислал материал (по-видимому, из круга Тургенева, Анненкова), конечно, читали “Пиковую даму” и отлично знали второй эпиграф.
                И все же вот под каким заглавием и в каком контексте он публиковался в Вольной русской типографии:
                Стихотворения Рылеева и Бестужева.
                Ты скажи, говори,
                Как в России цари
                Правят.
                Ты скажи поскорей,
                Как в России царей
                Давят.
                Как капралы Петра
                Провожали с двора
                Тихо.
                А жена пред дворцом
                Разъезжала верхом
                Лихо.
                Как в ненастные дни
                Собирались они
                Часто.
                Гнули - бог их прости! -
                От пятидесяти
                На сто.
                И выигрывали
                И отписывали
                Мелом.
                Так в ненастные дни
                Занимались они
                Делом.
                Как же быть, кто автор?
                Пока что мы должны констатировать, что для определенной, весьма просвещенной части читателей пушкинского и послепушкинского времени строчки “Как в ненастные дни...” были частью сверхкрамольного, агитационного декабристского сочинения о том, как “давили” цари друг друга.  К примеру лихо разъезжающая перед дворцом Екатерина - своего мужа Петра III, сторонники Александра I  - “курносого злодея” Павла; напоминанием, что эту “традицию” - нужно продолжить.
                Действительно, размер, ритм, которым написаны разные куплеты этого сочинения, последовательно выдержан, он очень оригинален, его невозможно спутать с каким-либо другим. Это, кстати, настолько очевидно, что в конце прошлого и начале нашего века специалисты готовы были допустить:
                1) что все опасные куплеты написал Пушкин;
                2) что те же строки, включая и “ненастные дни”, сочинили поэты-декабристы Рылеев и Бестужев.
                Однако гипотезы эти были быстро отброшены. Авторитетные свидетельства и списки подтвердили, что К.Ф. Рылеев и А.А. Бестужев в самом деле незадолго до 14 декабря создали несколько боевых, лихих агитационных песен*, в том числе “Ты скажи, говори...”. Но строки про “ненастные дни” там отсутствовали. Они рождаются несколько лет спустя, когда Рылеева уже давно не было в живых, а Бестужев находился в якутской ссылке.
                Пояснение В.Б. *Вот куплет одной из них, который мне посчастливилось обнаружить в интернете:
                Царь наш - немец русский -
                Носит мундир узкий.
                Ай да царь, ай да царь,
                Православный государь!
                К. Ф. Рылеев, А. А. Бестужев. "Агитационные песни">>.
                ВТОРАЯ ЧАСТЬ
                Первый раздел
                Некоторые открытия А.С. Пушкина
                ВСТУПЛЕНИЕ
                Прежде чем дать смысловую суть УДИВИТЕЛЬНЫХ ОТКРЫТИЙ, свершенных А.С. Пушкиным, попытаюсь хотя бы бегло пройтись по биографии Великого поэта, крепко связанной с его безграничной любовью к книгам. Особо отмечу, что он свою любовь к книгам даже выделил при последних минутах перед своей кончиной.
                Вот что мы находим в «Записках доктора В.И. Даля», опубликованных П. Щеголевым в его книге «Дуэль и смерть Пушкина», книга первая: «Бодрый дух всё ещё сохранял могущество своё – изредка только полудрёмное забвение на несколько секунд туманило мысли и душу. Тогда умирающий, несколько раз,  подавал мне руку, сжимал её и говорил: «Ну, подымай же меня, пойдем, да выше, выше – ну пойдем!» Опамятовавшись, сказал он мне: «Мне было пригрезилось, что я с тобой лезу вверх по этим книгам и полкам, высоко и голова закружилась»7. Немного погодя он опять, не раскрывая глаз, стал искать мою руку и, потянув ее, сказал: «Ну, пойдем же, пожалуйста, да вместе!» (с. 232).
                А это есть, смею заметить, отражение, в присмертном бредовом состоянии поэта, его повседневной реальности: чуть ли не ежедневный, - и по несколько раз в день! – выход его на книжные полки библиотек: его бабушки в Захарово, в кабинет своего отца, в котором тоже находилось хорошая библиотека. В совсем юный возраст Пушкина входит и русская История. Это его походы с дядькой Никитой Тимофеевичем Козловым на осмотр древнего Кремля. Походы, при которых они поднимались и на колокольню Ивана Великого. Она приняла законченный вид при правлении  Бориса Годунова. 
                При поступлении в Лицей многочисленные его посещения библиотеки Лицея; прочтение многочисленных книг, которые приносили в Лицей его однокурсники. И нашествие в 1812 году наполеоновских войск на Россию. А это  самое сильное проявление Истории - как прошедшей яви или состоявшейся реальной действительности.
                В 1818 году поэт, будучи болен, прочитал девять томов «Истории Государства Российского» историка Н.М. Карамзина. Что уже приведёт поэта, в скором времени, к критическому анализу, им, только что названного труда Н.М. Карамзина. И, пожалуй, то есть если рассматривать этот вопрос в более ШИРОКОМ ФОРМАТЕ, приведёт поэта не только к названному анализу, но уже приведёт и к мысли, главная суть, которой: создать объективную Историю России, принципиально отличную от Истории Карамзина.
                Пушкинисты, - да и я, к сожалению как поддавшийся их влиянию! - по настоящее время считают, что замысел по созданию «Бориса Годунова» возник, у поэта, в южной ссылке. А фактально свидетельствует только что выделенному моему утверждению – сама ХРОНОЛОГИЯ создания, поэтом: «Бориса Годунова», «Полтавы» и «Пиковой дамы».
                Поэтому обязательно отмечу, «Бориса Годунова» поэт начал создавать в декабре 1824 года, закончил работу над ним 7-го ноября 1825 года. Поэма «Полтава» написана поэтом в октябре 1828 года. И, при созревании у поэта мысли по повторной попытке опубликовать «Бориса Годунова», создана, по словам самого Пушкина – «в несколько дней». А вышла в свет отдельным изданием - в конце марта 1829 года. Следовательно, и здесь, то есть уже при самом создании и опубликовании «Полтавы», поэт имел в виду не только уже созданного «Бориса Годунова», но и свою будущую повесть, имя которой в окончательном варианте будет – «Пиковая дама».
                Особо же отмечу, что в том же 1828 году поэт создал, как вы знаете по моим современным статьям, несколько разновременных, как выделяет пушкинист Н.Н. Петрунина, отрывков к «Пиковой даме». Сама же повесть «Пиковая дама» написана поэтом в ОКТЯБРЕ-НОЯБРЕ 1833 ГОДА в Болдино (вторая Болдинская осень); опубликована в журнале «Библиотека для чтения» (1834, т. II, кн. 3).
                ВСТАВКА
                Если же продолжить разговор о самой «Пиковой даме», то она начнет постепенно вызревать, у поэта, даже в сценическом «Борисе Годунове» с его ВЕЩИМ СНОМ у Григория Отрепьева (а это, как ни как, ФАНТАСТИЧЕСКИЙ фрагмент!) и бездонной ремаркой «Народ безмолвствует».
                Более же отчетливо, - и даже ярко! – выразиться в стихотворной поэме «Полтава», в которую поэт уже вложит, в начало ВТОРОЙ песни, «РЕАЛЬНЫЙ»  диалог Мазепы с Марией. Диалог, в котором Мазепа добивается от Марии признания в том, что он дороже ей отца: «О, не сердись! Всем всем готова Тебе я жертвовать, поверь; Но страшны мне слова такие. Довольно». И, сразу же после победоносной для Петра Великого полтавской битвы даёт ФАНТАСТИЧЕСКИЙ фрагмент с уже безумной Марией. Отразит тоже в ВЕЩНОМ СНЕ Мазепы (смотрите его в «Полтаве» - самостоятельно).
                Что поэт потом и отразит, через третью и пятую главу своей знаменитой «Пиковой дамы», тоже как «РЕАЛЬНЫЙ» диалог Германна с графиней Анной Федотовной (концовка третьей главы) и, в концовке пятой главы, как ФАНТАСТИЧЕСКИЙ фрагмент, или эпизод, её прихода к Германну: «Я пришла к тебе ПРОТИВ СВОЕЙ ВОЛИ  <…>, но МНЕ ВЕЛЕНО исполнить твою просьбу».
                - 1 -
                Но и это далеко не всё по вызреванию, у поэта, «Пиковой дамы». В 1819 году поэт создаст НАБРОСОК к незавершенной повести «Наденька», в котором налицо не только молоденькая девушка, но и, уже, карты. Набросок находится в ПСС А.С. Пушкина. Я же, мучительно долго задавая вопросы по системе COOGLE, в конце концов, нашёл только что указанный набросок. Вот как всё это выглядит в моем поиске:
                Вопрос: А.С. Пушкин. Проза. "Наденька"
                Ответ: Полное  собрание сочинений в 10 томах.
      
                Том пятый, РОМАНЫ ПОВЕСТИ
                Содержание тома:
                <…>. НЕЗАВЕРШЕННЫЕ ПРОИЗВЕДЕНИЯ, ОТРЫВКИ, НАБРОСКИ
                871. Наденька (порядковый номер в пятом томе)
                (Стр. 465)
                Примечание. Отрывок датируется 1819 г. Прототипом героини повести должна была, по-видимому, стать Наденька Форст, о которой Пушкин упоминает в своем стихотворном послании «К Щербинину», 1819.
                Государственное издательство Художественной Литературы. Москва, 1960.
                Текст наброска:
                Несколько молодых людей, по большей части военных, проигрывали свои имения (здесь у авторов, набравших текст, ошибка: необходимо писать – «свои имения») поляку Ясунскому, который держал маленький банк для препровождения времени и важно передергивал, подрезая карты. Тузы, тройки, разорванные короли, загнутые валеты сыпались веером, и облако стираемого мела мешалось с дымом турецкого табаку.
               — Неужто два часа ночи? боже мой, как мы засиделись, — сказал Виктор N молодым своим товарищам. — Не пора ли оставить игру? 
                Все бросили карты, встали из-за стола; всякий, докуривая трубку, стал считать свой или чужой выигрыш; поспорили, согласились и разъехались.
                — Не хочешь ли вместе отужинать, — спросил Виктора ветреный Вельверов, — я познакомлю тебя с очень милой девочкой, ты будешь меня благодарить.
                Оба сели на дрожки и полетели по мертвым улицам Петербурга».
                Моё примечание: Первый абзац наброска, изменённый Пушкиным для достижения целей и задач, решаемых им для своего шедевра, войдётС некоторыми изменениями, в начало «Пиковой дамы» (смотрите первую главу «Пиковой дамы» - самостоятельно). Как видите уже и сами, вызревание у Пушкина его объективной Истории России, Истории, в которой главным историческим трудом является его тайная «Пиковая дама», началось, у поэта-историка, задолго до её создания, Пушкиным, и опубликования её в печати. Но и это далеко не всё при разговоре о «Пиковой даме».
                - 2 -
                Продолжу же разговор о ней в следующем направлении. Скорее всего, что ночная беседа ссыльного молодого поэта с Денисом Давыдовым, происшедшая, как вы уже знаете,  в январе 1821 года, дала ход дальнейшему вызреванию или развитию, у Пушкина, его Истории России, уже не в художественной форме, а в чисто историческом плане. Факт-свидетельство тому, создание им, 2-го августа 1822 году, статьи «Заметки по русской истории XVIII века».
                Смысловую суть только что названных заметок можно условно разделить на три части. ПЕРВАЯ из них имеет следующий смысл: «По смерти Петра I движение, переданное сильным человеком, всё ещё продолжалось в огромных составах государства преобразованного». Другими словами, Петр Великий не только спас Россию от порабощения, но и его «ничтожные наследники» (смотрите статью), в общем-то, не уронили Россию.
                ВТОРАЯ часть статьи полностью посвящена, Пушкиным-историком, приходу к власти, через переворот 1762 года с убийством в нём императора Петра III, Фредерики Ангальт-Цербстской и её царствованию над Россией. Он, в этом разделе статьи, уже враждебен к Екатерине II: «Царствование Екатерины II имело новое и сильное влияние на политическое и нравственное состояние России. Возведённая на престол заговором…» (смотрите статью - самостоятельно). Я же дам, вам, всего лишь те строки, с помощью которых «сия хитрая женщина» (выражение А.С. Пушкина в предлагаемой статье) стала слыть в Западной Европе не только «Просвещенным монархом», но и, через её НАКАЗ, стала, за счет его растиражирования в Европе, Екатериной Великой. Вот как это выглядит по его «Заметкам по русской истории 18-го века»:
                <<Современные иностранные писатели осыпали Екатерину чрезмерными похвалами; очень естественно: они знали её только по переписке с Вольтером <…> Фарса наших депутатов, столь непристойно разыгранная, имела в Европе своё действие; «НАКАЗ» её читали везде и на всех языках. Довольно было, чтобы поставить её наряду с Титами и Траянами;  но, перечитывая сей лицемерный «НАКАЗ», нельзя воздержаться от праведного негодования>>.
                А несколько выше следует, у Пушкина-историка, его прогноз на будущее, который, к большому сожалению, так, пока, и не оправдался (здесь я имею в виду своеобразный конкурс, проведенный на телевидении в 2012 году, при подведении итогов, которого, Екатерина II заняла достаточно высокое место именно как «Великая императрица»). А он, по Пушкину, таков:
                «Униженная Швеция и уничтоженная Польша – вот великие права Екатерины на благодарность русского народа. Но со временем история оценит влияние её царствования на нравы, откроет жестокую деятельность её деспотизма под личиной кротости и терпимости, народ, угнетённый наместниками, казну, расхищенную любовниками, покажет важные ошибки её в политической экономии, ничтожность в законодательстве, отвратительное фиглярство в сношениях с философами её столетия, - и тогда голос обольщённого Вольтера не избавит её славной памяти от проклятия России».
                ТРЕТЬЯ ЖЕ ЧАСТЬ  заметок небольшая и относится, одним предложением, к Павлу I, другим же предложением относится к «русским защитникам самовластия». А поэт в только что указанной части враждебен - и к Павлу I. Пушкин враждебен - к деспоту или к императору Павлу I как, особо отмечу, к деспоту. Вот его оценка Павла I: «Царствование Павла доказывает одно: что и в просвещенные времена могут родиться Калигулы». Пояснение В.Б. – Калигула – римский император, убитый, как жесточайший деспот, его гвардией.   
                Остается только логически закончить, развиваемую здесь небольшую тему, второй пушкинской заметкой, заметкой о русских защитниках самовластия. А она, у Пушкина, такова: «Русские защитники самовластия в том не согласны и принимают славную шутку госпожи де Сталь за основание нашей конституции: «Правление в России есть самовластие, ограниченное удавкой».
                И дать вам, в качестве своеобразного итога, примечание пушкиниста С. М. Петрова к пушкинским «Заметкам...». А оно таково: «Рукопись  датирована 2 августа 1822 гола. Политические идеи, сформулированные в заметках, близки к взглядам виднейших деятелей декабристского движения. По смелости обличения самодержавия и политической остроте зрения Пушкина предвосхищают обличительные статьи о русском самодержавии Герцена» (с 656. ПСС А.С. Пушкина. Том шестой. Историческая проза. «Художественная литература. Москва. 1950 г.).
                Пояснение В.Б. – Разумеется, предвосхищают. Но открывается, как видите уже и сами, и другая сторона пушкинских заметок. Это постепенное создание, Пушкиным, объективной Истории России. Что, разумеется, гораздо шире обличительных статей А.И. Герцена. Однако уже настала пора продолжить развитие темы, начатой, мною, во ВСТУПЛЕНИИ ко второй части ПРЕДЛАГАЕМОЙ СТАТЬИ.
                КОНЕЦ ВСТАВКИ
                Сразу же отмечу, что развиваемая перед вами тема – одна из сложных тем во всей моей исследовательской практике. Лучше всего её необходимо было бы раскрывать – в БЛОКЕ, состоящем из целого ряда отдельных статей. Но – время не терпит в связи с ухудшением... . Поэтому попытаюсь создать из выше сказанного, - и  далее! – хотя бы наброски к самостоятельной статье. А там – будь то, что будет. 
                Итак, в январе 1821 года ссыльный Пушкин запомнил, в ночной беседе с поэтом-партизаном Денисом Давыдовым в Каменке, ТРИ эпизода из его жизни. Три эпизода, которые он, несколько изменив для своих задач и целей, перенесёт в свою «Пиковую даму». К примеру, ТРЕТИЙ эпизод уже будет содержать у Пушкина, в его «Пиковой даме», не только его «расстрельную рекомендацию», но и, уже, цареубийство. Хороши, - в сравнении, разумеется! - как вы уже знаете по моей статье «Тень гусара в Пиковой даме. Полная», смотрите её по ссылке: http://www.proza.ru/2013/07/11/1393 , и ДВА первых  эпизода.
                Так давыдовский эпизод с ПИСЬМОМ поэт преобразует, в начале третьей главы «Пиковой дамы», в развитие, Германном, любовной интриги против  «бедной воспитанницей» с целью его прямого выхода на графиню Анну Федотовну.
                Второй же эпизод у Давыдова, как и у поэта, тоже хорош. У Давыдова» - ЛЕГОНЬКИЙ КАВАЛЕРИЙСКИЙ ПЛАЩ под тусклым масляным ФОНАРЕМ НА ПОЛОСАТОМ заинденевшем столбе! У Пушкина - Германн стоял в одном СЕРТУКЕ, не чувствуя ни ветра, ни снега! И, далее: «Фонари светились тускло; улицы были пусты». <…> «Он подошел к ФОНАРЮ, взглянул на часы, — было двадцать минут двенадцатого. Он остался под ФОНАРЕМ, устремив глаза на часовую стрелку и выжидая остальные минуты» (третья глава «Пиковой дамы»).               
                Непосредственно соприкоснется поэт с Историей, то есть с почти полувековой Кавказской войной 1816-1864 годов, поощряемой, как вы уже знаете по моим статьям и книгам, Англией, и при своей поездке с семейством генерала Раевского на Кавказ. Здесь же специально отмечу, что помимо «Кавказского пленника», поэт создаст, потом, большую работу 1833-34 годов. А она, позволю себе заметить, создаётся, поэтом, как раз в то время, когда Пушкин создаёт свою…»Пиковую даму» (смотрите об этом выше перед ВСТАВКОЙ)! Это «Путешествие из Москвы в Петербург». Работу, в которую тайно вложит - часть исчезнувшего архива М.В. Ломоносова! Архива, почерпнутого им из рассказов Раевских о М.В. Ломоносове (об этом я уже писал в своих статьях и в книгах). И архивом, за которым Екатерина II – активно охотилась с целью его уничтожения! И, потом, большую статью, 1836 года, «Александр Радищев».
                Многое из Истории России, полной в то время многочисленными войнами, развязанными всегда хищными западными государствами, почерпнул молодой Пушкин, повторюсь, и при встрече Дениса Давыдова со ссыльным Пушкиным, которая произошла в Каменке, под Киевом, в январе 1821 года. И не только почерпнул, но и ввёл некоторые ЭПИЗОДЫ из жизни Д.В. Давыдова, как вы уже знаете по моей статье «Тень гусара в Пиковой даме. Полная», в свою тайную «Пиковую даму».
                Ввёл, разумеется, уже для своих задач и целей, которые он решал при создании своего шедевра. Можете прочитать её по следующей ссылке:  http://www.proza.ru/2013/07/11/1393 . Здесь же отмечу, что таких встреч, в жизни обоих поэтов было, как выделяет писатель Г.В. Серебряков, более одиннадцати. И что Денис Давыдов сыграл, в становлении Пушкина как историка и политического аналитика, значительную роль.
                И ещё одно, раз уж я упомянул, во ВСТУПЛЕНИИ, о «Борисе Годунове» и о «Полтаве». По «Борису Годунову» выделю только два факта. ПЕРВЫЙ из них имеет следующий смысл. Поэт в пятой сцене практически ИСТОРИЧЕСКОГО произведения, в сцене НОЧЬ. КЕЛЬЯ В ЧУДОВОМ МОНАСТЫРЕ, вводит, в диалог Григория Отрепьева с Пименом, вещий сон (или вводит, особо отмечу, художественный вымысел). Вот, кратко, хотя бы начало и концовка  его: «А мой покой бесовское молчанье Тревожило, и враг меня мутил. Мне снилося, что лестница крутая Меня вела на башню; с высоты <…>  И стыдно мне и страшно становилось – И, падая стремглав, я пробуждался…» (прочитайте монолог будущего Самозванца, перед Пименом, полностью).
                ВТОРОЙ факт. Перед опубликованием «Бориса Годунова» в конце 1830 года, с датой издания 1831 год, Пушкин меняет концовку «Да здравствует царь Дмитрий Иванович!» на БЕЗДОННУЮ, как писали, - и пишут по настоящее время! - все пушкинисты, ремарку - «Народ безмолвствует», приписывая ей, большей частью, декабристский факт: безмолвие народа при казне Николаем I пятерых декабристов-руководителей.
                Сейчас же мне становится понятным и первое и… второе! Поэт вводит названные факты и для того, чтобы в концовке одиннадцатой главы повести «Капитанская дочка» дать трагическую развязку судьбы Самозванца (или свою «расстрельную рекомендацию» по борьбе русского народа против Самозванцев!). Только и всего! Вот как она, «расстрельная рекомендация» Пушкина по самозванцам, выглядит в «Капитанской дочке»: «А знаешь, чем он кончил? Его выбросили из окна, зарезали, сожгли,  зарядили его пеплом пушку и выпалили»!   
                И Пушкин-историк не заканчивает, на этом, свои «расстрельные рекомендации»! Вот факты. Другой Самозванец, «злодей Заруцкий» как пишет поэт, был пойман и посажен на кол. Мария Мнишек, ставшая русской царицей при Григории Отрепьеве, - и кончая Заруцким! - закончила жизнь в Коломне в одной из башен коломенской крепости (есть в пушкиниане  версии, что её отравили, утопили, удушили, и прочее.). А это, тоже, по своей главной сути, «расстрельная рекомендация». Не забывайте, при этом, что и Пушкин-Германн не только поднял пистолет на самозваную Екатерину II, но - и умертвил её. Думая, что приведенных фактов уже достаточно, чтобы мифы и легенды больше… не появлялись в пушкиниане.
                Особо отмечу, что подтверждение выше изложенному моему утверждению есть и с совершенно другой стороны. Так Пушкин-историк в конце первой главы «Пиковой дамы» даёт ВРЕМЯ кончины Петра Великого, выраженное им, как вы уже знаете по моим современным статьям, через предложение: «Однако пора спать: уже БЕЗ ЧЕТВЕРТИ ШЕСТЬ».
                Для чего поэт вводит ВРЕМЯ кончины Петра Великого? Да для того, дорогие мои читатели, чтобы в концовке пятой главы «Пиковой дамы» дать фразу, идущую от Петра Великого, а именно: «Я пришла к тебе ПРОТИВ СВОЕЙ ВОЛИ <…>, НО МНЕ ВЕЛЕНО исполнить твою просьбу». Да подтверждается и тем, что в этой же главе Германн посмотрел на часы. Вот предложение поэта, указывающее именно на время: «Он взглянул на часы: было БЕЗ ЧЕТВЕРТИ три. Почему велено?
                Да велено Петром Великим потому, что самозваная Екатерина II погубила все реформы первого императора, с помощью которых Петр I не только за короткий срок преобразовал Россию в сильное государство, но и одержал победу над Карлом XII, сохранив, тем самым, истинную независимость России во второй эпохе её существования. Смотрите мой «Более подробный путеводитель».
                В южной же ссылке, в Бессарабии, происходит знакомство, поэта, с загадочным, для многих пушкинистов, подполковником Иваном Петровичем Липранди, имеющим  прямое родство со знатными испанскими родами и имеющим хорошую библиотеку. Пушкин с Иваном Петровичем (по другим сведениям – с братьями Липранди) совершил 13-ти дневную поездку по Бессарабии и, потом, трехдневную поездку в Бендеры, в которых Карл XII в своё время отсиживался при своём бегстве из-под Полтавы. Смотрите статью «УРАЛЬСКИЕ НАХОДКИ», автора Ю. М. Курочкина, по ссылке: http://urbibl.ru/Knigi/kurochkin/ural_nahodki_7.htm .
                Что в свою очередь дало толчок, поэту, по созданию «Повестей покойного ИВАНА ПЕТРОВИЧА Белкина»: Выстрел, Метель, Гробовщик, Станционный смотритель, Барышня-крестьянка. А в этом ряде маленьких повестей тоже есть пушкинские тайны. К примеру, ИВАН ПЕТРОВИЧ Липранди оказался очень важным агентом тайного политического сыска. Значительно позже он даже составит «Воспоминания о Пушкине», которыми будут пользоваться... большая часть пушкинистов! А вот пользоваться ими надо, как видите уже и сами, с большой осторожностью.
                В Одессе - выход поэта на большую библиотеку графа М.С. Воронцова. Поэт нашел в ней, в качестве факта, «Записки Екатерины II» и, через переписчиков, снял с неё копию, оформив её, как вы уже знаете по моим книгам и статьям, в коричневом кожаном переплете.
                Связь Пушкина, после ссылки, с крупнейшими библиофилами той поры: с С.А. Соболевским, А.С. Норовым, Н.Б. Юсуповым, и с другими.
                Несколько лет длившееся снабжение поэта, через Е.М. Хитрово и  австрийское посольство, книгами из Западной Европы, большая часть которых была  запрещена в России. И так далее.
                ТРЕТЬЯ ЧАСТЬ
                - 1 -
                Уже в двух первых частях предлагаемой статьи есть немалые  СВЕДЕНИЯ по пушкинской «Сказке о царе Салтане…». Есть сведения по только что названной СКАЗКИ и в некоторых моих современных статьях. Но они не собраны,  мною, в единое целое. Поэтому сделаю попытку проанализировать пушкинскую «Сказку» - по самому её тексту. Предлагаю и вам принять участие в моём анализе через сам текст пушкинской «Сказки о царе Салтане…». Текст пушкинской «Сказки о царе Салтане» выделен у меня, в предлагаемой статье выше,  в Приложении № 1.
                Остается только выделить, что при анализе пушкинской «Сказки о царе Салтане» я попытаюсь привлечь некоторые данные, найденные текстологом  М.К. Азадовским через его большую статью «Источники сказок Пушкина». Только что предложенную статью вы можете посмотреть по следующей ссылке: http://feb-web.ru/feb/pushkin/serial/vr1/vr12134-.htm . И все выводы М.К. Азадовского я, особо отмечу, не подвергаю сомнению. Они, наверное, верны для его времени.
                Только жаль, что названный  текстолог не даёт читателю - полный материал, заключенный в «рабочих» тетрадях поэта по выделяемой, здесь, Сказке. Чтобы только что названное было четко  понятно читателями, текстолог Азадовского не даёт в своей статье весь материал по типу, к примеру, текстолога Л. Модзалевского, исследовавшего письма Пушкина (он приводит текст письма, дальше же идёт его исследование письма - с многих направлений). 
                Мой же анализ пушкинской «Сказки о царе Салтане» будет производиться совершенно в другом направлении, да и совершенно в другом пространстве и… поле. В основном связанным, как вы уже знаете по моим статьям и книгам, с «тайным Пушкиным», с его криптограммами, и прочее. Итак, предлагаемый анализ перед вами.
                - 2 -
                Пожалуй, начну его не с НАЗВАНИЯ пушкинской «Сказки о царе Салтане», - которое  по своему  объёму и длине, в общем-то, очень необычное для поэта, любящего краткость! - а с не так уж и сложного вопроса к самим читателям. А вопрос таков: Кто их российских императоров (облегчаю задание!) любил «поздно вечерком», - или даже ночью! – подслушивать разговоры своих подданных? И не только в окрестностях своего дворца, но и, даже, в Петербурге. Многие читатели без затруднений ответят на мой вопрос, надеюсь, так: Любил подслушивать разговоры своих подданных император Павел первый.  И они – правы!
                Но в начале своего анализа всё же дам, чтобы соблюсти логику СВОЕГО повествования, как пушкинист М.К. Азадовский в V-ой ЧАСТИ своей статьи проявляет себя  именно как текстолог. Вот что он пишет в только что обозначенной части: «У Пушкина мы имеем три записи данного сюжета. Одна относится к 1824 году и находится среди записей, известных под условным названием „Сказок Арины Родионовны“, другая в кишиневской тетради 1822 г. (Лен. б-ка, № 2366) и третья в тетради 1828 г. (Лен. б-ка, № 2391), как прозаическое изложение стихотворного начала».
                Всё здесь, в общем-то, верно! Но пушкинист и текстолог М.К. Азадовский чуть ниже подтверждает, - пока ещё, разумеется, в черновом варианте! – что именно император Павел I любил подслушивать разговоры «поздно вечерком», - или даже ночью! – своих подданных! Вот, в качестве факта, ПОДТВЕРЖДЕНИЕ только что изложенному утверждению, данное нам, собственно, самим Пушкиным: первую строфу пушкинской сказки и прозаическую запись, - ещё, как видите, в черновом варианте 1828 года! -   М.К. Азадовский доносит до нас, в той же V-ой части своей статьи, в таком виде:
                «ЗАПИСЬ 1828 г. имеет такой вид:
                [Три  девицы  под  окном]
                Пряли  поздно  вечерком
                Если  б  я  была  царица
                Говорит  одна  девица
                То  на  весь народ  одна
                Наткала  б  я  полотна —
                Если  б  я  была  царица
                Говорит  ее  сес<трица>
                То  сама  на весь бы  мир
                Заготовила  я  пир —
                Если  б  я  была  царица1
                Третья  молвила  девица
                Я  для  батюшки  царя2
                Родила  б  богатыря.
                После этого стихотворного текста, - как известно по статье М.К. Азадовского: в 14-ть стихотворных строк! - следует прозаическая запись: „Только успели они выговорить сии слова, как дверь [светлицы] отворилась — и царь вошел без доклада — царь имел привычку гулять поздно по городу и подслушивать речи своих подданных. Он с приятной улыбкою подошел3 к меньшей сестре, взял ее за руку и сказал: будь же царицею и роди мне царевича;4 потом обратясь к старшей и средней, сказал он: ты будь у меня при дворе5 ткачихой, а ты кухаркою. С этим словом, не дав им образумиться, царь два6 раза свистнул; двор наполнился воинами и царедворцами и, серебряная карета подъехала к самому крыльцу царь сел в неё с новою царицей, а своячен<иц> велел везти во дворец — их посадили в телеги и все поскакали“.
                Как видите уже и сами, по стихотворному тексту и прозаической  записи, сам А.С. Пушкин предлагает ВОПРОС исследователям, нашедшим черновые  записи в его тетрадях. А вопрос, как вы только что узнали выше, не так уж и сложен: за стихотворным текстом и прозаической записью скрывается у поэта, как вы только что узнали выше, император Павел первый. Или любил подслушивать разговоры своих подданных - император Павел первый. Он так и вошел в русскую Историю, особо отмечу это обстоятельство, именно как российский император, любящий подслушивать разговоры своих подданных не только «поздно вечерком», но и, даже, ночью.
                Но и это на самое главное в только что преподнесённом вам материале. Самым главным, - и самым важным! - является в нём тот ФАКТ, что разговор в «Сказке о царе Салтане» уже пойдёт, обратите внимание и на это обстоятельство, не только о царствовании Павла I и заговоре против него. О царствовании и заговоре, - в  котором примут самое активное участие: и Англия; и, всегда противоборствующая ей, в то время, Франция; и узурпатор Екатерина вторая, всегда защищающая, при Фридрихе втором, уже агрессивную Пруссию! - но и о царствовании его сына. Другими словами, разговор пойдет, в пушкинской «Сказке о царе Салтане», и о  царствовании императора Александра I.
                И это, тоже обратите ВНИМАНИЕ на выделяемое здесь обстоятельство, при самом оптимистическом, - и даже радужном! - окончании пушкинской «Сказки о царе Салтане»! Вот в качестве ФАКТА последние строки пушкинской Сказки: «Царь для радости такой Отпустил всех трех домой» (смотрите последнюю, - или 27-ую по моему СЧЕТУ! - строфу пушкинской Сказки - самостоятельно). 
                Только жаль, что пушкинист-текстолог М.К. Азадовский выбрав тему по источниковедению, - которую, особо отмечу это обстоятельство, он хорошо не только раскрыл, но и аргументировано доказал нам её! - совершенно не коснулся, при этом, темы «Тайного наследия А.С. Пушкина». Но что тут поделать, если тема была, у названного текстолога, узконаправленная! Да и о тайном наследии Пушкина он знал, вполне может быть, только то, что было напечатано до его статьи «Источники сказок Пушкина». Или, если проанализировать его статью с только что изложенной стороны, знал гораздо меньше публикаций по тайному наследию А.С. Пушкина. Поэтому, разобравшись с только что изложенным обстоятельством, попытаюсь уже самостоятельно повести разговор о тайном наследии поэта. Но, прежде чем начать его, выделю вам, что сказка – сказкою, но ВТОРАЯ сестрица в черновом варианте стихотворного текста, 1828 года, слишком уж широко, на мой взгляд, размахнулась:
                «Если  б  я  была  царица
                Говорит  её  сес<трица>
                То  сама  на весь бы  мир
                Заготовила  я  пир — ».
                Однако, ирония – иронией, а вопрос-то, на мой взгляд, достаточно серьезный. И главный смысл его, таков: с только что выделенного четверостишья 1828 года, - с его невероятным, даже для сказки, преувеличением! – Пушкин совершает, в опубликованной в 1832 году записи первой строфы, следующее. Он в опубликованной записи ПЕРВОЙ строфы практически даёт ТАКОЕ ЖЕ преувеличение, - заключенное в  смысле высказывания девушки! - и ВТОРОЙ сестре. Чтобы вы отчетливо увидели это преувеличение, дам вам ВЫСКАЗЫВАНИЯ, - в опубликованной в 1832 году записи первой строфы! -  ДВУХ ПЕРВЫХ сестер. Вот как всё это, - то есть только что раскрытые вам ДЕЙСТВИЯ поэта по отношению к первым двум сестрам! - выглядит в опубликованной в 1832 году записи первой строфы (да и всей, всё забываю сказать об этом, «Сказки о царе Салтане»):
                <<Три девицы под окном
                Пряли поздно вечерком.
                «Кабы я была царица, —
                Говорит одна девица, —
                То на весь крещеный МИР
                Приготовила б я пир».
                «Кабы я была царица, —
                Говорит ее сестрица, —
                То на весь бы МИР одна
                Наткала я полотна»>>.
                Как видите уже и сами по первой, опубликованной в 1832 году  строфе, Пушкин, поменяв первых двух сестер в названной строфе МЕСТАМИ, для уже ПЕРВОЙ, в опубликованной строфе, сестры – КОНКРЕТИЗИРУЕТ, через слово «крещеный, её безмерное преувеличение. Факт: «То на весь КРЕЩЕНЫЙ мир Приготовила б я пир». Но для ВТОРОЙ сестры, в опубликованной  строфе, уже даёт - неограниченное, даже для Сказки, преувеличение. Факт: «То на весь бы мир одна Наткала я полотна».
                Пояснение В.Б. – Ранее я в только что изложенном абзаце писал так: «Как видите уже и сами по первой опубликованной строфе, Пушкин, поменяв первых двух сестер в названной строфе МЕСТАМИ, для уже ПЕРВОЙ, в опубликованной строфе, сестры – несколько СУЖАЕТ, через слово «крещеный», её безмерное преувеличение. Факт: «То на весь КРЕЩЕНЫЙ мир Приготовила б я пир», что – неверно!
                Неверно по нескольким причинам. Первое. Существуют вполне определенные законы создания художественной прозы, как существуют и вполне определенные законы ВОСПРИЯТИЯ читателем текста, в том числе, разумеется, и стихотворного текста.
                Второе, Слово «сужает» не обязательное для только что приведенного выше примера, - ибо лучше слово КОНКРЕТИЗИРУЕТ или, на худой конец,  УТОЧНЯЕТ! - так как можно ввести, в строфу, не только сужение, но и…  увеличение.  Вот, в качестве примера, стихотворные строки: «То на весь ОГРОМНЫЙ  мир Приготовила б я пир». Так что необходимо придерживаться – только пушкинского текста, ибо только он несёт в себе реализацию множества мыслей и замыслов поэта-историка.
                Что всё сие означает у Пушкина, - облегчу задание! – историка! А он, - как вы, надеюсь, уже поняли по только что изложенному, выше, материалу! - в «Сказке о царе Салтане»  выступает – именно как историк. Вот именно это надо понять, чтобы правильно ответить на только что поставленный, перед вами, вопрос.
                - 3 –
                А законы создания художественной прозы и стихотворного текста,  как и восприятие, читателем, прозаического и стихотворного текста – действительно существуют. Пример: читатель именно через ТОЧНЫЕ слова автора художественного произведения составляет себе мнение, взгляд, оценку событий, происходящих в художественном произведении, совпадающими со многими мыслями и замыслами автора художественного произведения. Чтобы читателю стало всё понятно по только что изложенному мною, приведу небольшой ряд выдержек, по только что возникшей теме. А они таковы:   
                ХХХ
                "Точность и краткость - вот первые достоинства прозы. Она требует мыслей и мыслей - без них блестящие выражения ни к чему не служат".  А.С. Пушкин. Смотрите статью по ссылке:  http://festival.1september.ru/articles/581310/ .
                ХХХ
                «Простота и ясность прозы органически связаны, по мнению Стендаля и Пушкина, с насыщенностью мыслью: «проза требует мыслей, мыслей и мыслей - без нее блестящие выражения ни к чему не служат» (XI, 18). Такое же требование словесного «аскетизма» выдвигает и Стендаль: «...я хочу заключить как можно больше мыслей в возможно меньшем количестве слов» (7, 196). Писатель, считает Стендаль, обязан искать «единственное» слово, наиболее верно выражающее мысль: «точное, единственное, необходимое, неизбежное слово» (11, 271). Таково же и требование Пушкина: «Точность и краткость - вот первые достоинства прозы» (Х1, 18). Смотрите статью по ссылке: .
                ХХХ
                135. Статья «Точность»
                Анатолий Шуклецов
                Поэзия – не менее точная наука, чем геометрия.
                Гюстав Флобер.
                // …у Пушкина, как и у Вергилия, каждый стих, каждая буква в словах, стихах поставлены на своё место. Валерий Брюсов. //. Смотрите статью по ссылке: http://www.proza.ru/2010/11/29/15 .
                Мой окончательный вывод по только что изложенному материалу таков. Раз А.С. Пушкин создал строки: «То на весь крещеный МИР Приготовила б я пир», то необходимо как можно ТОЧНЕЕ разобраться именно с «крещенным Миром», - или с сёстрами! - не забыв при этом, разумеется, и о пире («Приготовила б я пир»). Но конкретно разбираться, с  только что изложенным выводом, я, наверное, буду, - из-за множества текущих тем! - несколько позднее.
                Здесь же обратите внимание на то, что в «Сказке о царе Салтане», -  стихотворный текст, которой, я выставил в Приложении № 1 - у поэта нет ни одного ПОЯСНЕНИЯ! Другими словами, в пушкинской «Сказке о царе Салтане» с наибольшей силой властвуют, за счет вполне определенных повторов, именно точность и краткость. И в конце Сказки стоит, у поэта, весьма своеобразная датировка, выполненная, - скорее всего, бездумными пушкинистами! - кратко: «1831» (смотрите А.С. Пушкин. ИЗБРАННЫЕ СОЧИНЕНИЯ. Том первый, Москва. ХУДОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТЕРАТУРА. С.703                ХХХ
                ПОЛНАЯ  же датировка создания СКАЗКИ О ЦАРЕ САЛТАНЕ у А.С. Пушкина, как вы уже знаете по моим интернетовским статьям, 29-ГО августа  (разумеется - 1831 года!)! Что, особо отмечу, тоже необычно для поэта (Более подробно читайте, об этом, ниже!). Или попытаюсь только что сказанное – хоть как-то, но, всё же, объяснить! Другими словами, исследовательский материал – действительно сложен!  Поэтому начну своё объяснение с того, что сразу же выделю, что ВАЛЕТ, в цифровом выражении, это – двойка!
                Конкретный же разговор о картах начну с того, что А.С Пушкину пришлось ПРИДУМЫВАТЬ, - особо отмечу: по ВЕРТИКАЛИ! - не только тройку, семерку и туза! Факт: первая, вторая и третья игры Германна против Чекалинского в шестой главе ПИКОВОЙ ДАМЫ! Но и ПРИДУМЫВАТЬ, тоже, заметьте, по ВЕРТИКАЛИ: ДЕВЯТКУ, первой игры; ВАЛЕТА, второй игры.
                И, разумеется, ТУЗА третьей игры, моментально ПРЕВРАТИВШЕГОСЯ, у Германна, в ДАМУ! Вот сам факт, взятый мною из концовки ШЕСТОЙ главы пушкинской повести: «Чекалинский стал метать, руки его тряслись. Направо легла ДАМА, налево ТУЗ. Туз выиграл! – сказал Германн и открыл свою карту. Дама ваша убита, - сказал ласково Чекалинский».
                Примечание В.Б. – Вполне возможно,  что я вернусь к только что изложенной записи, сделав попытку показать, при этом, её новый смысл и… новые подробности!
                Обязательно же выделю: ДЕВЯТКУ – первой игры и ВАЛЕТА, означающего, как вы уже знаете, ДВОЙКУ – второй игры (Смотрите шестую главу ПИКОВОЙ ДАМЫ!). Тогда, получается, по ВЕРТИКАЛИ, - специально выделю! – ДЕВЯТКА и ДВОЙКА! Или получится цифровое выражение – 9/2 {Краткое пояснение В.Б. -  Наклонная линия в только что изложенном ЦИФРОВОМ ВЫРАЖЕНИИ означает только одно: карта ВАЛЕТ, или ДВОЙКА, находится НИЖЕ карты ДЕВЯТКА, выпавшей  Чекалинскому при его игре против Германна!}.  Это, особо отмечу, ИЗНАЧАЛЬНЫЙ ВИД пушкинской криптограммы по ВЕРТИКАЛИ относительно карт Чекалинского при его игре с Германном в шестой главе ПИКОВОЙ ДАМЫ.
                Уже здесь ПРЕКРАСНО ВИДНО, если МЫСЛЕННО перевернуть ИЗНАЧАЛЬНЫЙ ВИД пушкинской криптограммы по ВЕРТИКАЛИ (Относительно карт Чекалинского при его игре с Германном в шестой главе ПИКОВОЙ ДАМЫ!), что получится, при только что выделенном мысленном ПЕРЕВОРОТЕ, цифровое выражение – 2/9. Что соответствует ПОЛНОЙ  датировки создания СКАЗКИ О ЦАРЕ САЛТАНЕ у А.С. Пушкина, как вы уже знаете по моим интернетовским статьям, 29-ГО августа  (разумеется - 1831 года!). Если, разумеется, не забуду, - из-за множества текущих тем предлагаемой статьи! – поговорить обо всем только что сказанном выше, более подробно,  в одном из последующих разделах моего изыскания.
                Сейчас же попытаюсь выделить несколько положений из своей статьи  «Раскрыты тайны тройки, семёрки и туза! Конец» от 23-го сентября 2013 года. Можете прочитать её по ссылке:  http://www.proza.ru/2013/06/20/1245 . Для этого я использую Пункт 2,  подпункт А только что названной статьи.
                А ПЕРВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ из только что названной статьи имеет у меня следующий вид и смысл: <<БЕЗ ЧЕТВЕРТИ ТРИ, но только пополудни и 29-ГО ЯНВАРЯ 1837 ГОДА, Николай I «высветит», - через «мстящего камергера» П. Вяземского! - именно в момент кончины А.С. Пушкин>>.
                Другими словами, В.А. Жуковский остановит «часы Пушкина» на последней квартире поэта Мойка 12, по незаметной подсказке князя П. Вяземского В.А. Жуковскому, именно БЕЗ ЧЕТВЕРТИ ТРИ, но только, разумеется,   ПОПОЛУДНИ и - 29-го января 1837 года (Мгновение кончины Пушкина, - БЕЗ ЧЕТВЕРТИ ТРИ пополудни, 29-го января 1837 года! – прошу запомнить!).
                В итоги же получится, что БЕЗ ЧЕТВЕРТИ будет ФИГУРИРОВАТЬ не только перед приходом к Германну в ПЯТОЙ главе пушкинской повести привидения-старухи (ФАКТ: «Он взглянул на часы: было БЕЗ ЧЕТВЕРТИ три») и обозначать МГНОВЕНИЕ кончины поэта на последней квартире Пушкина, но будет  ФИГУРИРОВАТЬ, как вы сразу же увидите в моём ПОЯСНЕНИИ чуть ниже, и в МГНОВЕНИИ кончины Петра Великого. Пояснение В.Б. - Петр Великий умер, специально отмечу, БЕЗ ЧЕТВЕРТИ шесть утра 28-го января 1725 года. МГНОВЕНИЕ кончины Петра I поэт гениально выделил через предложение КОНЦОВКИ первой главы «Пиковой дамы»: «Однако пора спать: уже БЕЗ ЧЕТВЕРТИ шесть».
                Кстати, за привидением ПЯТОЙ ГЛАВЫ пушкинской повести у поэта скрывается, как вы уже знаете по моим интернетовским статьям, уже СТАРАЯ Екатерина II, принявшая самое активное участие в заговоре против сына Павла с целью посадки на российский трон своего внука Александра Павловича. В качестве же ФАКТА можно взять следующее предложение из концовки ШЕСТОЙ главы пушкинской повести: «Старуха! – закричал он в ужасе». Так ТУЗ моментально СМЕНЯЕТСЯ, у Германна, на ДАМУ, - или Старуху! – в третьей карточной игре! Или сменяется - на уже СТАРУЮ Екатерину вторую! СМЕНЯЕТСЯ, разумеется, в шестой главе пушкинской повести.
                Беспредельно уважаемые, мною, читатели! По своим обстоятельствам я вынужден прекратить исследование раскрываемого, сейчас, направления и обратиться  к наиболее важным, - если не главным, для меня! - темам, из-за которых, собственно, и создавалась предлагаемая вам статья.
                К большому моему огорчению обращение к наиболее важным темам представляет для меня, из-за только что указанных обстоятельств, почти неразрешимую задачу. Ибо мне необходимо вновь, то есть во второй раз, детально вникнуть, да и во всех нюансах и подробностях, в уже огромный исследовательский материал, созданный мною ранее. Что для меня, из-за только что указанных обстоятельств, почти неразрешимая проблема.
                По названной причине мною будут выделены, скорее всего, лишь какие-то абзацы или какие-то фрагменты, - к сожалению далеко не все! – моего главного замысла. Поэтому надеюсь, что будущие исследователи доведут мой ГЛАВНЫЙ ЗАМЫСЕЛ - до его логического завершения.
                Итак, во второй  ГЛАВЕ предлагаемой статьи я всё же попытаюсь раскрыть, перед вами, именно только что обозначенные темы. А свою попытку ВЫДЕЛИТЬ наиболее ВАЖНЫЕ, для меня, темы, - и положения! - я начну, пожалуй, с НАИБОЛЕЕ ЗНАЧИМЫХ, для меня, тем и положений большой работы М.К. Азадовского «Источники сказок Пушкина»: ссылка: http://feb-web.ru/feb/pushkin/serial/vr1/vr12134-.htm .
                Так и, несколько позднее, - то есть вслед сказанному! - с не так уж и редко встречающегося у исследователей, при поиске ЧЕГО-ТО, факта ПРОХОДА исследователем - мимо ИСТИНЫ!
                Пояснение В.Б. - Я попытаюсь выделить перед читателями  только что названные темы и положения через ОТДЕЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ или даже строки в том или ином  абзаце или фрагменте только что названной статьи через знак +.
                Или, если утверждение  М.К. Азадовского мне, в СТРОКЕ, не понравится, выделю утверждение только что названного пушкиниста через знак Минус, то есть через знак-. Таким образом у меня получиться, кстати, своеобразная статистика.
                ГЛАВА ВТОРАЯ
                ПЕРВЫЙ РАЗДЕЛ
                - 1 -
                Как известно, коней на переправах не меняют. А я поступаю, в данный момент, именно так, ибо всё же решился, что ПЕРВЫЙ раздел второй ГЛАВЫ предлагаемой вам статьи необходимо посвятить – заговору против Павла I. Заговору, в котором активно действовали не только русские масоны, - а это, практически, почти все «екатерининские вельможи»! – но и: английские и немецкие масоны! И заговору, основные положения, которого, затронуты мною в статье 2013 года «Раскрыты тайны тройки, семёрки и туза! Конец». Можете ознакомиться, с ней, по ссылке: http://www.proza.ru/2013/06/20/1245 . Пожалуй, начну подход к МАСОНСКОМУ заговору против Павла I, - пока! - в следующем направлении.
                Другими словами, начну своё повествование с небольшого ПОВТОРА с целью войти в РУСЛО предстоящего направления или, более точно, предстоящего РАЗГОВОРА. Повтор же (смотрите его выше!), таков: <<Конкретный же разговор о картах начну с того, что А.С. Пушкину пришлось ПРИДУМЫВАТЬ, - особо отмечу: по ВЕРТИКАЛИ! - не только тройку, семерку и туза! Факт: первая, вторая и третья игры Германна против Чекалинского в шестой главе ПИКОВОЙ ДАМЫ (Тройка, семерка и туз видны, тоже специально отмечу, и в ПЯТОЙ главе пушкинской повести. Видны – по речи графини-привидения перед Германном!). Но и ПРИДУМЫВАТЬ, тоже, заметьте, по ВЕРТИКАЛИ: ДЕВЯТКУ, первой игры; ВАЛЕТА, второй игры.
                И, разумеется, ТУЗА третьей игры, моментально ПРЕВРАТИВШЕГОСЯ, у Германна, в ДАМУ! Вот сам факт, взятый мною из концовки ШЕСТОЙ главы пушкинской повести: «Чекалинский стал метать, руки его тряслись. Направо легла ДАМА, налево ТУЗ. Туз выиграл! – сказал Германн и открыл свою карту. ДАМА ваша убита, - сказал ЛАСКОВО Чекалинский>>.
                Здесь же тоже специально замечу, что Германн говорит «Туз выиграл!» ещё до ОТКРЫТИЯ, им, своей карты, покрытой, как видно по тексту шестой главы пушкинской повести,  кипой банковых билетов. В то время как в первом и во втором игровых вечерах он вначале ПОКАЗЫВАЕТ свою карту, а потом – ГОВОРИТ! Вот факты, взятые мною из шестой главы пушкинской повести: ПЕРВЫЙ игровой вечер: «Выиграла! – сказал Германн, ПОКАЗЫВАЯ свою карту»! Второй игровой вечер: «Германн ОТКРЫЛ семёрку». Другими словами, он здесь ПОКАЗЫВАЕТ, вновь, свою карту, не говоря, при этом, ни слова!
                Гений же нашей словесности строит своё ПРЕДЛОЖЕНИЕ, в первом игровом ВЕЧЕРЕ, так, что у него слово «ВЫИГРАЛА» стоит, в названном предложении, на ПЕРВОМ месте, а слово «ПОКАЗЫВАЯ» – на втором МЕСТЕ! Другими словами, А.С. Пушкин через только что указанное ПРЕДЛОЖЕНИЕ специально создаёт, для читателей, иллюзию, близкую по своему смыслу, - специально отмечу! – предложению поэта «Туз выиграл! – сказал Германн и открыл свою карту» в ТРЕТЬЕМ, по тексту пушкинской повести, игровом вечере. В то время, как в ПЕРВОМ игровом вечере РЕАЛЬНОСТЬ, - тоже созданная поэтом! – такова: Германн ОТКРЫВАЕТ свою карту и, увидев её содержание, ГОВОРИТ! 
                Более понятными словами только что указанное пушкинское ПРЕДЛОЖЕНИЕ первого игрового вечера, - с показом в нём РЕАЛЬНОСТИ! – можно представить примерно так: ПОКАЗЫВАЯ свою карту Германн сказал «ВЫИГРАЛА»! Способствует только что раскрытому, мною, УТВЕРЖДЕНИЮ и тот факт, что во ВТОРОМ игровом вечере Германн… вообще не говорит! Вот сам факт: «Германн открыл семёрку». Вот таким у меня получился краткий АНАЛИЗ по действиям Германна, - и, частично,  Чекалинского! – во всех ТРЁХ игровых вечерах пушкинской повести. Однако продолжу развитие текущей темы – далее!
                А главная суть, как Чекалинский выиграл у Германна, заключена, если пока обходиться только терминологией карточных игроков, - то есть без ввода более мощных причин, обстоятельств, противоположных интересов и так далее! –  в ПРИЁМЕ ДВОЙНОЙ ЧЕСТНОСТИ, созданного Чекалинским в его игре против Германна.  О названном ПРИЁМЕ я уже говорил в некоторых своих статьях, поэтому выделю, здесь, только самое существенное. А оно, по тексту «Пиковой дамы», таково:
                Первая игра и начало ПРИЁМА Чекалинского!  Или первый призыв Чекалинского к ЧЕСТНОСТИ в игре выглядит, по шестой главе пушкинской повести, так:  «С моей стороны я, конечно, уверен, что довольно вашего слова, но для порядка игры и счетов прошу вас ПОСТАВИТЬ ДЕНЬГИ НА КАРТУ. И, далее: «Германн  вынул из кармана  банковый билет и подал его Чекалинсому, который, бегло посмотрев его,  ПОЛОЖИЛ НА ГЕРМАННОВУ КАРТУ».
                Во второй игровой вечер уже сам Германн, ВООДУШЕВЛЁННЫЙ честностью Чекалинского, ПОМОГАЕТ своему оппоненту! Вот как это выглядит… у А.С. Пушкина! А он, не забывайте, тоже карточный игрок: «Германн дождался новой тальи, поставил свою карту, ПОЛОЖИВ НА НЕЁ свои сорок семь тысяч и вчерашний выигрыш». 
                Уже пора ввести, здесь, и действия как Чекалинского, так и Германна. Итак, в ПЕРВЫЙ игровой вечер мы видим, по шестой главе пушкинской повести, следующее: «Он стал метать. Направо легла девятка, налево тройка. Выиграла! – сказал Германн, ПОКАЗЫВАЯ свою карту (Пояснение - Германн говорит «ВЫИГРАЛА» только тогда, - как вы уже знаете! - когда ПОКАЗЫВАЕТ свою карту!).  …Чекалинский НАХМУРИЛСЯ, но УЛЫБКА тотчас возвратилась на его лицо».
                Краткое пояснение В.Б. – 1. Германн во всех ТРЁХ играх играет в ТЁМНУЮ, то есть ложа свою карту, - и, покрывая её банковыми билетами! – он не знает… её  СОДЕРЖАНИЕ! 2. Через УЛЫБКУ, СМУТИЛСЯ, руки его ТРЯСЛИСЬ Чекалинский, - проведший весь век за картами и наживший некогда миллионы! – явно поощряет Германна к ПРОДОЛЖЕНИЮ игры, ВЕДЯ его, тем самым, к решающему, для него, ТРЕТЬЕМУ игровому вечеру! Или ведёт – к сладостному, для него, мигу победы, который у банкира рельефно выделился через следующую пушкинскую строку: «Дама ваша убита, - сказал ЛАСКОВО Чекалинский». 3. Здесь же с обязательностью отмечу, выделю, что МЕЧЕТ КАРТЫ не Германн, а Чекалинский, - «проведший весь век за картами и наживший некогда, тоже повторюсь, миллионы»!
                А во ВТОРОМ игровом вечере мы видим следующее: «Чекалинский стал метать. Валет выпал направо, семёрка налево. Германн ОТКРЫЛ семёрку. Все ахнули. Чекалинский видимо смутился. Он отсчитал девяность четыре тысячи и передал Германну». А Чекалинский, - проведший весь век за картами и наживший некогда миллионы! – ведёт ПОБЕДОНОСНУЮ войну против Германна, - повторюсь! - и за счет: Чекалинский НАХМУРИЛСЯ;  Чекалинский видимо СМУТИЛСЯ; Чекалинский стал метать, руки его ТРЯСЛИСЬ.
                А важным в ТРЕТЬЕМ игровом вечере являются, заметьте у Чекалинского, две НЕРАСПЕЧАТАННЫЕ колоды карт! Внешне это выглядит для зевак, обступивших Германна («Все обступили Германна»!), как ещё один призыв, Чекалинского, к абсолютной честности!
                В РЕАЛЬНОСТИ же именно в  НЕРАСПЕЧАТАННЫХ колодах  и таится сладостный для банкира, - как вы уже знаете из только что изложенного, выше, материала! - МИГ ПОБЕДЫ! Он  у поэта славен, кстати, именно своею, - то есть всегда сильною! – игрою. Как сильны в игре, кстати, и «богатые игроки», сравнительно незаметно выделенные А.С. Пушкиным в шестой главе его повести сразу же после его характеристики  взбудораженного, - речью графини-привидения! - Германна. Но и не это, в настоящее время, главное. Главное, при котором появляется важная роль СЕМЁРКИ, во втором игровом вечере «Пиковой дамы», заключена - несколько в другом моменте! Попытаюсь хоть как-то, но, всё же, объяснить и его.
                Талантливым шулером, или, по-простому говоря, кидалой, каким является Чекалинский, не стоит особого труда (Ловкость рук и никакого мошенничества!) выкинуть НАПРАВО, при метании, любую карту. Как не составляет особого труда, и выкинуть, при метании, ЛЮБУЮ карту как для Германна, - которому при игре  дана роль, банкиром Чекалинским, играть только в ТЁМНУЮ! - так и выкинуть НАЛЕВО, при метании карт, тоже ЛЮБУЮ карту! Факт тому пушкинская строка в ПЕРВОЙ главе «Пиковой дамы»: «Может статься, порошковые карты? – подхватил третий». Строка, прямо свидетельствующая о наличии, при карточных играх, не только порошковых карт, но и многого другого. В качестве факта можно уже предложить, вам, только что разобранный мною, выше, приём двойной ЧЕСТНОСТИ, применённый Чекалинским при его игре против Германна.
                А именно из только что раскрытого приёма, применённого Чекалинским против Германна, истекает, или исходит, особая роль СЕМЁРКИ в «Пиковой даме», над тайным смыслом и видом, которой, я бился… три десятилетия и три года. А главный смысл, - и тайна её! – заключена в следующем. Как вы уже знаете по моим современным статьям, если создать так называемую "вертушку", то есть начать отсчёт с ТУЗА,- за которым последует ТРОЙКА! - то мы получим, в итоге: 11-ое марта (Здесь мы получим - туза (означающего ДЕНЬ месяца, то есть его, месяца, 11-ый ДЕНЬ!) и тройку, означающей - ТРЕТИЙ месяц года или - МАРТ!), то есть получим дату Александровского переворота 1801 года! Семёрка здесь, как вы увидите чуть ниже, совершенно не причём. 
                А ТАЙНА семёрки, или её ОСОБАЯ РОЛЬ в «Пиковой даме», заключена, - если вспомнить о сладостном, для Чекалинского, миге победы, раскрытым вам выше! -  в следующем моём математическом подсчёте. Тройка и семёрка составляет, в математическом подсчете и в цифровом выражении: 3 (тройка) + 7 (семёрка) = 10 (число десять!). А практически почти каждый игрок знает, что если к ДЕСЯТИ прибавить ТУЗА, - цифровое выражение, которого, ОДИННАДЦАТЬ! - то получиться победоносное, для Чекалинского, ОЧКО, равное, как знает почти каждый игрок, числу 21. Вот математическое подтверждение только что высказанному, мною, утверждению: 10 (десять) + 11 (что – туз!) = 21 (двадцать один или... ОЧКО!).
                ПОЯСНЕНИЕ В.Б. - Именно СЕМЕРКА в плюсе С ТРОЙКОЙ и даёт число ДЕСЯТЬ (Смотрите мой математический подсчёт выше!).А число ДЕСЯТЬ даёт ВОЗМОЖНОСТЬ Чекалинскому победить через ТУЗА, - цифровое выражение, которого, одиннадцать! - простачка Германна{10 (десять) + 11 (что – туз!)} = 21 (двадцать один). Или даёт, для Чекалинского, победоносное, для него, ОЧКО!
                А это и есть для Чекалинского, - разумеется, после завершения ВТОРОГО игрового вечера! – сладостный миг его победы над Германном, при СОЗДАНИИ  им, в ТРЕТЬЕМ игровом вечере, так называемого победоносного ОЧКА, равного, как уже знают почти все игроки, числу 21(двадцать один). А не банкиру ли Чекалинскому, - почти мгновенно оценивающему игровые ситуации! - не знать, что после ТРОЙКИ плюс, разумеется, СЕМЕРКА! -что даёт число 10 (десять)! - уже возможен, для банкира, ТУЗ! Что он почти мгновенно и  претворят в жизнь в ТРЕТЬЕМ игровом вечере в ШЕСТОЙ главе пушкинской повести.В ИТОГЕ ЖЕ получается, что Чекалинский не только МОЩНО, но и даже КРАСИВО, - ОСОБО ОТМЕЧУ! - сыграл против Германна в ТРЕТЬЕМ игровом вечере ШЕСТОЙ главы "Пиковой дамы".
                ВСТАВКА
                Кстати, впервые я начал ОТХОДИТЬ от СЕМЕРКИ в статье "Раскрыты тайны тройки, семёрки и туза! Конец". Смотрите её по ссылке: http://www.proza.ru/2013/06/20/1245 в пункте 6, подпункт Б. Вот что я писал, в то время, о только что названном ОТХОДЕ: <<На что хотелось бы обратить внимание – в первую очередь? Да, пожалуй, именно на карты. А они у Пушкина в шестой главе его знаменитой, - как её часто называют: легендной! – повести – настоящие! Но если учесть у поэта страсть к карточным играм, - и, особенно, его многолетний опыт по тем же карточным играм! – то поэт свой знаменитый ряд «тройка, семерка и туз» создал - вовсе не случайно.
                Так как, если создать так называемую у игроков вертушку ТУЗ, ТРОЙКА, СЕМЕРКА и обозначить НАЗВАННЫЕ карты через их цифры, то есть обозначить туз через цифру 11-ть, то у поэта и сверкнет, вдруг, следующее ЯВЛЕНИЕ. В только что выделенной вертушке через туз как 11-ое число МЕСЯЦА, через тройку как МАРТ месяц, явится, вдруг, 11-ое марта… 1801 года! Или явится, вдруг, дата Александровского переворота, в котором Павел I и был убит.
                СЕМЁРКА же в только что выделенном ЯВЛЕНИИ – совершенно не участвует, так как она нужна, поэту, только в сочетании карт ТРОЙКА, СЕМЕРКА и ТУЗ, выданных Германну-Павлу I Екатериной II-привидением в её монологе перед ним (более подробно о смысловой сути монолога ПРИВИДЕНИЯ, перед Германном, несколько ниже).
                Подводя же своеобразный итог по только что выделенному, выше, явлению, всё-таки замечу, что А.С. Пушкин был обладателем больших знаний по карточным играм (хотя и не редко проигрывал!). Как многолетний и азартный, к тому же, игрок. И факт, тому, налицо в той же шестой главе его знаменитой повести. Так если к году рождения Павла I прибавить сумму, названную им в первый игровой вечер в игорном доме Чекалинского, - без трёх нулей, разумеется! - то тоже получится - 1801 год! Вот математический пример-факт по только что выделенному моему утверждению: 1754 + 47 = 1801 год.  Где 1754 год – это год рождения Павла I>>.Однако возвратимся… к богатым игрокам!
                КОНЕЦ ВСТАВКИ
                Вот как А.С. Пушкин вводит, кстати, в текст шестой главы, своей повести, именно богатых игроков: «В Москве составилось общество богатых игроков, под председательством славного Чекалинского…».
                Здесь же уже наступило время показать следующее, а именно: я пока стремлюсь, - изо всех сил! - удержаться, до самого последнего мига,  в рамках карточной терминологии игроков. Удержаться для того, чтобы потом повести объективный разговор, как о богатых игроках, так и о Чекалинском… их предводителе! По шестой же главе пушкинской повести происходит, если вернуться к описанию А.С. Пушкиным ТРЕТЬЕГО игрового вечера, - кратко, разумеется! – следующее:
                «Германн стоял у стола, ГОТОВЯСЬ один понтировать противу бледного, но все улыбающегося Чекалинского. КАЖДЫЙ распечатал колоду карт. Чекалинский СТАСОВАЛ. Германн СНЯЛ и ПОСТАВИЛ свою карту, покрыв её кипой банковых билетов. Это было похоже на поединок. Глубокое молчание царствовало кругом. Чекалинский стал метать, руки его тряслись. Направо легла дама, нелево туз. Туз выиграл! – сказал Германн и открыл свою карту. Дама ваша убита, - сказал ЛАСКОВО Чекалинский».
                Мой же АНАЛИЗ действий Германна и Чекалинского, совместно с богатыми игроками или без них, примерно таков (попытаюсь провести только что обозначенный анализ - доходчиво и, главное, объективно). Первое. Германн потратив, после речи графини-привидения, перед ним, много сил на свои переживания, - примеры-факты, тому: «Увидев молодую девушку, он говорил: «Как она стройна!.. Настоящая тройка червонная»; «У него спрашивали: «который час», он отвечал: «без пяти минут семёрка»; Всякий пузастый мужчина напоминал ему туза; и так далее! – множество своих сил потратил и на дальнейшие свои ЗАМЫСЛЫ. К примеру: «стал думать об отставке и о путешествии»; «хотел в открытых игрецких домах Парижа вынудить клад у очаровательной фортуны». Но случай, - а он, как вы уже знаете, бог изобретатель у поэта! – избавил его от хлопот! Кстати, вот известное многим пятистишие А.С. Пушкина, в котором он выделяет и строку: «И случай, бог изобретатель...».
                О сколько нам открытий чудных
                Готовят просвещенья дух
                И опыт, сын ошибок трудных,
                И гений, парадоксов друг,
                И случай, бог изобретатель...
                Как видите уже и сами, в строке «Случай избавил его от хлопот» А.С. Пушкин чуть ли не через прямой текст иронизирует над Германном. Иронизирует потому, что за привидением скрывается у поэта, как вы уже знаете по моим современным статьям, не Анна Федотовна, а Екатерина II (Уже пора и её выводить на «поле брани» Германна с Чекалинским!). И потому, что доверчивый и, в общем-то, наивный игрок Германн попадает в руки шулера Чекалинского или, по-простому говоря, в руки Чекалинского-кидалы. Ибо без шулерства, то есть без ОБМАНА своих оппонентов, выиграть миллионы – просто невозможно! Это утверждение, кстати, объективно!
                Второе. Добившись только что изложенной ИСТИНЫ, попытаюсь кратко пояснить и абзац шестой главы пушкинской повести, начинающийся со строки «Германн стоял у стола…» (смотрите его выше!). Итак, «Германн стоял у стола, ГОТОВЯСЬ один понтировать противу бледного, но все улыбающегося Чекалинского». Как он – ГОТОВИЛСЯ?! Да просто свои банковые билеты в кармане щупал, боясь, как бы они из кармана не исчезли!
                Идем далее! «КАЖДЫЙ распечатал колоду карт». Пояснение таково: РАСПЕЧАТАЛ две колоды после ВТОРОГО игрового вечера Чекалинский  (с богатыми игроками или без них!), УЛОЖИЛ ИХ - соответственно, то есть так, чтобы направо выпала ДАМУ, - и ДАМУ Германн поставил в тёмную! -  а налево ТУЗ! Уложив, - соответственно! - карты, снова запечатал колоды. И в этом виде, то есть запечатанными, представил их не только Германну, но и всем зевакам вокруг него. Потом, разумеется, «КАЖДЫЙ распечатает колоду карт», уже заранее подготовленных, как вы уже знаете, Чекалинским. Что и  позволит Пушкину незаметно для читателей создавать некоторые свои строки, в предложенном абзаце шестой главы, как-то укороченными то есть то в середины ИГРЫ, то в её КОНЦЕ, а то и – в свой РУКАВЕ, к примеру.
                Идём далее. Чекалинский СТАСОВАЛ (Пояснение – Банкир сложил обе колоды в одну колоду и… ловко, то есть как шулер, ПЕРЕМЕШАЛ карты!).
                Идём далее. «Германн СНЯЛ и ПОСТАВИЛ свою карту, покрыв её кипой банковых билетов» (Пояснение  - игорная практика однозначно показывает, что и при СНЯЛ, и при ПОСТАВИЛ талантливый шулер, или кидала, не ТЕРЯЕТ те карты, которые ему нужны в игре против того или иногда оппонента!).
                Идём далее. «Чекалинский стал метать, руки его ТРЯСЛИСЬ. НАПРАВО легла дама, НАЛЕВО туз. Туз выиграл! – сказал Германн и открыл свою карту. Дама ваша убита, - сказал ЛАСКОВО Чекалинский». Пояснение В. Б. – «Руки его ТРЯСЛИСЬ» свидетельствует о том, что Чекалинский… и актёр-кидала! «Сказал ЛАСКОВО Чекалинский» свидетельствует о том, что банкир… достиг своей цели, в том числе и в использование ТУЗА в решающем, для него, ТРЕТЬИМ игровом вечере. На этой ноте я и закончу предложенный, вам, АНАЛИЗ. И обращусь, - во втором ПУНКТЕ первого РАЗДЕЛА второй ГЛАВЫ, предлагаемой вам СТАТЬИ! - к более важным для меня, как вы уже знаете, темам                - 2 -
                А по ним  сразу же возникает вопрос: как Чекалинский обыграл – Германна? Да очень, в общем-то, просто! Старая Екатерина вторая была напрямую связана при заговоре против Павла, - как вы уже знаете из Истории,  да и по моим работам тоже! - не только с русскими, но и даже с английскими и немецкими  масонами! Потому привидение-старуха, или старая Екатерина II, и даёт, в своей речи перед Германном, чтобы он - «…в СУТКИ более одной карты не ставил»!
                Начну же приближение к заговору с эпизода с Екатериной второй, - запись Пушкина в дневнике 1833-35 годов, о ней, от 21 мая 1834 года! - в котором она, заметьте, вовсе не Великая… императрица! А запись такова: «Конец её царствования был отвратителен. Константин уверял, что он в Таврическом дворце застал однажды свою старую бабку с графом Зубовым. Все негодовали, но воцарил Павел, и негодование увеличилось». 
                Примечание В.Б. – Дневниковая запись от 21 мая – большая. Поэтому самостоятельно ознакомьтесь с ней, так как в ней уже налицо многие ЗАДАТКИ заговора против Павла I. О самом же заговоре я попытаюсь изложить – только основное о нём.
                Так, к примеру, именно масоны не только воспользовались только что указанным негодованием, но и повели, - при всём, при этом! - прямо-таки разнузданную подрывную компанию против воцарившегося Павла I. Вы можете ознакомиться с заговором против Павла I по моей большой статье 2013 года «Раскрыты тайны тройки, семерки и туза. Конец» по ссылке: http://www.proza.ru/2013/06/20/1245. В ней, кстати, много сведений именно о масонах, действующих против Павла I. Вот хотя бы несколько отрывков, раскрывающих как зарождение, так и сам заговор против Павла I.
                Не последнюю скрипку в подготовке цареубийства ЧЕРЕЗ СВОИХ РОДСТВЕННИКОВ, ПРИБЛИЖЕННЫХ КО ДВОРУ, И ДРУГИХ САНОВНЫХ «БРАТЬЕВ» сыграет и ВЕЛИЧЕСТВЕННЫЙ московский старец, с довольно СВЕЖИМ, еще розовым и твердым лицом, <…> Иван Владимирович Лопухин. Лопухин, который <…>прихватит с собою Дениса <Давыдова – разрядка В.Б.> и привезет его в благородный пансион для знакомства с юными членами литературного кружка, на заседаниях которого, устраиваемых каждую среду, он так любил бывать на правах "почетного члена, споспешествующего Собранию".
                Комментарий В.Б. – Как видите уже и сами, помимо ПРИЕЗДА И.В. Лопухина в Петербург, который был впервые выделен Пушкиным-историком (смотрите пушкинскую запись из шестой главы его «Пиковой дамы», данную мною ниже!), писатель Г.В. Серебряков в  объективном, по многим фактам, романе «Денис Давыдов» выделил и ВНЕШНОСТЬ И.В. Лопухина. А задолго до названного писателя, ВНЕШНОСТЬ И.В. Лопухина выделил и Пушкин-историк. Вот факт, взятый мною из шестой главы «Пиковой дамы»: «…сидел хозяин и метал банк. Он был человек лет шестидесяти, САМОЙ ПОЧТЕННОЙ НАРУЖНОСТИ; голова покрыта была серебряной сединою; ПОЛНОЕ И СВЕЖЕЕ ЛИЦО изображало ДОБРОДУШИЕ; глаза блистали, оживленные всегдашнею УЛЫБКОЮ. Нарумов представил ему Германна. Чекалинский дружески пожал ему руку, просил не церемониться, и продолжал метать».
                Вот, оказывается, откуда идёт, у Пушкина-историка, ИСТОК! Он идёт, у поэта, из российских и, вполне возможно, из зарубежных архивов. И из рассказов… Дениса Давыдова об И.В. Лопухине! Д.В. Давыдов, с которым поэт часто встречался и был дружен с ним. Особо же отмечу здесь, что Денис Васильевич был настроен, к масонам, враждебно.Как, кстати, и А.С. Пушкин... к определенной ЧАСТИ масонства!
                КОММЕНТАРИЙ В.Б. - Всё-таки более внимательно прочитайте только что предложенную вам, выше, статью по следующей ссылке: http://www.proza.ru/2013/06/20/1245, в которой довольно подробно говориться не только об И.В. Лопухине, но и: о роде Лопухиных, об екатерининских вельможах, О Павле I, да и других масонах. 
                - 3 -
                Убийство Павла I. Материал из Википедии.
                Ссылка:  http://ru.wikipedia.org/wiki/Убийство_Павла_I
                ОТРЫВОК
                Внешняя политика Павла шла вразрез с интересами Великобритании. Англия, вероятно, субсидировала заговорщиков[4]. «Война с Англией стремительно приближалась. Вместе с этим усилилась и аналогия, историческая параллель с 1762 годом, когда Петр III готовил непопулярную войну с Данией и первоначальный план переворота был связан с выездом царя в армию, <то есть c>  возможным захватом столицы» <- заговорщиками!>.
                Прочие, осведомленные о заговоре
                ОТРЫВОК
                Лорд Уитворт — бывший посол Англии в России. Депеша Витворта своему кабинету от 18 марта 1800 г. была перехвачена людьми Павла I. Прочитав слова, что «император буквально не в своем уме», царь вскоре высылает Витворта, и отношения с Англией были фактически разорваны[4].
                Комментарий В.Б. в качестве факта. - За активное сколачивание английским послом-лордом  Уитвортом заговора против Павла I уже старая  Екатерина II одарила названного посла множеством бриллиантов. А тот потом сделал для своей супруги, через ювелиров, бриллиантовой колье. Колье было показано по каналу ОРТ, заметьте, 7-го ноября 2000-го года, то есть на следующий день после смерти, 6-го ноября 1796 года, Екатерины «Великой». Что это: черная метка, - или «привет» из прошлого! - от современных масонов всему российскому государству? У меня есть в одной из моих работ, кстати, большой список современных масонов, чуть ли не в открытую ведущих подрывную работу против России. Ведь самым важным во всей пушкинской Истории, как всегда хищного Запада, - так и России! - является следующий вывод поэта из его же Истории: «Горе стране, находящейся вне европейской системы». А вывод А.С. Пушкина стал ещё значимее и важнее, если судить по современным бесцеремонным действиям, к настоящему времени, США и Евросоюза. Факты, тому: американские «революции» начиная с Туниса, Ирака, и кончая Сирией и Афганистаном. Да и к Пакистану США имеют враждебные, по настоящее время, намерения. Как крайне враждебны они, кстати, и к Северной Кореи.
                - 4 -
                Отмечу, что версий как по заговору против Павла I, так и по деятельности Ольги Жеребцовой, много. И они часто, к сожалению, ПРОТИВОРЕЧИВЫ. В общем, что ни автор, - или историк! - то новая версия! Главное же - следующее. На только что указанные исторические пласты вышел, в основном через архивы и через тайную, - то есть через шести плановую! - «Пиковую даму», и А.С. Пушкин. Поэтому и предлагаю вам ознакомиться, как с современным материалом, раскрывающим заговор против Павла I, так и с деятельностью пруссаков и англичан, с их дипломатами и масонами, против России. С деятельностью, в которой активно участвовала и Ольга Жеребцова, сестра братьев Зубовых. 
                Однако в ИСТОРИЧЕСКОМ отношении, особо отмечу это обстоятельство, уже Пушкин не писатель, а Пушкин-историк совершает следующее. Он объективно передаёт нам, потомкам, не только главную суть екатерино-александровского переворота, - другими словами, дворцового переворота, начатого уже старой Екатериной II, а законченного сыном Павла, Александром! – но и передает, нам, многие подробности этого переворота. Что и важно.
                Другими словами, предлагает исследователям, а через них и российской общественности, обратиться к российским и зарубежным архивам, раскрывающим главную суть и многочисленные подробности не только названного переворота, но и переворота, совершенного Фредерикой Ангальт-Цербстской с помощью английских и прусских дипломатов и масонов в 1762 году. С убийством, в нём, императора Петра III. Здесь же особо замечу, что и А.И. Герцен не только в своих «Былое и думы», но и в отдельных очерках и статьях тоже показывает нам многие подробности обоих дворцовых переворотов.
                Вот в качестве факта НЕБОЛЬШОЙ ОТРЫВОК из публикаций А.И. Герцена: <<Кстати, довольно-таки объективен, он (Герцен), и по характеристике самой О. Жеребцовой: «Жеребцова О.А. (1766-1849) – сестра Платона Зубова, последнего мощного фаворита Екатерины II; принимала участие в дворцовом перевороте, закончившемся убийством Павла I и воцарением Александра I (1801)».
                А интересны, нам, хотя бы следующие строки А.И. Герцена, вскрывающие прямое участие, англичан и пруссаков, в Александровском перевороте 1801 года. Строки, указывающие именно на пруссаков и англичан:
                «Красавица собой, … она сделалась сосредоточением недовольных во время дикого и безумного царствования Павла (Павел, конечно, деспот, но он же создал: сильную артиллерию; впервые ввёл, в мире, шинель для пехотинцев; создал закон о престолонаследии по мужской линии, отмененный Петром I; создал множество других законов, которыми часто пользовались все цари от Александра I и по царствованию Николая II; и так далее. Так что он в сильнейшей степени именно оклеветан масонами!). У неё собирались заговорщики, она подстрекала их, через неё шли сношения с АНГЛИЙСКИМ посольством. Полиция Павла заподозрила её, наконец, и она, вовремя извещенная, может быть самим Паленом, успела уехать за границу. Заговор был тогда готов, и она получила, танцуя на бале ПРУССКОГО короля, весть о том, что Павел убит. Вовсе не скрывая радости, она с восторгом объявила новость всем находящемся в зале. Это до того скандализировало прусского короля, что он велел её выслать в двадцать четыре часа из Берлина».
                А вот и явная заинтересованность, англичан, именно в «деле Павла»: «Она приехала в Англию. Блестящая, избалованная придворной жизнью … она является львицей первой величины в Лондоне и играет значительную роль в замкнутом и недоступном обществе английской аристократии. Принц Валлийский, то есть будущий король Георг IV, у её ног, вскоре более…»>>.
                Комментарий В.Б. – Некоторые историки всё изображают, по О. Жеребцовой, чуть ли не наоборот! Что её обольстил, к примеру: английский посол-лорд Уитворт; и прочее. Как видите уже и сами, А.И. Герцен практически повторяет путь, по русской Истории, уже пройденный – А.С. Пушкиным!
                В качестве ФАКТА можно привести и тайную деятельность Ольги Жеребцовой, совместно с английским послом лордом Уитвортом (Витвортом), по организации заговора против Павла I. А она, как-никак, сестра Платона Зубова, последнего мощного фаворита Екатерины II. Фаворита, роль которого, - и его братьев! - в организации только что названного заговора, явно принижена историками, в том числе, кстати, и современными историками.
                А главная суть её деятельности, повторюсь, такова. Заблаговременно предупрежденная заговорщиками о выходе, на неё, людей Павла I, она срочно перебралась в Пруссию, так сказать, под крылышко тогдашнего прусского короля (Фридриха Вильгельма III). Но при получении ею известия, из Петербурга, о свершении заговора против Павла I, в котором его и убили, она на очередном бале у короля радостно объявила, всем, что Павел I – убит.
                Моментально разразился, тогда, международный скандал, компрометирующий и прусского короля в его связи с названным заговором. И тот, с большой досады, моментально выпроводил Ольгу Жеребцову, за 24-е часа, в Англию.
                Но и в Англии она, с блеском войдя в самый узкий круг будущего короля Георга IV-го (пишу по памяти!), всегда не только следила, но и влияла, по своим связям с наиболее могущественными лицами английской элиты, на события в России. К примеру, была причастна через могущественных лиц английской колониальной империи и дипломатов с масонами, - ПРЕДПОЛОЖИТЕЛЬНО, конечно, так как и Александр I тоже не понравился Англии после победы над Наполеоном, разумеется! - к внезапной смерти императора Александра I в Таганроге 19-го ноября 1825 года. Ибо лечащий врач императора и императрицы, Вилье, был не только шотландцем, но и, главное, МАСОНОМ. Другими словами, был действующим агентом Англии.
                ВТОРОЙ РАЗДЕЛ
                Вот что пишет о первоисточниках только что названный автор, к примеру, в ЧЕТЫРЁХ абзацах  в первой ГЛАВЕ своей работы.
                Пояснение В.Б. - Незначительно изменена, мною, только структурная форма ВТОРОГО абзаца. Текст же только что названного абзаца, как и трёх остальных, я попытался – сохранить!  Кстати, вы можете сравнивать выделенные мною АБЗАЦЫ с ЧЕТЫРЬМЯ абзацами ПЕРВОЙ главы статьи М.К. Азадовского по ссылке: http://feb-web.ru/feb/pushkin/serial/vr1/vr12134-.htm .               
                ПЕРВЫЙ АБЗАЦ. ПЕРВАЯ ГЛАВА статьи М.К. Азадовского <<Вопрос об источниках литературного произведения всегда представляет чрезвычайно важную задачу, роль которой не ограничивается только ее филологическим значением, но неизменно, при правильной постановке вопроса, перерастает в проблему общественного порядка и значения. Анализ источников позволяет не только вскрыть историю памятника и установить состав образующих его элементов, но дает материалы для объяснения истоков творчества и исходных позиций автора. Чем значительнее произведение, тем важнее и существеннее проблема источников. В некоторых же случаях она приобретает первостепенное значение, так как уже самый факт обращения автора к каким-либо определенным источникам вскрывает, на каких путях хотел решать и решал автор стоящие перед ним проблемы. В этом плане вопрос об источниках автора есть вопрос об его общественных ПОЗИЦИЯХ (знак +).
                ВТОРОЙ АБЗАЦ. Такое первостепенное значение имеет проблема источников для анализа пушкинских сказок. Цикл этих сказок — цикл 1831—1834 гг. (знак +), начинающийся „Сказкой о царе Салтане“ и завершающийся „Сказкой о золотом петушке“, — занимает исключительное и особое место в творчестве Пушкина, так как с ним связываются представления о важном и значительном переломе в его творчестве (знак +). Из биографии Пушкина известно, что огромный интерес к народной поэзии и в частности к сказкам он проявил в период ссылки в селе Михайловском, в 1824—1826 гг. (знак +). От этого времени сохранилось его письмо к брату Льву, где он пишет: „Знаешь ли мои занятия? До обеда пишу записки, обедаю поздно; после обеда езжу верхом, вечером слушаю сказки — и вознаграждаю тем недостатки проклятого своего воспитания. Что за прелесть эти сказки! Каждая есть поэма!“ Поставщиком сказок обычно считают Арину Родионовну (знак +), но, кроме того, Пушкин слушал певцов и сказителей на базарах и ярмарках (знак +), и в его бумагах сохранился ряд конспективных записей выслушанных им сказок. Однако непосредственно в его творчестве это отразилось недостаточно ярко. В качестве такого непосредственного отражения этого экскурса в УСТНОЕ творчество можно назвать только „Пролог“ к «Руслану и Людмиле» (Знак МИНУС, так как это – не совсем „Пролог“ к поэме «Руслан и Людмила», ибо он имеет черты - самостоятельного произведения!). Первый набросок,  которого, относится ещё к 1824 г. (знак +), и, может быть, балладу „Жених“. О балладе „Жених“ приходится говорить условно, так как источник её ещё не выяснен в полной мере: среди записанных Пушкиным сказок этого сюжета нет. Кроме того, можно ещё отметить отдельные фольклорные куски в различных произведениях этого периода (знак +).
                ТРЕТИЙ АБЗАЦ. Новый период фольклорного творчества начинается в 1831 г. На этот раз мы имеем не случайный эпизод, не отдельные отклики, но целую линию, определенную полосу в творчестве. В 1831 г. Пушкин пишет „Сказку о царе Салтане“ и „Сказку о попе и работнике его Балде“ (знак +), в 1833 г. — „Сказку о рыбаке и рыбке“ и „Сказку о мертвой царевне“ (знак +), в 1834 г. — „Сказку о золотом петушке“ (знак +); к 30-м годам относится и неоконченная сказка о медведице (знак +).
                ЧЕТВЁРТЫЙ АБЗАЦ. На этот раз идейные поводы и конкретные источники были иные (знак +). Начало 30-х годов ознаменовывается вообще углубленным интересом к фольклору. Начальным периодом работы Пушкина над сказками является знаменитое состязание его и Жуковского в 1831 г. (Знак МИНУС, так как Пушкин прикрылся, как вы уже знаете по моим интернетовским статьям, названным соревнованием!), — но это не единичный и не одинокий факт; в этом же году появляются навеянные народными преданиями „Вечера на хуторе близ Диканьки“ Гоголя (знак +), в следующем году — сказки Даля (знак +), в 1834 г. — „Конек-горбунок“ Ершова (Знак МИНУС, так как автор ГОРБУНКА, как вы уже знаете по моим интернетовским статьям, А.С. Пушкин!). В начале 30-х годов с разных сторон идёт работа по собиранию и упорядочению русской народной песни. Сам Пушкин предполагает издать собрание русских песен, С. А. Соболевский усиленно собирает песенники, наконец, с того же 1831 г. начинается вообще история русской фольклористики как науки, в частности, переход от любительства и дилетантства к научному собиранию и научной обработке материалов — деятельность Петра Киреевского. Такое сочетание фактов не может быть случайным и несомненно, что в основе его лежат глубокие причины социального характера>>.
                Общее пояснение В.Б. –  1. Рекомендую своим читателям, - чтобы разговаривать с ними на одном языке! - внимательно прочесть первые четыре ГЛАВЫ большой работы М.К. Азадовского «Источники сказок Пушкина». О пятой же ГЛАВЕ только что названной статьи я попытаюсь поговорить, если не забуду, отдельно! 2. О концовке же четвёртой ГЛАВЫ только что названной статьи, плюс несколько строк третьей ГЛАВЫ, я попытаюсь поговорить, если мне ничего не помешает, тоже отдельно! 
                ДОПОЛНИТЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ. „Сказка о мертвой царевне“ была написана Пушкиным вскоре же после „Сказки о рыбаке и рыбке“ (знак +). Обе они вышли как бы из единого потока впечатлений, вызванных непосредственным знакомством со сборником бр. Гримм в его французской интерпретации (Знак МИНУС, так как Азадовский был чрезмерно увлечен западноевропейскими сборниками.  Его увлечение отмечают – многие исследователи и  пушкинисты!).
                Однако пора заканчивать и эту тему. И приступить к открытию, перед вами, моих самых главных для меня, как вы уже знаете по предложенному выше материалу, тем. Попытаюсь довести их, для вас, в отдельных статьях. А в отдельных статьях довести потому, что в таком формате каждая моя отдельная статья будет восприниматься, читателями, в несколько раз лучше, чем в больших, по печатному объёму, работах. Итак,  прощаюсь с вами, но, надеюсь, не навсегда!
                КОНЕЦ.


Рецензии
здравствуйте. Владимир,новая хронология мировой истории уже давно в нете...именно за нее бился АС РУСИ.

http://www.youtube.com/watch?v=wxUhvEgnAyg

Иванцов Геннадий Михайлович   21.09.2014 18:01     Заявить о нарушении
добрый день, Владимир, а кто все-таки были те три заоконные(ЗАРУБЕЖНЫЕ) девицы-претенденты на престол РУСИ.

Иванцов Геннадий Михайлович   03.11.2014 12:50   Заявить о нарушении
ЯСНО ОДНО батюшка-царь...ПЕТР I

Иванцов Геннадий Михайлович   03.11.2014 12:57   Заявить о нарушении