он уселся на песок и запел старую индейскую песню, песню о чем-то возможно безвозвратно уходящем, а может и нет, о чем-то прекрасном, ради чего стоило умереть, но так сильно хотелось жить и петь...:
багрян янтарь моей смолы,
и лоскуты коры в когтях тигрицы.
мне больно не от страсти кабалы,
не от того что, в сердце снова поселились птицы.
мои глаза слезой полны
и горячи тяжелые ветвей ресницы,
но только потому, что снова валуны
далеких гор поют призыв моей тигрице...
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.