текст без финала

На Донбассе в зоне АТО трудности с продуктами, лекарствами, бензином, перебои связи, комендантский час.

Там где ходил автобус десять раз в день теперь один рейс. Пассажиров мало.

Слышны взрывы, канонада, выстрелы.

Не везде гибнут мирные люди, но слышно везде.

Я месяц оттуда. Уезжал, всё это было вдали, а теперь - прямо там, где жил и работал.

Города и поселки опустели. Но около двух миллионов человек в зоне.

Мародерство не сплошное, выборочное. Отбирают машины, грабят магазины. Всяко.

Многие боятся, но не могут бросить стариков. Кто-то не имеет денег на дорогу, знаю семью, у которых нет родственников. Некуда, говорят, ехать. Дома у них жилье, боятся зимовать в палатке.

У многих пока есть работа и зарплата, представьте.

Каким-то чудом в банки завозятся деньги.

Моя фирма гасила кредиты за рабочих прямо в банк со счета и выдавала продукты. Частично удалось выплатить деньгами. Три сотни моего народа как-то существуют там.

До войны приезжая в ближний поселок из города сто тысяч, всегда замечал разруху, скудость. Но эти поселки тоже разные. Есть и следующие круги ада. Где вообще нет работы, а значит местная казна пуста. Люди там как зомби. До остановки автобуса идут километры пешком. Не знаю, сколько таких. Десятки тысяч людей точно, а может сотни.

Они тоже смотрят телевизор, за дощатым кривым забором куча угля на зиму, у стариков уголь лежит перед забором, воду носят ведрами от колонки.

Я рос так на Северской Украине. Но у нас хаты белили, крыши красили красным или зеленым, латали заборы, сажали пионы и флоксы, огороды при каждом доме, фруктовые сады, рябины.

На Донбассе все серое, нависают терриконы, свистят маневровые тепловозы, ветер приносит сероводород и гарь. Зелень беднее, нет хвои. Мелкий орешник, осина, редкие посадки. 

Говорю с людьми из этих мест.

- Почему не уезжаете от войны?

- Не хотим.

- Почему?

- Не могу объяснить. Семья не хочет.

- Сколько вас?

Задумался.

- Шестеро, кроме нас с женой.

- Почему? Есть работа, зарплата?

- Не у всех. Но решили не ехать.

- Почему? Вы поддерживаете ополчение, не хотите покидать родину, жалко бросить огороды?

- Нет. Не могу объяснить. Не хотим уезжать.

Я отстал.

Сам я не привязан ни к одной земле. Мне везде хорошо. Привыкаю быстро. И дети такие же.

Но я при деньгах, а люди тянутся. Сытый голодного не разумеет.

Что я могу? Мне почти всё равно чем управлять. Могу заводом или банком, могу министерством. Страной не смог бы. Страна больше, чем куча заводов, школ и больниц.

В стране есть что-то, чего я не понимаю. Может быть это что-то есть невозможность замены.

На любом заводе можно поменять рабочих или инженеров, а как поменять народ страны?  Жизни не хватит.

Всю жизнь я занимаюсь тем, на что мне точно хватит жизни.

Но кто-то же должен идти в политику! Другой психотип: идеалисты или проходимцы.

Проходимцы тоже своего рода идеалисты. 

Оставлю текст без финала - нужно бежать по делам.