Медитация на мысли Василия Розанова 508
Про-светить — совершенно не можем. Это какое-то изначальное зло в мире, и я не умею (объяснить) его кроме как из дьявола. Мир весь серьезен. В мире совершенно нет ничего несерьезного. И поэтому смех как-то а-мирен,— как мы говорим: «есть а-моральное», есть «а-теистическое». А-мирен смех, и поэтому он умаляет творение, он крадет у Бога нечто, именно «все осмеиваемые вещи», ввергая их в небытие. Тут бес и козни его. Очаровательные козни. Ибо ведь смех-то часто бывает и упоителен.
— Фу, демон, сгинь!!!
А как ему сгинуть. Ныне — больше и хуже: как же бедному человеку иногда обойтись без смеха? Трагедия в том, что человек иногда безмерно устает,— и «вот тут бы немного смеха». Смех как нападение — я не понимаю вовсе. Этого вовсе и не надо, никогда не надо и ни у кого не надо. «Козни и дьявол». Но вот обстоятельство: «мы очень устали». Например, в свою римскую историю римляне до того устали, до того утомились совершенною серьезностью от Коллатина до Катона, что... я думаю, они даже умерли, собственно, не от варваров, а от усталости быть вечно только серьезными. «Попробуйте 653 года писать или читать только единственную одну «Божественную комедию»... С ума сойдешь. Руки опустятся. Умрешь.
«И вот тут бы комедии...» У римлян всегда это не удавалось или было ничтожно... «Не смешны их комедии...» Тут бы Аристофана, «Похождения Чичикова», забавы Фонвизина... И лет на сто еще хватило бы жизни.
Я здесь не умею ничего сказать, кончая рассуждение на мысли, что «начало смеха», «принцип смеха», по существу, и изначально зол, недостоин и «в ризу не надеваем». Он «не входит в ризу». А Церковь — «в ризе». Она вся трагична и серьезна. "
Василий Васильевич Розанов ""Святость" и "Гений" в историческом творчестве"
Смех - без Бога - и вне Бога -
Смех крадет у Бога нечто - пряча мир в небытие -
Но - и без него - страшна дорога -
Сразу видно - человеку - нужно - зло!
Свидетельство о публикации №114070502943