У матери Уистлера, все чин по чину.
Камин, канделябры, пуфик для ног.
Бренди и виски, в старых графинах.
"Фаев о клок", и визжащий щенок.
Обед завершился, и строгая дама,
янтарного скотча плеснула в стакан.
Глотнув, долила еще "пару граммов",
мир заплясал непристойный канкан.
Впалые щеки наполнились краской.
И "сам по себе", заиграл патефон.
Служанка на это смотрела с опаской.
На что-то сославшись покинула дом.
А дальше, настала в памяти пропасть.
Последний глоток, и ясность ушла.
Крепкие сны, про девичью робость.
Под смутное чувство, что много пила.
Утро, проснувшись под грудою тряпок,
хозяйка увидит разбитый камин.
Табор цыган, и кругом беспорядок.
Рожицы, вместо портрета с картин.
Собака ее, с разукрашенной лапой.
Десятки бутылок, и вонь коньяка.
Служанка, в обнимку с голым арабом.
Мать улыбнется - перебрала слегка.
У матери Уистлера
© Copyright: Антон Верич, 2014
Свидетельство о публикации №114062502688
Свидетельство о публикации №114062502688
Рецензии
