287

      25.07.1996 г.

Мне сказали, что я…

Ровно столько, сколько сами себе отмерили.
Мои слова рвутся, сложив руки для покаяния,
а превращаясь в п…дец, мокрую тряпочку
для прикрытия ртов. Ловкими руками
прикрытое ровно наполовину небо. Судорожные
попытки засветить фотоплёнку,
Сумбурной живописью – по кровоточащим подзвёздным
пространствам. Исчисление скоростей
(и возможностей), заново рождающихся.
Бесстыдный понедельник, возвращающий субботние
долги. Приложенные усилия
различных попыток (Не упасть!). Завидная
верность жизни и верность к жизни (и её верность)…
Затраханная улица, вбирающая в себя весь хлам.
Заумные пришельцы, чинно шагающие по
незнакомому (и неоконченному) асфальту. Перерыв –
и по всем местам. Единая система под
названием торжественного вальса, упакуемая и
разупакуемая (упакованная n раз) неотсчитываемое число
раз или лет… Отвергнутый «бред» самоубийцы,
без претензий ни на кого и ни на что.
Божественная литургия во Дворце Спорта,
Выясненные обстоятельства приотворённых
прискорбных тайн скорбящих.
Иглы, вынутые из иголок. Меткое слово
за задёрнутой занавеской рассыпается в тишину...
в сотни бездарных (и безударных) неологизмов,
спотыкается о новые жизненные условия…
За мной – миллионы тарифных ставок, графиков,
тарифных сеток, торговых сумок, нарядов и
х… знает чего ещё. Обученное
пространство обезличенных людей… Я отвергаю, замыкаясь
в панковском самолюбовании как в цепи.
Нарциссическим началом сдерживаю издёрганные нервы.
Бухгалтерские фишки: раз х…ня, два х…ня,
Пополам – цифры и жизни. И гордый ответ срывает
ещё одну жизнь. Смеётся.
Недостача – идиотизм
Отсылает в банк леденящего ветра. Смерть смертей.
Захватывает…
      Изнасилованный ветер урбанизированных центров –
ещё одна процессорная х…ня,
      И много-много нарциссизма – и всё в
один – глубоко глобальный – громоотвод… грозит самоотвестись.
Азбука аттракциона аплодирует аффектам.
Бетонные бока бродячих бездомностей –
безличные, цепляются на берегу за обрывки
былых видений. Видоизменяется внутренняя верность
себе и всем, величина возвеличивается и вылетает
в великий водосток весны.
Гремящие горные грозы, готовые где-то гнездиться…
Дома, тротуары города уносят с видений в депресняк. Долго всё это пере-
воплощается. Акцентируется. Расставляется
точками и запятыми, вновь выливаясь в разум. Если
ели в лесу – ещё возможность порадоваться жизни. Жутко.
Жалобно мяукает кошка, жмурится от солнечного света,
выходя опять на дорогу. Жизнь… Зелёные заросли,
золотые замки лесов – категория жизни, влечения.
И истощённые иглы, использованные без назначения,
Колючие раньше, теперь колкие, больные, обезумевшие.
Когда-то кинутые… Лесная лень – лучшее лекарство.
листья летят. Липкая летучая листва. Мелкие молитвы
мелочам. Музыка. Мерила многоэтажек, медицинское 
многоголосье  многоимённое, многогранное. Неоплаченные
ночные недоходы, неимущие, неточные, не… Оживлённые
отражения облаков в озере.
Округа, обличённая в оживлении. Пустота путаниц, поразительная и переходя-
щая. Реки, ручьи, раны, речь – на Родине, в родных
радостях… Суициды, сложенные в стопки, седьмой,
не спасающий круг – уводящий, спонтанный, стоптанный,
Стоптанные подошвы, сильней – судьба. Тонет тронувшийся
по талому льду. Утро. Умереть уходом утренним,
услышать, усыпить. Фразы не излечивают фобии.
Фигурные фантастики, фотографии финалов, фантасма-
гории. Хлопком худых выходов художественные
хроники х…вых ходов. Центральный – в
церебральный. Цена – не целостность. Чудесный черёд.
Чередующийся…
Четверть. Четверг. Червь. Чёрный человек.
Шизофренические шутки шести шагов широких.
Шаткие шумные шаги по шоссе.
Шрамы школ. Щелочное щебетание щеголей.
Эвристическая энтропия эгоцентричности
– Южнее южного Я…
Вернее внутренних резервов – оцепенелые шаги
под давлением грозно надвигающегося мира. Получи-
лось, что извне. А внутри – какой смысл. Тогда
весь мир – большой нарциссизм. А так – гордость
бичеваний и самобичеваний – внутренних и
поверхностных. Кто как, кто где. Подсчёты умов.
Плоские умы. Умозрительные результаты анализов душевных
заболеваний. Замороченные урбанизированные улицы
в ожидании своих жертв... Затмить всё это
концептуальным подходом. Сообщить, сделав поспеш -
ные выводы об общей все – о'кейности.
Удивительное рядом.
Восхищение трансформацией
букв в улицы, улиц в буквы. Исчезновение реаль-
ности за гранью переходов.
Не дойти… Недоходом
досочинять неясное. Дорогая цена – истина.
Необходимая, но безграневая, слишком реальная, чтобы
не понять. Истощённые нервы, ослабевающие неуклон-
но от переизбытков вариантов сложений и
вычитаний – запутывающих человеческих действий.
Исходы – в выходах из одних реальностей в
другую.
А реальность – сверхнедоступна никому,
превыше разума. Сумасшествие – ещё одна
грань, невозможности соединить в себе 2 мира.
   Непонимание излишности сложе-
ния их. Умопомрачительное складывание
света и тьмы. Отрицание всего в стремлении
к гармонии опустошает оставшиеся
мысли. Синтез нереален. Истина – одна.
Без истины – паранойя себя. На этом всё и
замкнулось. Вовеки, навеки, веками – навсегда. И мы –
очередное замыкающееся в себе пространство
в пространствах других пространств. Выше себя
не прыгнешь. Всё – в природе. А ближе
неё – движение к смерти. Человеческий цикл,
замкнувшийся самостоятельно, неразумным
разумом… Единство обычно заразительно. Держать-
ся за что-то надо. Вот и держится…