Зимняя сказка-быль

В день первый, месяца январь
Две тысячи одиннадцатого года,
Мы с сыном, по тропинке, шли лесной
Любуясь зимней красотой
И солнцем, в отраженье снега,
Среди деревьев, тишина стояла,
И только щебетанье птиц,
Ее изящно обрамляла,
Внезапно,  словно, ветерок,
Среди деревьев, пробежался,
а небо, легкой дымкой затянуло,
и сказку «О царе Салтане»,
в обличье новом,
нам природа, развернула:
за рыжею, пушистой белкой,
что лебедя-царевну замещала,
гонялся филин, молчаливо-злой,
обличье коршуна, собою заменяя.
А белочка, не зная совпадений,
Скакала по деревьям вверх и вниз,
Неслась стремглав, деревья не считая,
Чтобы в спасительных,
укрыться в кронах ели,
Спасаясь от погони еле-еле.
А филин, вслед за ней, летел,
Как камень, брошенный пращой,
Паря, бесшумно над землей,
Большою, серою стрелой,
Пытаясь белку ухватить когтями,
И чтоб с добычей, рыжей той,
вернуться к ужину домой.
А белка, та, чья жизнь была,
На тонкой грани волоска,
за просто так,
стать ужином, не захотела,
шмыгнула в крону, плотной ели
и там, как столбик, замерла,
с завидным, хладнокровием,
развязки драмы, ожидая.
Наш филин, видя,
что свидетелей орава,
от ели той, стоявшей справа,
немного в сторону отлетел,
на сук присел, невдалеке,
решив немного обождать,
боясь по шее схлопотать.
Иль, сказку прочитать успел,
Но в тоже время, белку, взглядом,
Он никуда не отпускал.
Мне стало жалко, белочку-царевну,
И вот, природы – матушки, закон,
Своей бесцеремонностью поправ,
Я филина голодного, от белки
Снежками круглыми бросая,
подальше, от той ели, отогнал.
На что, тот филин, рассердившись,
В глаза мне прямо, проворчал;
«Сегодня ужин я, УГУ,
на время, позднее, немного отложу,
тебя же, я потом, в лесу, найду,
возможно, даже и поколочу!»,
к сему, добавив знаменитое: УГУ!
взмахнув могучими крылами,
он с ветки вниз,
бесшумно соскользнул,
и в чащу, леса улизнул.
А белка та, хвостом махая,
В знак благодарности своей,
За шиворот мне снега накидала,
Потом, в еловых кущах, благодатных,
Она мелькнула, рыжим огоньком,
прострекотав: «До скорой встречи!»,
из вида, тот час же, пропала…
А мы, немного погодя,
Златого царства с сыном, не дождавшись,
Пошли быстрей домой,
Ногами быстро шевеля,
Чтоб рассказать, как
В день первый, мы, января
Две тысячи одиннадцатого года,
Идя вдвоем, лесной тропой,
Почти, что, в сказку Пушкина,
средь бела дня, попали!